Оскар и Люсинда

Этот фильм очень странный, жанр определению поддается трудно – не полностью комедия, не совсем романтика, отнюдь не драма – и не религиозная, не историческое приключение. Лирическая сатира-абсурд с элементами всего. Абсурдную часть представляет маловероятность – но не невозможность – этих героев и событий. Просто звезды так совпали. Чего у фильма с избытком, так это света и яркости, позитивного отношения к себе и близким, и веры, которая освещает жизнь. Его символом можно считать главный объект спора героев Оскара и Люсинды – стеклянную церковь. Красивую, воздушную, светлую, и до ужаса непрактичную. Предыстория о детстве Оскара рассказывает о его жизни со строгим отцом, главой консервативной религиозной общины. Жесткость и непримиримость родителя, робость и послушание сына – при непосредственном и неоднократном участии Бога («Укажи мне путь, Господи») – определили переход Оскара в англиканство, его обучение на священника, а заодно – полный разрыв связей с отцом. Довольно типичная история для мальчика из бедной религиозной семьи. Детство Люсинды было беспечным на далеких просторах Австралии. Любимый и балованный ребенок, как-то в подарок она получила изящное стеклянное изделие, и влюбилась в хрупкость и прелесть стекла. После смерти родителей их ферму продали, и Люсинда оказалась богатой наследницей, что позволило ей купить стекольный завод. Независимость, свобода суждений, смелость и решительность, вкупе с красотой, молодостью и порядочностью – не такой уж частый портрет женщины середины 19 века. Волею судеб, в морском путешествии, встретились Оскар и Люсинда. Два азартных игрока, неуемных в своем пристрастии, причем предмет игры не важен - карты, кости, лошадиные бега, всевозможные пари – эта маниакальная, казалось бы, порочная страсть сочетается с чистотой и наивностью героев. Неволей возникает вопрос – ну как, как это может быть грехом? Где в них хоть след порока? Дружба и любовь, самоотречение, привязанность и преданность, вера в Бога как путеводная звезда, хорошие люди и хорошие поступки. Чрезвычайно жизнеутверждающий фильм. 10 из 10

Наблюдать за работой стеклодува – увлекательное занятие. За какие-то мгновения точно по воле фокусника раскаленная масса превращается в изящную прозрачную материю. Ни пустот, ни заусенцев, ни трещин, ни неровных разводов в еще тягучем, пластичном материале – свежевыплавленное стекло прекрасно как сама жизнь, но при этом такое хрупкое, что прикоснуться страшно. Неотрывно глядят на великолепный материал две пары глаз. Их обладателей судьба привела в стеклодувный цех разными путями, но в одном эти люди схожи – в своей страсти к азарту. Лишенный сана священник Оскар и не обретшая личного счастья богатая наследница Люсинда любят играть, любят спорить, и не мыслят жизни без бурлящего чувства риска. Их встреча за карточным столом случилась в момент перепутья. Оскар бежал от собственной судьбы, Люсинда напротив – стремилась к ней. Способность разговаривать на одном языке сделала возможным заключить необычное пари на огромное состояние. Статусная австралийка Джиллиан Армстронг сняла ленту, наиболее полно характеризующуюся одним словом – «избыточность». В экранизации романа Питера Кэри явно не хватает чувства меры, достаточно сказать, что помпезное начало на удивление плохо монтируется с кульминацией и вообще не связано с концовкой. Ключевой аспект картины, религиозный, дался госпоже Армстронг хуже всего. Ставшая предметом пари стеклянная церковь - лишь красивое сооружение, и не имеет никакого отношения к вере. Внимание конфессиональным нюансам, столь заметное в дебюте фильма, на деле запутывает зрителя, но не приближает к пониманию характера бродячего священника. Далекая от привычного изображения религиозность героя Рэйфа Файнса резко переходит в плоскость лудомании, что подразумевало бы психологическую направленность фильма, но этого не происходит по причине неудачного монтажа. Применив прием параллельной съемки, австралийская постановщица добрую половину фильма не вносит и толику ясности, что же способно объединить столь разных людей, как бедный семинарист и свежеиспеченная владелица стекольного завода. Игромания? Для героини Кейт Бланшетт просиживание вечеров за карточным столом - скорее досуг и возможность найти новые возможности для общения, чтобы раскрасить скучную жизнь. Всего мастерства двух прекрасных актеров недостаточно для передачи судьбоносности встречи. Расчет на драматические качества главных лиц с лихвой оправдался, что неудивительно, если учесть нюансы их актерского пути на тот момент. Рэйф Фанс находился на пике популярности, игра в «Английском пациенте» Мингеллы раскрыла его возможности по максимуму. Кейт Бланшетт же только прокладывала свою дорогу в Голливуд, для чего ей очень пригодилась покровительство Джеффри Раша, специально для которого была введена факультативная роль рассказчика. Задолго до ключевых событий фильма стала понятна сложность адаптации книги, потому так заметна импровизация английско-австралийского тандема. Глядя на всклокоченную рыжую шевелюру Оскара, охотно верится, что этот парень не от мира сего, и даже игроманией страдает как-то очень по-своему. Гордой, уверенной в себе Люсинде не хватило нюансов личной жизни, что довершило бы ее портрет. Хорошо заметна способность девушки быть верной внезапно вспыхнувшему чувству, но важнее ли оно для нее, чем тяга совершать пари – вопрос открытый. В любом случае, способность Файнса и Бланшетт дорабатывать штрихи своих героев на ходу очень выручила мадам Армстронг, которая откровенно пренебрегла второстепенными персонажами, многие из которых введены лишь для галочки. Воздушный, по-стеклянному хрупкий фильм обречен на неоднозначные трактовки, но приписывать все достоинства игре основных действующих лиц было бы неверно. Без преувеличения выдающаяся операторская работа Джеффри Симпсона позволила насладиться красотами австралийских ландшафтов, тонкостями работы со стеклом, а заодно оказалась весомым подспорьем для передачи чувств странных людей. Едва предстает взору искусно исполненная стеклянная церковь, как быстро забываются и плохо проработанная религия в фильме, и лишь краешком затронутая тема лудомании. Сидящий в центре уникального сооружения герой Рэйфа Файнса – олицетворение веры человека, но не в бога, а в свое особое предназначение. Удачно выхваченные ракурсы пораженных лиц подчеркивают желание режиссера концентрировать внимание на предмете знаменитого пари в ущерб изрядно раздутому вступлению. Стекло – не самый долговечный на свете материал. Избрав его символом, Джиллиан Армстронг словно определила судьбу фильма. Сложилось впечатление, что сама австралийка не верила в ошеломляющий успех собственной картины и спокойно приняла умеренную реакцию публики. Не добравшееся до большого проката кино, прежде всего, ценно как важный этап в становлении двух первоклассных актеров. Спустя время станет понятно, что в более умелых режиссерских руках Рэйф Файнс способен раскрыть все грани человеческой патологии, а Кейт Бланшетт по плечу делать своих героинь не только сильными, но и беззаветно любящими. Радующий красотой пейзажей и изысканных нарядов фильм стал хорошим подтверждением азбучной истины: не всякая книга годится для качественной экранизации. Сложный, многокомпозиционный материал не слишком удался Джиллиан Армстронг. Впрочем, сколько огрехов и недочетов не выявил бы придирчивый глаз, а это не мешает считать ленту «Оскар и Люсинда» достойным образцом грамотно исполненной актерской игры. 7 из 10