Солдат апокалипсиса

На дворе 1996 год, режиссер, сценарист Альберт Пьюн и его команда выпустила очередную версию постапокалиптического фильма про киборгов 'Солдат Апокалипсиса', все также с низким бюджетом, но во главе со звездой мирового масштаба Рутгером Хауэром. Просмотрев довольно много фильмов А. Пьюна про киборгов, нельзя сказать, что все они сняты под 'копирку'. В каждом есть что-то свое и заслуживающее внимания. Вот и 'Солдат апокалипсиса' пришелся мне по душе. Локация здесь, в отличии, например, от 'Киборга' и 'Немезиды' всего одна. В ней существует три вида киборгов. Две противоборствующие стороны и один киборг нейтральный, продавец воды. Собрались они в этом месте по простой причине - где-то в этом месте спрятано оружие. Много оружия. А в постапокалиптическом мире оружие - это главный довод в любом споре. В этой локации и появляется Рутгер Хауэр - киборг, перепрограммированный людьми. И сразу же знакомиться с... головой. Да, я не ошибся. Голова киборга с так называемой нейтральной стороны, который раньше был учителем, а теперь его головой ради удовольствия играют в футбол. 'Как мне тебя называть?' спрашивает - 'Называй меня ангел-хранитель' отвечает Хауэр, тем самым обозначая, что он не лишен чувства юмора. Да еще и воду со льдом любит пить. Рутгер Хауэр становится посредником между двумя группами киборгов и фактически устраивает на них свою охоту. Определенно стоит отметить, что если бы на роль Хауэра пригласили малоизвестного актера, 'Солдат апокалипсиса' имел бы рейтинги гораздо ниже, чем имеет сейчас. Все-таки харизма и профессионализм великолепного актера дает о себе знать даже в низкобюджетном кино. Но не это главное в фильме. Обычно, где все действие происходит в одном месте, на первый план выходят диалоги. А диалоги здесь весьма серьезные, порой философские. С учетом того, что они исходят не от человека, это заставляет задуматься. Киборг, умирающий на закате и снег, снег в постъядерной зиме, это очень атмосферно. Как никогда хочется похвалить мелодии к фильму от постоянного композитора А. Пьюна - Энтони Рипаретти. Они буквально погружают зрителя в эту атмосферу. Альберт Пьюн оставил после себя огромное наследие фантастических фильмов, в первую очередь, про взаимоотношения роботов и людей. И глядя на развитие современного мира, ох кто знает, кто знает... 7 из 10

Умиротворение наступило в мире только после экстерминатуса. По ядерной долине кружит снег, присыпая холодные развалины. Тишина поет миру колыбельную, человечество уснуло навсегда, заслуженный отдых после столетий междоусобиц. По опустевшим развалинам города, не спеша идёт белокурый тевтонский воин. Немигающим глазами он смотрит на пустоту, а та отзывается ему. Прелесть конца света, в том что никто не мешает думать. Улыбаясь самому себе, странник продолжает путь. Город вымер, ныне там обитают скучающие киборги, половина из них уже не функциональна, подобно инвалидам выброшенным на свалку роботы ведут бесконечные диалоги о мертвой надежде и говорят свои речи в скорбь, метель, и серый горизонт. Но все меняется с появлением в их анклаве странника, ибо он есть новейшая модель киборга-солдата. Завязка вполне в духе Альберта Пьюна. Только теперь за пафосным названием скрывается противоположный боевику, диалоговый фильм. Рутгер гармонично вписывается в притчу о конце света. Или сказ про то, как один боевой киборг робо-бомжей жизни учил. Забавное кино. И Рутгер со своей харизмой попал куда надо. Альберт Пьюн он выступает за любой процесс, лишь бы снимать. Рутгер Хауэр ведёт умудрённые диалоги с отжившими свое машинами. При этом погода за окном не меняется, снег продолжает падать, а ощущение полнейшей тишины не отступает. Альберт Пьюн привык работать с тем, что имеется в наличии. В данном случае у него были декорации к предыдущим фильмам, куски реквизита, и постоянный актерский состав. Нортберт Вайсер к примеру. Отталкиваться пришлось от стеснённых условий, минуя экшн-составляющую, и сосредоточиться на диалогах. Рутгер бродит по городу, и по факту раздает лекционный материал. За обложкой дешёвого боевика о роботах скрывается притча о жизни и смерти. Ближе к театральной постановке, где раскрывается самая глобальная и душещипательная тема: отношение к жизни, и сопутствующим ее моментам. Взаимодействие, пусть даже не людей посреди конкретного апокалипсиса. Рутгер, он как мимолётный персонаж, The Stranger, незнакомец без имени и прошлого, но с добрыми намерениями. Способный повлиять на отношения киборгов, изменив историю этого не гниющего мира, или уничтожив. Неизвестный подобен божеству, ибо имеет силу, это подчёркнуто, не только историей, но и харизмой. Пьюн самоотверженно работает с любимой темой конца света и человекоподобных роботов, и это ему по нраву, потому и будет снимать из веток и глины. Показательно, что по всем параметрам должен получится провал, а на выходе имеем крепкий артхаус. Фантазируя на тему реализации в других условиях можно было смело перенести место действия в военный Санкт-Петербург, а Рутгер, выживший после бомбежки вражеский солдат, проявивший сочувствие к неприятелю. А ещё, закрадывается мысль, что отсняв все возможные баталии киборгов, Альберт решил развивать иные сюжетные вариации любимых персонажей. Отсюда и тихая, неторопливая атмосфера, насыщенная диалогами. Словом необычный, и какой-то теплый апокалипсис, душевный.