Чужак

Странная история, на самом деле. Сквозь мутную воду мало что видно. Только размытые очертания. Что так притягивает? Неон? Нет, не он. Всё вместе, наверное. Всё окружение, все локации и декорации, загадочное молчание. Когда плаваешь на поверхности, кажется, что вода тёплая и плавать там приятно, хочется поплескаться ещё (смотрите на меня!). Однако, когда погружаешься глубже становится холодно и темно, ничего не разглядеть. И думаешь, куда я попал? Разве только что меня не грело восходящее солнце, в которое можно укутаться как в белую простыню? Я сам захотел нырнуть или к моим ногам кто-то привязал камень? Кто-то пытается подняться вверх по водопаду и стать драконом, а кто-то уже давно кормит рыб. Нет, вы не смотрите. Всё это имеет мало отношения к фильму. Я просто размышляю, как можно было бы передать причудливые образы, связанные с миром якудза. Я, конечно, в этой теме профан и не так много знаю, но уж точно не буду писать, мол, какая Япония далёкая и непонятная для нашего менталитета земля. Мне кажется, Японии в нас так много, что она уже почти как родная. Ну, для меня, по крайней мере. Я сажусь на колени и молюсь, о чём только одному богу известно. Но бог ведь не один, их много, не сосчитать. Какой из них покровительствует якудза? Я прошу простить меня за то, что я не определился со своими чувствами. Чести в этом не много, зато искренне. Я с радостью принесу в качестве извинения свой указательный палец, если вы так сможете указать мне верное направление. Одиноко гребя в своей лодке по водной глади, я вижу лишь архетипические мотивы: принятие в семью за помощь важному её члену, честь и верность, жестокий преступный мир, обиженный предатель, старик умирает – дорогу молодым, девушка и ребёнок, горло перерезано сзади, горло перерезано спереди. Я не хочу! Не хочу, чтобы всё было так просто. Помоги мне, восходящее солнце. И поскольку сквозь тяжёлую водную толщу пробиваются редкие несмелые лучи, я могу увидеть нечто большее. Принятие и слияние культур, свой среди чужих, я могу услышать грохот от Хиросимы и Нагасаки, содрогнуться. Я могу даже поверить, что прошлое главного героя не показано намеренно, что лучше нам его не знать. Я могу увидеть в его взгляде… что-то. Я знаю, что он был военным. Я знаю, что он укрывался от трибунала – это значит, что он с самого начала был не так прост. Мне просто интересно, что в сценарии было написано. И как они это обсуждали. Кто наш герой, откуда он, куда идёт и зачем. Но в целом, если взять себя в руки, то смысл мне ясен. Герой из ниоткуда, проездом по определённому временному отрезку, просто бродячий пёс, на время прибившийся к стае. Его личность не привязана к времени, его личность не привязана к имени, такой безмерно-бесконечный подход практиковали многие, и это не комплимент. А какой герой, такой и фильм. Зависший в лимбе, зависший во время загрузки, замёрзший во времени и заснувший на навечно. Удручающая картина, но иначе никак. Или скажите, что я не прав. Что герой этот не просто призрак, бродящий от фильма к фильму, а очеловеченная фигура, имеющая некую твёрдую основу. Привидение, я тебя уже где-то видел. Неужели ты пришло, чтобы сказать мне что-то действительно важное. Неужели важно, что действие разворачивается в послевоенной Японии. Неужели важны имена и фамилии. Вы решили создать образ на основании образца, которому так много лет, но фантазии для этого у вас просто нет. Просто инструмент, оружие, на которое поставили глушитель отнюдь не для тихого убийства, нет, а для того, чтобы никто не понял, что оно никогда и не было заряжено. Куда попала пуля? И кто стрелял? Я ничего не видел и не слышал так, словно ничего и не было. Холостой герой не по статусу, а по наполнению и этим всё сказано. Мне совесть не позволяет сказать, что это отличный фильм, хоть я смотрю только так и только то, что нравится. И при случае первым же готов защищать от нападок, но этот случай не тот. Когда