Федя. Народный футболист

Снимать ленту о нашем современнике Фёдоре Черенкове - это большой творческий вызов. Нужно отметить смелость всех создателей фильма, так как они воссоздавали моменты новейшей спортивной истории. А это всегда непросто. Авторы не стали создавать единую драматургическую композицию. Структурно фильм поделен на ряд фрагментов, похожих с главами из книги. Их резкая перемена и лаконичность задают ленте быстрый темп. Приятно, что никто не стал идеализировать Черенкова. Нам откровенно рассказывают о его личных проблемах (которые до поры скрывались от широкой аудитории). Создатели ленты не забывают и про безусловную любовь болельщиков к футболисту. Впрочем, ни о каком глубоком взгляде на личность тут речи не идёт. Нам лишь оживят несколько значимых эпизодов из жизни человека и его команды. Эта поверхностность в изложении будет распространена и на многих его товарищей. Родионов, Дасаев, Гаврилов, Бубнов получаются тут заведомо размыто. Их персонажи призваны лишь для того, чтобы создавать микрокосм вокруг главного героя {что отражает явную синтетичность сценария}. На мой вкус фильм не выводит личность Фёдора за пределы футбольного мифа. Мы не видим рутины тренировок, травм, бытовых проблем. Черенков тут раскрывается исключительно через спортивные успехи, а поражения остаются фоном. Несколько показанных финтов не объясняют, почему Черенков был уникален. Зрителю не предоставляется возможность прочувствовать какой ценой давались эти голы. Явные несоответствия в деталях разрушают эффект подлинности. Нарезка советских хитов звучит как фон, а не как часть жизни героев. Слушали ли лидеры сборной тех лет советские шлягеры? Упрощают визуальный портрет эпохи и чрезмерное обилие спортивных костюмов+. Например, отсутствие модных тогда джинсов делает кадр стерильным. Совсем ненужным выглядит и упоминание о трагедии на матче с Харлемом в Лужниках. Этот чувствительный эпизод слишком обособлен от драматургии фильма. Поэтому подача этой истории выглядит чересчур формально. Во многом этот фильм вытягивает игра Бориса Щербакова. Роль Николая Старостина стала для мэтра настоящим откровением. Он отказался от привычного экспрессивного клише. Перед нами предстаёт совсем другой, статичный Щербаков. Старостин тут показан через паузы и жесты - его молчание говорит больше слов. Это делает правдоподобной каждую сцену с его участием, ибо сложно даже найти момент, когда актёр полностью растворился в своём персонаже. Другое дело - портрет Бескова. Обилие экспрессии и избыточно много харизмы Николая Фоменко. Это делает его образ более театральным, чем реальным. Но при этом экранные Бесков и Старостин отлично контрастируют в кадре. 5 из 10

Да, я спартач. Причем потомственный, и всегда можно обвинить меня в предвзятости. Но тут такой случай, что герой фильма - легенда не просто Спартака, а всего отечественного футбола. Как Лев Яшин, Игорь Нетто, Эдуард Стрельцов, Ринат Дасаев или Всеволод Бобров - люди своей команды, но олицетворявшие собой весь советский футбол. Это человек, к которому нет никаких претензий ни у кого, даже у самых ярых противников Спартака. Из современных футболистов такой безупречной репутацией обладает разве что Андрей Тихонов. К тому же герой этот - настоящий символ не просто великого футболиста, но и хорошего человека. Скромный, совершенно не агрессивный, без понтов и звезды. Настоящий русский герой. Я не представлял себе, как можно про такого человека снять фильм без сиропа. Ведь кино - это, прежде всего, конфликт, преодоление. А Федор олицетворял собой бесконфликтность. Авторы фильма нашли такие конфликты. Понравился ли мне фильм? Да. Безупречен ли он? Нет. И сильно небезупречен. Начать с того, что делали его непрофессионалы. Это люди, близкие к спорту, к футболу, но в кино они новички. И как это бывает, новички решили, что профессионалы индустрии делают свое дело плохо (во многом справедливо решили), доверять им такое серьезное дело нельзя, поэтому надо брать дело в свои руки. Когда-то так же решили люди под командованием Шальопы и сняли «28». Результат схож. Получилось кино несколько наивное, но душевное. И плохо снятое. Не в смысле картинки, а в смысле драматургии. Почему-то люди, далекие от кино, уверены, что правила драматургии - это фигня. Главное, снять с душой. Ну да, во всех отраслях специалистов учат много лет, потом долго бьют им по пальцам, прививая опыт, не зря. А драматургия подвластна любому, кто захочет что-нибудь написать или снять. В общем, первая половина фильма даже хороша, хоть и наивна и старомодна. Самородок Федя, добрый дедушка с задатками пророка Старостин, жесткий и авторитарный до упертости Бесков, чУдная атмосфера Тарасовки, шутки, проказы, чудесные спасения. Но где-то в середине с Федей случается душевный надлом после трагедии 1982 года во время игры с Хаарлемом, потому что у него хрупкая психика. И оставшуюся часть фильма Федя кочует с поля в дурдом и обратно, а окружающие пытаются ему в меру сил помогать, несмотря на бездушие Лобановского, отцепившего психа от сборной за своеволие, после чего Федя окончательно съехал с катушек. Повторилась проблема «Богемской рапсодии» про Меркьюри. Там могли бы снять фильм про гениального музыканта, который еще и нетрадиционно любил мужиков. А получился фильм про педераста, который еще немножечко поет. Так и в нашем случае, могли снять фильм про гениального футболиста, который страдал депрессиями. А получился фильм про душевнобольного, который в перерывах между кризисами иногда выходил на поле. Сам Федя предстал перед нами практически блаженным, почти народным дурачком с детскими глазенками, обидеть которого все равно, что пнуть ногой котенка. Ну и само действие, сама история, зациклившись на этом, начала отчаянно буксовать. Но в целом это все равно очень хорошее и доброе кино, в котором нет однозначных гадов, что в современном синематографе стало просто так обязательным местом. Даже Лобановский там не сволочь бездушная, а просто человек, для которого есть только одно мерило - достижение цели. #ГРУфильм