Исчезновение Йозефа Менгеле

Хорошо сделанный и сыгранный, но очень монотонный и странноватый в своей формальной подаче фильм. Общая идея верная и важная. Суть в манипуляции общественным вниманием со стороны элит: козлом отпущения становится определённая личность как квинтэссенция зла, в то время как настоящие кукловоды и выгодоприобретатели остаются безнаказанными. Так же и с идеологиями и идеями: они никуда не исчезают после громких заявлений о победе над «общим злом». Однако далее Серебренников почему-то концентрируется на психологии переживаний и страданий самого Менгеле, завершая всё каким-то сюрреалистическим маскарадом. Можно предположить, что это арт-представление отвлечения внимания от действительно важных вопросов, сосредотачиваясь на конкретной личности, но эта концепция слишком натянута и неочевидна. В итоге, при всех своих правильных идеях фильм вызывает скорее недоумение. Когда я смотрел первую часть, размышляя о критике формы, я даже придумал теорию заговора о влиянии элит на критиков, но в конце концов остался согласен с такой критикой — форма здесь скорее работает против фильма. При этом кино нельзя назвать плохим: оно дискуссионное и поднимает важные и актуальные темы для современного общества, где идеи равенства всё чаще выглядят формальными, а национализм постепенно смещается от гражданской к этнической форме, приближаясь к нацизму. Сюжет. Эпизоды из нескольких временных отрезков послевоенной жизни Джозефа Менгеле в бегах, где его тепло принимало и пристраивало фашистское сообщество и родственники. Жизнь наполнена страхами, обидой и разочарованием, но не раскаянием или сожалением. Специфическое кино, сильно направленное на психологический анализ личности. Качественное, но спорное в своей формальной и сюжетной концепции. Фильм получил несколько кинонаград на не ключевых фестивалях.

Это кино не могло начаться минут пять - на экране долго сменялись названия каких-то фирм, объединивших капиталы на почве ненависти (или любви?) к Менгеле. Я так устала от просмотра, что хотела уйти. И только большая любовь, любовь к искусству Серебренникова, его творческому методу, удержала меня в кресле. И Кирилл не обманул. Уже на второй минуте, в кадре появился арийский, необрезанный член. А затем и ягодицы. Их нам покажут четырежды. Четыре раза. Почему камера любовно облизывает это, клокочущее от ненависти, жерло нацистского Везувия? У меня две версии. Версия №1. Таким образом, режиссер недвусмысленно даёт нам понять - куда нацистов не целуй, у них всюду задница. Версия №2. Серебренников - художник. И он нашёл очень мощный, ёмкий художественный образ. Ягодицы Диля символизируют метаморфозы, происходящие с Менгеле на протяжении этого фильма. В начале фильма, это наглые, упругие, оптимистичные, нацистские ягодицы. А в конце фильма, это унылая, безжизненно обвисшая, стариковская куриная гузка. Диль бесподобен. Так выразить весь жизненный путь Менгеле, играя одним афедроном - это вершина актерского мастерства! О чём это кино? О том, как тяжела и неказиста, жизнь поганого нациста? Полусумасшедший старик, бормочущий ругательства, трясущийся от паранойи, вынужденный вечно скрываться... Зритель должен злорадствовать, или... что? Негры держат череп Менгеля в своих неарийских руках - это юмор? Это смешно? Все немцы в этом фильме - нацисты, мечтающие о nazional socialismuse, разговаривающие многокилометровыми цитатами из майн-кампф, и горячо осуждающие демократическое scheise. 'Ты не сделал ничего дурного' - говорит Менгеле его братик-нацист, после встречи Йозефа с папочкой-нацистом, мечтавшим жить в тысячелетнем рейхе, а оказавшимся в ФРГ (дружный нацистский смех). Я ждала бодрого, витального триллера о возмездии, хотела насладиться муками этого нелюдя, а получила два часа медленного угасания вонючего старика. 'Увядание нацистского мясника в джунглях' - такое название точнее отражает суть происходящего на экране.. Развалинами Менгеле не удовлетворена. Скучно, нацисты. Кроме голого Диля, никакого удовольствия.