Воскрешение

Всегда было интересно изучать сновидения и работу мозга, потому как они тесно связаны с психологией и познанием человека. И когда подобный вектор рассмотрения жизни как таковой, а также связи реальности и мечтаний, находит своё отражение в кино, меня посещает восторг. Понятное дело, что важны детали и тонкости в виде сюжета, красоты образов, операторской работы, режиссуры и многого другого. Но если заглавная тема красиво и складно, словно музыкальная композиция, ведёт за собой по сюжету того или иного произведения искусства, то творение дозволительно называть удачным. И именно как произведение искусства я воспринимаю кинокартину «Воскрешение» китайского режиссёра Би Ганя. С течением времени люди утратили способность мечтать, а те, кто всё ещё продолжает это делать, подвергаются охоте со стороны Преследователей. В центре завязки сюжета оказывается Мечтатель (Джексон И) и Преследовательница (Шу Ци), которая ловит главного героя, а после погружает его в своеобразный транс. Мечтатель, постепенно умирая, отправляется в странствие по собственным воспоминаниям, записанным на плёнку. Красота картинки и работа над образами – это как некий фундамент рассказанной истории. Новеллы о проявлении слуха, обоняния, зрения, голоса, осязания и вкуса как некий киноязык, на котором ведёт диалог со зрителем режиссёр данной картины. Истории в «Воскрешении» похожи на притчи, отражающие китайскую культуру и нрав. Особенно на такую мысль наталкивает та новелла, которая показывает в кадре внезапно возникающий материальный образ Горечи – Мечтатель ведёт с ней диалог. Горечь принимает облик отца героя, и через разговоры с данным образом Мечтатель словно «прожёвывает» собственную жизнь. Зацепила красота образов и поэтичность самого высказывания, эта любовь к кино и к зрителю. Розы в кадре или пагода, словно перекочевавшая в «Воскрешение» из изумительного «Расёмона», переходы от сцены к сцене или цветовые решения – всё это и многое другое не могло не вызвать восторг. Би Гань погружает зрителя в сказку, но настроение у этой сказки меняется от истории к истории: в нуарной части чувствуется некий груз на плечах, определённая тяжесть, в то время как в новелле про последний день перед концом света есть печаль и счастье единовременно. И в этом сокрыто настроение режиссёра и его взгляд на современность точно также, как и его восхищение прошлым, что дало почву для возможности творить киноисторию. Что же касается замысла, то он не менее интересен. Фильм частично преподносит кино в целом как один из способов понимания жизни, как возможность заглянуть в жизнь кого-то другого. Только искусство может помочь прожить человеку больше жизней, нежели исключительно свою собственную. Мы слушаем музыку и слышим в песне историю, что рассказывает исполнитель, а в литературе мы построчно проживаем горе и радость персонажей, в какой-то степени разделяя с ними ощущения. Кино воздействует на человека точно также, рассказывая истории и приглашая разделить опыт героев. И фильм «Воскрешение» говорит со зрителем в том числе и об этом. Если погружаться в природу сновидений, то это вопрос сложный, который режиссёр фильма берётся исследовать. И неожиданно интересными параллелями я вижу в этом контексте связи с буддизмом, в котором сновидения могут трактоваться как иллюзорное проявление природы реальности, порой даже более истинной. Фильм точно также говорит об этом со зрителем, выстраивая линейные образы. Через них мы узнаём, что сны и грёзы реальнее, чем нам может показаться. Отдельное внимание хочу остановить на актёрах, которых была очень рада увидеть в большом кино. Я уже писала о Марке Чао – ему чрезвычайно подходит роль детектива в нуарной новелле. Прежде актёр больше всего снимался в дорамах в историческом сеттинге, но не так давно ему стало везти на неплохие проекты (я всё ещё хочу посмотреть фильм «Субботний роман», где Чао исполнил главную роль). Джексон И в принципе не самый знаковый актёр, у которого теперь однозначно большое будущее в мире кино. Роль Мечтателя в его исполнении была филигранно-восхитительной. Актёр словно прожил всё то, что транслировал с большого экрана. Ему веришь, в его переживаниях видишь жизнь. И это исключительно ценно. Как и та самая жизненность на финальных титрах, которая заставила пролить те слезы, что затаились и словно ждали нужного часа. Это некая магия и визуальное программирование в хорошем смысле этого слова. Кино, которое вызывает искреннюю эмоцию и увлекает в собственный мир не только с помощью нарратива, но и такой блистательной актёрской игрой, не может остаться незамеченным. И это не грозит фильмам Би Ганя – он вписал своё имя в историю кино точно также, как и герой его фильма пронёс через весь хронометраж мечту. Картину «Воскрешение» необходимо смотреть в кинотеатре. Кинозал – это своего рода исповедальня, в которой мы находим своё кино, свои эмоции и своё восприятие той или иной истории. В том огромная важность и значимость, о которой данный фильм кричит зрителю. И за эту честность я люблю кино всей душой, за смелость и любовь. Картина «Воскрешение» получает от меня 10 баллов из 10 возможных. История, к которой хочется возвращаться.

Смотреть линейно фильм бесполезно, только ощущениями и органами чувств, расширяя их объемы в процессе. Би Гань создает свое пространство и показывает его будто с высоты, чтобы рассматривать одновременно разные части. Мы с подругой на первом сюжете начали активно отрубаться, а потом как проснулись! Позже, выйдя из кинотеатра, решили, что сон зрителей в том числе входил в замысел режиссера, он на нашем же примере показал, что в жизни мы спим и видим сны о себе — первая версия, и вторая- когда объема собственного не достаточно для вмещения информации выходящей за собственные пределы, тело начинает отключаться, засыпать. Собственное пробуждение = просветление мы ждали к концу фильма. Честно ждали. «я не хочу жить в фальшивом мире, лучше убей меня». Жизнь - сон, игра, спектакль, забвение- идея классическая, но осмысляется режиссером масштабно, не по-восточному минималистично, но по-европейски разнообразно, начиная с сюжета немого – истока всего кино, заканчивая современным кинематографическим контекстом (знатоки найдут много отсылок к культовым режиссерам: Тарковскому, Джармушу, Вачовски и др., чем богаче насмотренность, тем интереснее замечать оммажи ). Проведя зрителя через лабиринты сюжетов, в которых по отдельности акцентами рассматриваются органы чувств: слух, зрение, обоняние, шестое чувство, Би Гань наполняет кино символами и бесконечной красотой. Кадры фотографичны и эстетичны, автор любуется деталями, светом и композицией, будто говорит нам ими — посмотрите как красиво, ваши сны прекрасны (фильм на 100% порадует визуалов). Интересно то, что Мечтатель (ГГ) выглядит как Франкенштей, личность созданная из множества. Это гурманское кино с послевкусием и послемыслием долгое, медитативное и глубокое. Оно восхищает, вызывает недоумение и безусловно притягивает магнитом. В нем есть холодная безупречность и созданной атмосферы (внешности героев, диалогов) и надреза хирурга: посмотрим из чего ты сделан. И в нем есть мост из кино к себе- тот момент, когда кино является Искусством.