1993

Конечно, каждый, а особенно человек мира кино имеет право на свой взгляд. Я была очевидцем событий 1993 года. Все позиции у народа были разные. Заострили в фильме внимание на моменте, кто начал первым (эпизод с гранатомётчиком у Останкино, Макашова показали), но так ли важен это момент именно в линии судьбы главного героя и общей концепции фильма? В октябре 1993 года кто-то идейно шёл к Моссовету, кто-то к Останкино, кто-то Дому Советов, кто-то идейно был внутри Белого дома, кто-то рвался просто попасть в эпицентр, потому что происходило новое историческое событие, кто-то побывал везде… Такой человек как главный герой наверняка тоже мог быть и в жизни. Намешано в нём «всего и вся». Но какая-то общая серая, грязная, отвратительная картина всего фона страны, людей, событий создаёт гнетущее впечатление. А люди, покупающие мороженое на фоне горящего Белого дома, последняя точка некоего брезгливого отношения к народу в целом. Не было в Москве равнодушных в эти дни! Когда танки идут по улицам города, а хмурые люди с автоматами спускаются в метро, когда перекрываются улицы, закрываются станции, осаждён РГТРК «Останкино», а «Вести» выходили по РТР, 5 канал - кусочек некой гласности, а толпы людей бросая машины, пройдя пол Москвы, скапливались уже с Бородинского моста, только для того, чтобы увидеть, понять, что там происходит, шокированные самим видом танков стреляющих по Дому Правительства, трудно оставаться равнодушным. Ожидание. Споры даже во дворах кто, за какого лидера. Разочарование и обида у одних и ликование у других. Это не было в серых тонах, эмоции перекрашивали в самые разные краски происходящее. Почему я так зацепилась именно за этот момент с мороженым? Ведь события развивались в разных точках Москвы? Потому что танки, стреляющие по Белому дому, это то, что осталось в памяти народа. Горящий Белый дом стал символом тех событий. Вся Москва ещё долгие годы была наполнена историями и байками тех, кто подползал смотреть на участников событий, кто был на какой стороне, кто и в какой момент был ранен, как так произошло, что кто-то погиб. Потом только и было деление, кто был там, кого не было, а где ты был, когда стреляли по Белому дому. Если картина привязана к определённому историческому событию, информация и привязка жизни героев проходят в раскрытии этого события, то это не просто трактовка этого события, это автоматически учебное пособие и долгая память об этом событии. Прочитала отзывы зрителей, и в ужасе. Золотник и жена-проститутка с серой никому не нужной народной массой, вот, что осталось у них в головах об этом времени с сочувствием, что куда деваться, хоть выжили...

Фильм отчетливо развалился на два неравноценных фильма. Первый - трагедия советского человека, не вписавшегося в рынок, его семейная драма. И это было очень неплохо. Ну да, бюджетность фильма иногда резала глаз. Да, Вилкова не очень убедительна в роли. Да, местами все утрировано. Да, Велединский - не Урсуляк, и не умеет широкими мазками сделать эпоху, грузится в детали, где благополучно начинает пускать пузыри, из-за чего на экране не эпоха, и ее изображение. Да, есть какие-то нелепые псевдохудожественные вставки, режущие глаз. Но все равно это задевает и погружает. Цыганов традиционно замечателен, хотя, когда он не играет лицом, как здесь, а только глазами, он лучше. А вот где-то в финальной четверти автор дает политику и все портит. Начинается политическая декларация, где четкая и однозначная ориентация автора книги Шаргунова и самого Велединского дает крайне однобокую картину, граничащую с прямой ложью. И когда художник примеряет на себя тогу политика, его художественный язык мгновенно превращается в дешевую агитацию. С этого момента все образы и ходы становятся банальными и примитивными, предсказуемыми и нелепыми, бьющими в лоб. А попытки дать аллегорию, как например, «построим надворную постройку из гробов» вызывают чувство, сходное с «испанским стыдом». В общем, первые три четверти фильма довольно уверенно среди меня получили 8, а вот замыкающая прокламация заработала четверку исключительно ради того, чтобы можно было поставить общую 6.