Семя священного инжира

Фильм европейского производства, который под видом социальной драмы активно эксплуатирует тему Ирана, при этом подавая происходящее через призму стереотипов и идеологических шаблонов. В центре — спорный и уже изрядно затасканный в западной повестке сюжет о хиджабах, протестах и «борьбе за свободу», поданный с претензией на реализм, но ощущающийся как тщательно сконструированная провокация. Главный герой — иранский чиновник, карьерист, который только что стал следователем и вскоре должен занять судейскую должность. У него семья — жена и две дочери, которые, как и положено по штампам, целыми днями залипают в телефонах, читают оппозиционные телеграм-каналы и изображают внутренний протест. Всё идёт по заданной траектории, пока отец не теряет табельное оружие — событие, которое запускает цепочку катастрофических последствий: возможное увольнение, уголовное преследование, страх за карьеру, репутацию, семью. Заподозрив, что пистолет могла утащить кто-то из домочадцев, он устраивает настоящую охоту за «предателем» — с допросами, слежкой, выездом в родовое село, где всё постепенно начинает напоминать психологический триллер. Параллельно развивается линия массовых протестов — вспышки недовольства на улицах, публикации личных данных сотрудников силовых органов, накал недоверия и паранойи. Вся эта атмосфера работает на усиление образа отца как сурового носителя системы, которого обстоятельства постепенно превращают в домашнего деспота. Фильм методично выстраивает внутренний конфликт семьи, подводя зрителя к нужному выводу: система жестока, а защищающие её люди — либо чудовища, либо жертвы, либо и то, и другое. Сделано это всё на технически высоком уровне — качественная режиссура, крепкая актёрская игра, точная операторская работа. Но за всей этой формальной добротой чувствуется очень конкретный политический месседж, навязчиво поданный в духе западной пропаганды. Персонажи действуют не столько по логике живых людей, сколько по методичке — решения, реакции, поступки часто кажутся искусственными, служащими не сюжету, а идее. В результате получается крепкая драма, замаскированная под реализм, но в действительности построенная на сильно искажённом представлении о жизни внутри другой культуры. Политически ангажированное кино с однозначной риторикой, которое, несмотря на очевидную драматургию, вызывает сомнения в своей честности.

История создания этой ленты достаточно мутная. Режиссера и сценариста этого фильма обвиняют в критике к властям, он бежит из страны, после чего снимает фильм, собственно, о государственном регулировании, строгих правилах, запрета протестов, смертных казнях и прочих вещах, которые, по мнению автора, творятся в Иране. В центре сюжета семья, где глава семейства следователь, звено системы, который вроде как первое время сомневается в методах, но, потом страх самому стать «неугодным», укрепляет его мнение. Есть жена, которая на его стороне и две дочки, которые вроде как не сильно оппозиционные, но интересуются, так сказать, другими мнениями. В итоге, внутри семьи происходят серьезные разлады, на фоне внешних событий, которые проводят к странным последствиям и достаточно предсказуемому финалу. Если верить во всё, что происходит на экране, то, конечно, можно ужаснуться. Переживать за героев получается, смотреть, что же в конце концов произойдет, интересно. Однако, на протяжении всего просмотра, тебя не покидает чувство «заказа политической агитки». А хотелось бы прочувствовать искреннюю заинтересованность в проблеме, если такая имеется. Номинация на Оскар в категории «Лучший фильм на иностранном языке» понятна и ясна – мотив тут исключительно политический. Потому, как это не то кино, которое может стать чем-то знаковым. Да, смотреть его отчасти интересно, но желание пересмотреть эту ленту вряд ли у кого-то появится.