Одержимая

Середина XVIII века, австрийская глушь. Женщина стоит на краю водопада и бросает в пропасть сверток. После на исповеди она признается, что убила ребенка. Неминуемая казнь, тело оставляют в назидание остальным, а голову, чтобы не украли, прячут в клетку. Спустя время в эту глушь переезжает Агнес, ее выдают замуж за рыбака Вольфа и молодожены селятся на окраине леса. Агнес мечтает о ребенке, но Вольф то занят работой, то всячески избегает близости. В домашнее хозяйство постоянно влезает властная свекровь, а героиня начинает медленно опускаться в бездну Австрийцы Северин Фиала и Вероника Франц вообще-то специализируются на ужасах. Но под кураторском Ульриха Зайдля сняли почти документальную хронику альпийской хтони. Иногда кажется, что камера перенесена на 300 лет назад и аккуратно нацеплена на кроны. Это создает эффект псевдореализма, перед нами мир застывшей архаики до изобретения не просто уличного освещения, но и, допустим, концепции права на жизнь. На Берлинале отметили работу оператора - и возразить тут сложно. Хотя фильм, конечно, больше, чем просто картинка Как у любого гимна архаики, у сеттинга почти первобытные законы. В фундаменте Библия. Так, худшая участь, которую можно представить, у самоубийц, их души потеряны для Господа. По краям полуязыческие верования и культы. Кровь обезглавленной улучшает работу пищеварения, а отрезанный перст способствует зачатию. Тотальный синкретизм дохристианских практик с шептанием символа веры. Когда в центре храма лежит языческий тотем, а вслед за приговором падре и взмахом топора начинаются почти сатанинские пляски 'Одержимая' - бестолковое прокатное название из России. Оригинальное немецкое 'Дьявольская баня' - это прямая отсылка к ряду реальных процессов в империи Габсбургов, когда женщины, не имея права на суицид, убивали ребенка, дабы добиться собственной смерти. Этнологическая составляющая фильма довольно быстро трансформируется в антропологический корпус. Этот текст лишь на поверхности - исследование быта и нравов, в глубине он про право женщины на свою жизнь, включая, конечно, и финиш В полотне этого медленного фильма легко уследить фем-высказывание. Хотя 'Одержимая' почти не сходит с тропы времени. Параллель с нашим миром - выдумка интерпретатора. Как раз люфт веков между фильмом и зрителем подсказывает, что me too и прочее возникли не на пустом месте. Хотя и сейчас на планете есть деревни, где с девушками делают страшные вещи, не говоря уже про целостность их базовых прав. Австрийцы умудряются найти в жутких немецких болотах, словно сошедших со страниц братьев Гримм, живучую архаику. Они ведут битву с ней сквозь время, но не рискуют провозгласить победу. Пусть и поле сражение - женская депрессия (=одержимость), лечить которую не особо умеют и сегодня. Это экранизация отчужденности. Что если ты не просто чужая для мужа или своей деревни, а больше? Ведь они - весь твой мир до конца дней Ключевой образ фильм - душа Агнес. И ее съедает именно архаика, а не вредная свекровь или безобидный, в целом, муж. Аня Плашг играет в стиле праймовой Рене Фальконетти, беря те же высоты экзальтации и то же бремя случайной грешницы. Тезис про 'мое тело - мое дело' тут вступает в бой с бытом уже на уровне мышления. Ведь Агнес боится самоубийства не из-за запрета, а потому что верит в Бога. Религия - маяк в этих забытых всеми местах. Надежда на счастье, если не в жизни, так хоть после. Те самые дантевские 'земную жизнь пройдя до половины', но в фильтрах дотошного труда штатных декораторов. Эсхатология - да? Герменевтика - отнюдь Как итог, 'Одержимая' - не столько миф о том, что будущее - это победа над мраком прошлого, сколько о том, что архаика циклична. Мир Агнес лишен не добра, а времени. Прогресс - это про то, как год стал часом. А отчужденность - лишь показатель того, что некоторые из нас живут совсем не в своем времени. Даже если оно все-таки плоский круг

Я слышал несколько адаптаций названия этого фильма у нас: 'Одержимая', 'В объятиях дьявола' и дословное — 'Дьявольская баня'. Не стоит смущаться словом 'баня' в названии: ранее так описывали состояние людей, пребывающих в глубокой депрессии, находящихся в шаге от самоубийства. У нас в прокате фильм выходит под названием 'Одержимая', что может сбить с толку и навести на мысли о том, что на экране будет нечто демоническое, сцены экзорцизма или религиозный хоррор. Но всё окажется немного сложнее и намного страшнее. Действие происходит в Австрии XVIII века. Синопсис преподносит фильм как историю молодой девушки, вступающей в брак и никак не способной смириться с новой жизнью, в которую ей пришлось войти. Фильм начинается со сцены детоубийства: молодая девушка, с отстранённым и пустым взглядом, без эмоций сбрасывает новорождённое дитя в пучину водопада с высокой скалы, словно совершая ритуальное подношение. В ходе просмотра мы снова встретим эту девушку, но тон повествования, заданный с самого начала, уже настроит на мрачный лад. Затем история переключается на Агнес, и мрачный ритуал сменяется свадебным весельем со своими традициями, включая забивание петуха и праздные гуляния. Поначалу кажется, что всё идёт своим чередом: люди женятся, работают, рождаются дети, жизнь течёт по деревенским законам. Отчасти это похоже на нашу жизнь сегодня, когда мы тонем в рутине и всё чаще ощущаем её одиночество и бессмысленность. Так и Агнес после свадьбы оказывается в знакомом, но в то же время чуждом ей мире. Она хочет ребёнка, но муж не спешит исполнять супружеский долг — он погружён в повседневные дела и гуляния. Свекровь также не обращает внимания на терзания невестки. Впоследствии Агнес всё больше отстраняется от быта, и, находясь в этом душевном смятении, она остро чувствует чуждость окружающего мира. Стоит знать перед просмотром, что события фильма действительно основаны на реальных происшествиях XVIII века. Люди, знакомые с традициями, верой и фольклором, понимают, что самоубийцы не попадают в рай. В XVIII веке женщины, которых день за днём терзала депрессия, чувствовали себя чужими в этом мире, но не могли добровольно уйти из него. Однако есть хроники, где более 100 подтверждённых случаев детоубийства совершены женщинами. Они делали это, чтобы их казнили, и перед казнью могли исповедаться и получить прощение, обеспечивая себе путь в рай. Я узнал об этом только из финальных титров, и это знание добавило к просмотру особенно тяжёлое послевкусие. Сам фильм пугает скорее после просмотра, чем в процессе, хотя шокирующие сцены, безусловно, присутствуют. Снятая на 35-мм плёнку картина раскрывает перед нами великолепные пейзажи австрийской глуши. Статичные кадры вызывают визуальное восхищение, и благодаря редкому, но атмосферному саундтреку фильм смотрится легко, несмотря на двухчасовой хронометраж. Многие визуальные элементы, кажущиеся сначала непонятными и лишними, со временем обретают контекст и органично вписываются в общую картину, которая складывается в цельный, пугающий образ. В итоге перед нами предстает глубоко депрессивное зрелище, которое на протяжении двух часов словно забивает гвозди в голову зрителя, заставляя нервно ёрзать и сглатывать подступающий ком в горле. Мрак и тлен, затаившиеся в холодных углах каменных лачуг, проникают под кожу, и блеск в глазах постепенно угасает. Фильм возвращает зрителя с небес на землю, либо давая мощный толчок, либо пригвождая к кровати на весь оставшийся день. Это один из самых тяжёлых и пугающих фильмов 2024 года.