Пылающий человек

Фильм, как никакой другой, подходит к цитате Михаэля Ручки 'Чтобы всё ещё чувствовать жизнь, мы должны мечтательно растворяться в образах киноаппарата'. Третья часть романтической трилогии Йонатана Бриля более зрелая, чем его горячечный дебют про Клейста и Фогель 'Как два весёлых воздухоплавателя', хотя фирменный приём - ч/б кадры, освещённые поочерёдно разными цветами - остался. Сильно влияние Шрётера, только там, где у того оперная музыка, у Бриля - оркестровая. Из Шрётера, предвещая 'Дориана Грея в зеркале жёлтой прессы' Ульрике Оттингер, где Бриль сыграет 'маленького доктора', появляется Магдалена Монтезума в двойной роли - Юдифи и Брунгильды - из соответствующих произведений Фридриха Хеббеля, о котором фильм. На смертном одре драматург вспоминает юность, сельскую жизнь, коров, собак, леса и море. Закадровый текст замирает и остаётся чистая запись ветра, ушедших мгновений прошлого столетия на природе, которую обожествляли немецкие романтики. Ещё фильм напоминает 'Ленца' Джорджа Мурса (тем более, что средняя часть трилогии Бриля тоже про Ленца) - гравюрами, с которых начинаются оба фильма, но у Бриля они появляются и дальше. Под конец жизни Хеббеля осеняет: 'Все мои величайшие страдания были родовыми муками моих невероятных наслаждений'. 9 из 10