Нимфа Салмака

«Ты можешь всё!» © Гермес — главной героине Этот мультфильм является продолжением «Рождения Эрота» и «Дафны», но хотя вышел он уже в постсоветской России, все тут выглядит намного качественнее. Невольно закрадывается подозрение, что причиной недоделанности первых двух частей стали не низкие зарплаты художников, а всё-таки цензура, которая на определённом этапе говорила «стоп!» Наконец-то мы можем сполна насладиться чувственными сценами с плавной анимацией, смелыми ракурсами и услышать томные вздохи главных героев, которым не дают покоя узы страсти, вызванные очередной проказой Эрота. Теперь ситуация обратна той, что мы наблюдали в предыдущей части: любви жаждет девушка, от которой отворачивается юноша, испытывающий подозрение. Жаркая погода, прохладный ручей и горячие скалы подогревают атмосферу, которая и без того во всех смыслах раскалена. Стройные и прекрасные охотницы на львов отражают первобытную экзотику, а страх и любовное влечение — наши древнейшие инстинкты, с которыми мы до сих пор обожаем играться. Даже в мультфильмах. Во всём, что здесь происходит, чувствуется красота, которая сражает в том числе своей смелостью. Салмана — самая соблазнительная героиня из российских мультфильмов как минимум на момент 1992 года. Нежится ли она на берегу в лучах солнца, плавает ли в воде — она всегда прекрасна. Очень сильной сценой является разговор Салманы с родителями после метафизического преображения, а рука Афродиты совершает самое интимное движение в истории российской анимации. Но в чём посыл мифа и данной экранизации? В том, что, объединяясь, мужчины и женщины способны не то что свершить горы, а весь мир преобразить. Потому что соединение противоположностей — это всегда сила. Важно помнить и не забывать об этом. Здорово, что таке правильный посыл нашёл столь удачное и красивое воплощение. 8 из 10

Поднявшись над жестокостью эллинской мифологии, Петров пересказывает миф о Гермафродите в ключе познания божественной природы эроса. Салмакида, практичная и грубая охотница, случайно наносит себе рану стрелой Эрота. С этого момента она полностью меняется, став воплощением чувственности. Она не может удовлетворить свою страсть сама (прекрасная метафора со стрелой), и вдруг видит юношу, который кажется ей неописуемо прекрасным и желанным. Не обращая внимания на его подозрительность и страх, она делает все, чтобы слиться с ним. Ее желание, предельно телесное по сути, оказывается совершенно метафизическим в результате. Именно слияние обоих начал в едином теле дает новому Гермафродиту божественную силу, с которой его радостно поздравляют божественные родители - не как собственное дитя, а как равную им сущность, что очевидно по откровенности их ласк. При всей справедливости упреков к русскому менталитету насчет бедности нашей эротической культуры - все же и на нашей почве произрастают такие великолепные вещи, как 'Нимфа Салмака'. 9 из 10