Гнусный

Корень насилия — в науке без гуманности. © Махатма Ганди Занятно находить творения, к которым их творцы не очень хотят быть причастными. Тейлор Шеридан, известный американский многостаночник, более специализирующийся на неовестернах и криминальных драмах, начинал путь в режиссуре именно с этой поделки, — отдалённого клона «Пилы», — но не считает его своим дебютом, называя таковым «Ветреную реку» и утверждая, что тут руководил съёмками и монтировал по просьбе товарища (кого конкретно — не уточняется). По всем меркам, данный опыт пригодился для «набивания руки» и засим вектор покорения индустрии сменил направление. Над названием нелюбимого произведения автор (или авторы?) аналогично не сидел(-и?) сутками, лишь метафорически намекнув на вероятное зрительское ощущение при просмотре, да и есть ли резон в случае с жанром torture porn как-то мощно раскидывать мозгами — отнюдь. Ещё на стадии ознакомления с аннотацией проступает тот факт, что сама задумка, транслируемая с экрана, имеет чёткую мораль. Что мы видим? Кучка людей становится участниками зловещего испытания, предполагающего причинение себе физического вреда ради выработки организмом адреналина, дофамина и окситоцина. Сходство с вышеупомянутой хоррор-франшизой в том, что только искалеченными эти восемь незнакомцев сумеют освободиться. С одной стороны, никакой мудрёной философией свыше сии муки не подкреплены, что упрощает подход к теме. С другой, учитывая то, что перечисленные вещества в том числе выделяются при сексуальных утехах, вся затея кажется намеренной сатирической издёвкой над социумом, всегда предпочитающим войну и страдание вместо полюбовного решения проблем. На уровне замысла — доходчиво и в меру гениально. На уровне реализации — дёшево и умещается в короткометражку. Но народ надо развлекать, поэтому глянем-ка, к чему привела иллюстрация почти бессмысленного и уж наверняка беспощадного зрелища. Вводная часть до наступления чудовищных событий длится всего пятнадцать минут, слегка пытаясь заигрывать с формой при помощи плавного танца ручной камеры и укрупнения тел и лиц, но сюжетно не рыпаясь. Создатели лениво внедряют элементарные ходы вроде подозрительной дамочки на заправке с заглохшим автомобилем, непременно нуждающейся в том, чтобы её до него добросили, и разговорчиков в стиле «что выберешь из двух худших вариантов». Вроде эти непринуждённые беседы и настраивают на определённый лад, а вроде и наводят тоску. Тем не менее, вскоре идиллия окончательно разрушается, уступая место психозу, неврозу и анатомическому водевилю. Однако бравые кинематографисты, руководствуясь голым энтузиазмом и минимальным бюджетом, смекнули, что вряд ли им удастся в краткие сроки достичь профессионализма Джеймса Вана и Ли Уоннелла, так что запрягали телегу значительно дольше, чем коллеги по цеху. Фантазии на сопутствующие примочки им, увы, недостало: так, правила на мониторе присутствующим диктует строго насмехающаяся тётенька с диктаторскими замашками, а не кукла Билли, да и пир с расчленёнкой расфасован по хронометражу крошечно, скудно и нудно. О жутких ловушках да витиеватых конструкциях лучше не заикаться: пока Джон Крамер вживую и посмертно изваял десятки механизмов, коих хватило бы на парочку концлагерей, в безымянном доме обошлись образцами единственной штуковины, крепящейся к шее, с трубками, сосущими жидкость из головы, и ампулами для заполнения. Зато тактика жертв выглядит весьма достоверно (скептикам достаточно узнать о перформансе «Ритм 0» сербской художницы Марины Абрамович, если есть сомнения): поняв безвыходность положения и невозможность выбраться прочь, они сдаются и соглашаются практиковать некоторые пытки — причём редко когда на себе. Суть подобных картин — в демонстрации деградации общества, зажатого в навязанные рамки, а здесь разворачивается как раз нечто похожее. Конечно, не обойтись без взаимных подозрений: клише о «крысе» в ряду «святош» так или иначе соблюдено. Также не избежать «ружей Чехова» и ментальных срывов — отсюда хоть какое-то продвижение, позволяющее не заснуть раньше времени. И да, не вся фабула помазана единой краской, ведь проявления человечности и поддержки тождественно перемежают тёмную