все персонажи на своих местах, не остаётся места фантазии. Я бы снял фильм и назвал его «Герои умирают по порядку». По порядковому номеру в серии криминальных фильмов, неважно, какой страны и года. Скажите, сколько… боссов мафии я видел, сколько молчаливых меланхоличных одиночек и сколько крыс, бегущих с корабля и тонущих в море похожих сюжетов. Когда вы назовёте число, я смогу дать адекватную оценку. Всё, что я писал немного выше, опускает меня на дно океана, на котором не лежат сокровища. Там лежит только то, что спадает с туристов, там лежат только монетки, которые зрители кидают, чтобы снова туда вернуться. Воздух закончился и нечем дышать. Вам понадобится большущий баллон, чтобы вдохнуть новую жизнь в это мёртвое тело. Мне понадобится всего одна минута, чтобы выдохнуть после настооолько напряжённого фильма. Новыми словами говорю о старых вещах. Ох уж эти ваши древние традиции, ваша смелость, ваша честь. Ваша честь, разрешите обратиться. Я сознаюсь в том, что никогда не бываю объективным. Я простой зритель, меня часто бросает из стороны в сторону, когда я вижу то, что разрывает меня на части. Не в этом красота, верьте мне. А здесь красота есть. И её много. Говорю это как умственно отсталый, потому что красота гипнотизирует и заставляет забыть, что ты вообще способен размышлять о чём-либо. Так может это не бродячий призрак. Может это дух, во имя которого устраивают фестиваль, с большим уважением и вниманием к деталям. Я знаю точно, каким должно быть празднество, чтобы показать, какое значение имеет его герой. И я вижу эту значимость здесь. Так вот я остановлюсь на этой версии. Да, предсказуемо и банально, ведь все знают, как каждый год проходит праздник и ради чего он нужен. Да, не всегда интересно, приходится мириться со многими условностями и ждать, когда уже начнётся веселье. Но никто не скажет и плохого слова о нём. Почему? Потому что каждый пришедший понимает, зачем он здесь и насколько важно чтить традиции. А если тебе не нравится, то зачем пришёл и что здесь делаешь? Можешь уйти, никто не держит. Я вот, пожалуй, останусь ещё ненадолго.

Автора, видимо, особо не заботили сюжетные перипетии и он, скорее, просто хотел познакомить с субкультурой Якудза с ее традициями и церемониалом: максимально погрузить в атмосферу криминального братства и пролить дополнительный свет на настоящие нравственные пружины толкающие Оябунов - 'отцов' достопочтимых семейств, к тем или иным действиям. Надо сказать, судя по качественной, выдержанной в строгих и холодных тонах, картинке, справился с задачей достойно и вопреки многочисленным популяризаторским шаблоном, представил криминальную честь да и саму гангстерскую Японию в довольно выгодном и привлекательном свете, если, конечно, 'моральный кодекс', на изображение, которого ставился акцент и который, очевидно позволяет Якудза существовать и действовать на протяжении 5-ти веков, можно называться привлекательным. А если и не может, то определенно, такой кодекс имеет колоссальную живучесть, что само по себе подтверждает способность Якудза к сохранению порядка не смотря ни на какие экономика - политические катаклизмы. Времена меняются, упраздняются все, а Якудза нет и продолжает жить и процветать под своей изначальной вывеской, что само по себе, безусловно, можно отнести к значимым социокультурным феноменам, где государство как внешний выразитель власти, вынуждено принимать и считаться с криминальным миром, и даже (видимо ради приличия) облагать его налогами. Все это, конечно, внутренние японские дела со всеми ее острыми контрастами и болезненными противоречиями, что, собственно говоря, автор, будучи не японцем по происхождению и пытался выразить как умел, представляя на вид послевоенную Японию с ее слияниями и поглощениями - эпоху, когда эти самые противоречия раздирали японскую мафию на части и какую роль там сыграла 'самурайская' честь Якудза, это кончено вопрос весьма спорный.