Англия!

Этот немецкий фильм можно было бы смотреть без перевода вовсе, но режиссёр не наделил героя Мераба Нинидзе способностью изъясняться по-русски. Даже не смотря на это, русской речи здесь не менее 50%. Вот и чешка по-нашему балакает. Два друга, Валерий и Виктор, очень хотят в Англию. Так они объясняют какому-то военному причину прорыва оцепления в зону ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Собственно, в Англию они хотят потом, а сейчас они добровольцы. Прошли годы. Виктор давно живёт в Германии, а Валерий сидит на кушетке. Надо бы дождаться результата анализов, но он и так всё понял. И вот Валерий уже в автобусе, едущем из Украины в Германию. На этом же автобусе в 'Ханове' едет Чулпан Хаматова. В Берлине Валерий знакомится с Павло (Мераб Нинидзе), который, как уже было упомянуто, не говорит по-русски. Но Виктора по, известным из письма, адресам не находит. Актёрская игра вполне на уровне. Понравился Иван Шведов. Ранее он был мне знаком лишь по роли второго плана в сериале 'Агент национальной безопасности'. А за что ещё похвалить и не знаю. Пожалуй, ругать особо не за что. Разве что за концовку. Почти такую я уже видел в другом немецком фильме, вышедшем на несколько лет раньше. В целом кино ровное. Местами забавное. Русских субтитров не нашёл, а потому часто приходилось догадываться что, почему и как. Многое осталось неясным. Почему главный герой вышел перед границей? Зачем там Нинидзе? И ведь сыграл хорошо. Но почему на его место не взяли немца? Ну и самое интересное: зачем немцы сняли фильм, где так много непонятной для них речи? 7 из 10

К этой картине начинаешь привыкать по мере разворота событий: поначалу раздражает и дрожание камеры, и свет, и ракурсы. Но верх берёт сюжет. Он не экстраординарен, но преисполнен реализма чистой воды. Опасная болезнь гонит человека следом осуществления заветной мечты: довольно часто встречающаяся ситуация. Нужен удар извне и изнутри одновременно – чтобы не оставалось ничего, кроме как разрешать ситуацию или осуществлять давно задуманное. Откладывать не приходится: сзади и по обеим бортам смерть. Впереди – море, которое слышал во сне, которым бредил, впереди – туманная страна, остров, к которому стремился… За кадром на протяжении всего сюжета звучит голос. Шёпот. Иногда невозможным становится разобрать слова. Остаётся догадываться, что голос этот принадлежит или Богу, или ушедшему другу, или какому-то внутреннему движку… И, кажется, голос этот помогает не сломаться, доползти, доплыть и доехать, наконец, до зовущего острова. А образ умершего друга – чем-то навевает образ умершего друга в стихотворении Батюшкова «Я берег покидал туманный Альбиона…». Только в фильме этот схожий образ появляется намеренно: поддержать уже ни на что не рассчитывающего в жизни человека. Образ не молчалив, а наоборот, ясно «выражает» свою просьбу и растушёвывается как во сне. Нет и малейшей надежды на выздоровление. Как и попытки. Цель – достичь Англии – искусственное дыхание, кислородная подушка. А вокруг этой цели какая-то чужая, коматозная атмосфера: события в ней и значительны, и второстепенны одновременно. Интересно также заметить, что в речи героев барьеров нет: цензуру явно проскочили обходным путём. Высказывания бывают порой очень хлёсткие, беспощадные. Как сама окружающая обстановка и опасная болезнь человека. Безо всяких виньеток, грубо, дрожащей местами камерой запечатлена реальность. Такая, какая есть. Но несмотря на это в фильме присутствует человеческая мудрость, которая нисколько даже не деформировалась. Это нечто, отличное от реальности, ярко на её фоне проступающее. И благодаря этому все технические шероховатости становятся незаметными. Идея фильма, иной раз доносилась впопыхах, и всё же была донесена. И была понята и принята.