безнадёгу. В остальном наблюдение за складывающейся суетой вызывает отстранённое любопытство, какое подлежит документации нестабильного поведения в период жёсткого социального эксперимента, не содержащего ни одну интеллектуальную головоломку, способную заинтересовать почище вечных стенаний о том, какое истязание взять следующим на вооружение. Актёры, к сожалению, как бы ни орали во всю глотку и сколько бы вёдер слёз ни излили, мельтешат в сознании сплошным серым пятном, и ты догадываешься, за кого хочешь болеть (вернее, кого точно прибить), не из-за царящего полумрака, а по причине вопиющего дефицита симпатии к кому бы то ни было. Странным образом забавляет фиксация отчаянного стремления киношников небрежными рывками заштриховать экономичную разнузданность мероприятия. Его масштаб ютится в нескольких затхлых комнатушках с чуть ли не нулевым освещением, призванным скрыть ляпы и огрехи, порой всё равно выступающие против чьей-либо воли. Не составляет труда подметить и целёхонькие пальчики, обильно смоченные бутафорской кровью, дабы хоть чем-то подчеркнуть, что они, дескать, переломаны; и операторские судороги с резкими склейками монтажёра, стыдливо прячущими акты дичайшего притворства у якобы терзаемых бедолаг; и эпичное замедление кадра (иногда вкупе с музыкальным сопровождением) для разбавления дефектности повествования. Впрочем, при снижении планки дотошности и отсутствии очков/линз на глазах коллекция промахов успешно сбывается в утиль. Финал разражается серией твистов, придающих ему то досадной неоднозначности, то логичной последовательности. Маски срываются, глаголя ту истину, что выжить — не значит победить. И, кое-как удовлетворившись завершающим штрихом, мы убеждаем себя, что к лентам категории «B» бестолково питать несусветные претензии, словно то обстоятельство, что команда Тейлора просто смогла что-то сварганить на «коленке» без гроша в кармане, оправдывает слабо проработанный мир с катастрофически туманными представлениями о стоящих за авантюрой злодеях вкупе с иными затыками. Такие камерные имитации кошмаров в двухтысячных годах и, соответственно, на их излёте великолепно размещались на контрафактных DVD-дисках в подборках по типу «Топ-10 кровавых слэшеров», пестря щепоткой оригинальности, но не спеша опередить удачливых конкурентов. Сейчас же это — устаревший продукт разового потребления. Согласно изречению писателя Стивена Кинга, фильмы ужасов существуют для подкормки аллигаторов в подвалах нашего воображения, рискующих от голода вырваться наружу. «Гнусный», в отличие от «Пилы», «Хостела» или «Коллекционера», даёт насытиться внутреннему зверю лишь наполовину, оставляя по прошествии сеанса вагон и тележку вопросов из разряда «почему вы решили так, а не эдак» и игнорируя присущее специфическое удовлетворение. Сценарий явно претендовал на нехилое раскрытие собственного потенциала и мог в процессе повернуть куда угодно, даже в эротическую «чёрную» комедию, да и, не сбегая тоже со своего поля, удивить зубодробительными поворотами, недюжинной смекалкой заложников, антиутопическим устройством вселенной, противостоянием разделённой надвое группы либо расширением функций игры и пространства. А в итоге вышло довольно спорное садистское месиво с компактным набором удерживающих внимание крючков, не откладывающееся в памяти. Что ж, будем учиться на ошибках. 5 из 10

Средненькое соревнование по выживанию, на одноразовый просмотр. По сравнению с 'Хостелом' этот фильм словно спектакль кружка самодеятельности. Действие развивается медленно, до финала творится накручивание психологических этюдов напополам с мелким членовредительством, причём наносимый урон может быть полностью восполнен. От 'Пилы', если не считать само мероприятие, только один сюжетный приёмчик. Нет уроков, которые нужно выучить, никаких загадочных испытаний или загадочных игр, которые так любят наблюдать зрители. Нет лабиринта комнат, заполненных нереальным оружием должной справедливости. Даже гнилая философия отсутствует, но фильм этот всё-таки не совсем без смысла. В целом он - простое зрелище, которое тоже вполне смотрибельно, если все известные герметические триллеры уже надоели, а новые слишком предсказуемы.