Женщина-обезьяна

Следующий за «Пчеломаткой» фильм «Женщина-обезьяна» - это уже зрелый Феррери, углубляющий и расширяющий свою критику института брака. Кто-то из критиков в свое время писал, что это своего рода пародия на «Дорогу» Феллини, которую тоже можно воспринимать как кино о браке, ведь и Джельсомина, и Мария вызывают у зрителя сочувствие своей человечностью, а их спутники – антипатию жестоким отношением к ним. Однако, если Дзампано – просто животное, то Антонио – предприимчивый буржуа (это одна из лучших ролей Тоньяцци, бесспорно). Главный герой «Женщины-обезьяны» - полная противоположность угасающей мужественности персонажа «Пчеломатки», однако, все его силы отнюдь не биологического характера, а экономического. Именно желание нажиться на странности сначала своей протеже, потом жены определяет всю бурную деятельность Антонио, в этом смысле «Женщина-обезьяна» критикует не столько брак, сколько рынок и капитализм, способный извлечь выгоду даже из воздуха. Нет никакого сомнения, что именно этим фильмом вдохновлялся Дэвид Линч, когда снимал «Человека-слона», где есть даже прямые заимствования и цитаты из него. Вместе с тем данная лента Феррери, как, впрочем, и «Пчеломатка», имеет уже ощутимую ауру перверсивности, чего не было в испанских его картинах: брак ради выгоды с волосатой женщиной – чисто феррериевская история. Как и в случае своего учителя Бунюэля, Феррери достаточно одной фантастической или сюрреалистической детали, чтобы в целом правдоподобное повествование заиграло символистскими красками. Как эффектна в частности сцена склонения Марией Антонио к выполнению супружеских обязанностей, сколько здесь патологии, облеченной в одежды традиционной морали! Или сцена стриптиза, всячески подчеркивающая биологические характеристики отношений героев. «Женщина-обезьяна» очень хорошо демонстрирует первую профессию Феррери – ветеринар, ведь задача вскрыть подспудные, бессознательные, хтонические силы, управляющие человеком посредством сексуальности, - одна из базовых в его кино во все десятилетия, а не только в 1960-е. Между человеком и животным, по Феррери, почти нет различия, важно лишь стереть с людей лоск цивилизации. «Женщина-обезьяна» - качественное кино, почти полностью лишенное эпатажа и болезненного эротизма лент Феррери 1970-1980-х, оно, как уже говорилось, по замыслу режиссера, бьет по социальным целям (в частности по институту брака и буржуазной жажде наживы) наотмашь, с плеча, пулеметной очередью. Выбрав цель, Феррери и Аскона бросаются на нее сломя голову, не щадя кинематографического инструментария: там где Бунюэль изящно фехтовал, Феррери бьет топором по голове. Конечно, отдельного внимания заслуживает сюжетный поворот, нарушающий планы Антонио: что хотел сказать им режиссер? Что женщина становится собой, лишь родив ребенка? И что это бьет по мужчине? Но это ведь уже было в «Пчеломатке», получается, что Феррери повторяется, но это и не удивительно, ведь закат мужского начала и рассвет женского будут постоянными тавтологичными концептуальными мотивами почти во всех его лентах 1970-1990-х. Что же касается «Пчеломатки» и «Женщины-обезьяны», то эти картины все же не так похожи, как кажется на первый взгляд, они снимались с разными целями, хотя и били по одной мишени.

Все фильмы Марко Феррери проникнуты неуловимым флером, призрачным духом любви. Это может быть любовь к кому и чему угодно: красивой женщине (пчелиная матка, Плоть), старухе (дом улыбок), девочке (история Пьеры), детям (прошу убежища), младенцу (Последняя женщина), плоду в женском чреве (Будущее-это женщина), давней мечте (Диллинджер мертв), выпивке (Истории обыкновенного безумия), еде (Большая жратва) и даже, черт возьми, к брелку от ключей (Я тебя люблю). Конечно, она не имеет ничего общего с любовью в общеупотребительном смысле этого слова. Это некая сущность, субстанция, видимо, полностью утраченная в современном мире, кажется даже чем-то парадоксальным, невозможным и неестественным, когда видишь такую космическую искренность и невероятную силу взаимного влечения. Подчас ловишь себя на мысли, что как загипнотизированный смотришь за персонажами, которые вот уже минут десять экранного времени дурачатся, милуются или просто валяются на кровати. И тем не менее оторваться невозможно, словно наблюдаешь некий феномен. А вот в фильме 'Женщина-обезьяна' понятие феномен приобретает свое материальное воплощение в виде с ног до головы покрытой волосами дамы по имени Мария в исполнении обворожительной красавицы Анни Жирардо. Воспитанная в христианских традициях монастыря, она однажды встречается с предприимчивым, деловым и крайне обаятельным мужчиной Антонио в исполнении бессменного актера Феррери Уго Тоньяцци. Он мигом находит ей применение, организовывает шоу с ее участием и, в качестве чисто практического маркетингового хода, устраивает пышную свадьбу, о чем, естественно, пишут все газеты. Шоу становится популярным и, вскоре, он с супругой перебирается в Париж, где они, несколько сменив квалификацию, дают сногсшибательные интимные представления (одно из которых будет демонстрироваться в фильме целиком, будучи крайне символичным во всех отношениях). И стать бы им мировыми звездами, если бы не одно НО...'Женщина-обезьяна', в первую очередь, все-таки женщина, которая способна любить и иметь полноценную семью. Любовь и деньги - вот две страсти, противоборствующие в душе Антонио. Феррери намеренно подчеркивает полную капитализацию окружающей действительности (особенно в сцене с церковным мальчиком-служкой, рассчитавшим героев за молитву по тарифу) и яростную, неуемную жажду героя жить 'как человек'. Но в какой-то момент его сердце оттаивает, и он проникается необъяснимыми глубокими чувствами к своей волосатой супруге, что в корне меняет весь его характер. У Феррери женская любовь может как спасать (Сука), так и убивать (Пчеломатка), но она всегда ПРЕОБРАЖАЕТ героя (впрочем, как и героиню, которая, забеременев, теряет свою волосатость). Никто так не воспевал женщину как Феррери. Что интересно у фильма две концовки (и соответственно две версии - будьте внимательны!). Одна - оптимистическая, вторая - трагическая, они во всем друг другу противоположны и очень глубоки по смыслу, но рассуждать о них я не имею права, рискуя заспоилерить всю картину. В общем, Феррери вновь проникает в самые глубины мужского и женского естества, со всей возможной детальностью прорабатывая характеры персонажей. Во многом это достигается игрой Тоньцци и Жирардо, чьи герои блистают как алмазы всеми своими гранями. Действительно эксплуататор Антонио, ищущий только выгоды, оказывается очень славным парнем, чьи искренние чувства попросту испепеляет наш денежный мир. Страшная внешность Марии соседствует с чистой, невинной, и благодарной душой невиданной красоты, с каким-то неземным женским естеством, почти граничащим с благодатью. Все это заснято с невиданной аккуратностью и вниманием, что делает фильм одной из лучших историй о женщине и мужчине, что я видел в принципе. В фильме намечено много тем - самоопределение мужчины, святость женственности, противоборство полов, современная семейственность, сокровенная сексуальность, уродство мира - которые впоследствии будут разработаны режиссером в полноценные картины. Но несмотря на тот факт, что 'Женщина-обезьяна' - одна из самых ранних работ Феррери, она дышит целостностью, оригинальностью, глубиной, чистотой, искренностью, озорством, смехом и любовью, которых так не хватает сегодняшнему кинематографу и жизни в целом.