Конан-варвар

Восьмидесятые не знали слова «токсичность», они знали только запах пота и звук удара по черепу. Режиссёр Джон Милиус выковал манифест грубой мужской силы, щедро политый галлонами детского масла. Конан в исполнении Арнольда Шварценеггера — это ходячий кусок первобытной ярости с зачатками экзистенциальной тоски. Здесь никто не рефлексирует над детскими травмами. Здесь депрессию лечат заточенной сталью. «Деревню спалили, мамку убили — пацана в качка слепили» Завязка сюжета прямолинейна, как удар ломом в подворотне. Местный гуру сектантов Тулса Дум (которого с пугающей харизмой играет Джеймс Эрл Джонс, нацепивший причёску престарелой рокерши) набегает на мирное поселение. Собаки лают, хаты горят. Мелкого пацана после резни закидывают на каторгу крутить гигантское колесо боли. Спустя пятнадцать лет монотонного фитнеса из-под деревянного бревна вылезает австрийский дуб с грудными мышцами размера «амба». Образование у него нулевое, зато трапеция раскачана до состояния бронежилета. «Рожа кирпичом, машет он мечом» Актёрская игра главной звезды здесь сводится к контролю лицевых нервов и умению тяжело дышать на фоне свежих трупов. И это работает безотказно. Вся жизненная философия варвара умещается в пару фраз про сокрушение врагов и сбор трофеев. Никакой сложной хореографии и эльфийских танцев с клинками вы не дождётесь. Экшен больше похож на жёсткую деревенскую драку за межу — неповоротливо, грязно, но если уж прилетело по кумполу, то клиент сразу отъезжает к праотцам. Оружие весит тонну, удары вязнут в плоти, а бутафорская кровь выглядит гуще прошлогоднего варенья. «Вор-бродяга, девка-сталь — уезжают тихо вдаль» В одиночку крошить черепа скучно, поэтому наш стероидный мститель сколачивает бригаду маргиналов. Ловкий лучник Суботай (Джерри Лопес) отвечает за мелкое воровство и кривые ухмылки. А вот дикая Валерия (Сэндал Бергман) — это валькирия без тормозов. Она лихо рубит конечности, тащит всё, что блестит, и вообще ведёт себя как идеальная пара для парня, который спит в обнимку с железякой. Их приключение напоминает гастроли панк-группы по злачным местам: ворвались, всё разнесли, прихватили змею-переростка и ушли в чёрный закат. «Змеи, хиппи и парик — лидер культа здесь старик» Главный антагонист держит свою паству за горло, проповедуя ядрёную смесь фатализма и каннибализма. Его секта напоминает фестиваль Вудсток, только вместо травки здесь глушат кровь из чаши, а вместо песен у костра практикуют массовые жертвоприношения. Противостояние живой плоти и холодной стали неизбежно катится к финалу, где философские диспуты всегда заканчиваются входом металла под рёбра. Весь этот первобытный хаос сшивает воедино музыка, которую написал Бэзил Поледурис. Этот саундтрек бьёт по ушам мощнее кувалды, превращая бульварное чтиво про дикарей в монументальную симфонию о смерти. «Конан-варвар» — это не сказка на ночь, это похмельный бред физрука, который перечитал труды Ницше и решил разрубить собственную ипотеку двуручным топором, цинично сплёвывая кровь в лицо вечности. 7 из 10

Хотелось поделится мнением, почему 'Конан-варвар' Джона Милиуса - очень хороший фильм, несмотря на не лучшие отзывы высоколобой кинокритики своего времени. Перед нами пример удивительно благоприятного сочетания темы, сюжета и исполнителя главной роли. Тут же сказались и тенденции массовой культуры начала 80-ых, когда стал популярен жанр 'фэнтези'. Как говорят, не мы выбираем дороги, а дороги выбирают нас. По-моему, в фильме Джона Милиуса случилось нечто похожее, когда роль нашла своего актера. На момент создания 'Конана' Арнольд Шварценеггер не был зрелым актером, в каком-то смысле не был испорчен профессиональными штампами, наигранностью, 'халтурой'. Его неотесанность и угловатость, наивная выразительность и неиспорченная чистота взгляда были более чем уместны на съемочной площадке, где приступили к экранизации Р. И. Говарда. В случае Шварценеггера указанные черты не нужно было 'играть', они непосредственным образом попадали на плёнку! Чтобы изобразить его героя, ничего другого и не требовалось. Не в бровь, а в глаз бьют все эти молчаливо-застывшие взгляды Конана, его маскулинная бравада, дурашливые стенания на арене и даже уморительная мина при первой встрече с женщиной. Первую реплику героя Шварценеггера мы слышим лишь на 23-ей минуте хронометража, впрочем, её хватает, чтобы показать его нескладные навыки сценической речи, которые опять же не надо было 'исполнять' и которые так же работали на 'варваровский' образ. «Сокрушать своих врагов, видеть, как они убегают от тебя, и слышать плачь их женщин!». Названных качеств оказалось достаточно начинающему актеру и бодибилдеру Шварценеггеру, чтобы достоверно изобразить Конана в окружении первобытного мира Хаборейи. Режиссеру не нужно было обучать молодого Арнольда, достаточно было лишь направлять материал и фактуру в правильном направлении, а по актерскому мастерству, думаю, хватало советов Джеймса Эрл Джонса. Именно в этом, я считаю, огромная художественная ценность фильма. Под стать Шварценеггеру и другие герои, вор Саботай и колдун Акиро также не блещут интеллектом и психологией. Макс фон Сюдов как может занижает свои актерские способности, чтобы не выделяться из такого окружения и убедительно предстать царём своих подданных. А в постельной сцене Конана и Валерии столько простой земной радости, что хочется прожить свою жизнь заново. Стоит отметить умение, с каким создателям фильма удалось нарисовать дикую, первозданную Хаборейю, найти подходящие пейзажи и природные локации, поставить бутафорские, но убедительные признаки древности, чтобы заставить поверить зрителя в реальность рассказа, который мы слышим за кадром. Отдельной похвалы заслуживает саундтрек фильма. Моё предположение, что Бэзил Поледурис неравнодушен к музыке С.Прокофьева, однажды полностью подтвердилось. Особенно это чувствуется, когда звучат партии хора и духовых инструментов, которые напоминают кантату «Александр Невский». Но его, так сказать, ученичество безусловно творческое, неподражательное, и лишним доказательством тому можно считать признание, которое получила его музыка. Великолепный фильм, обладающий наивностью детского рисунка и монументальностью древнего искусства. 9 из 10