Водолей

Труппа небольшого провинциального театра вовсю репетирует новую многообещающую постановку, по сюжету которой маньяк-убийца Ирвинг Уоллес учиняет резню. По иронии судьбы, реальный прототип их героя в ту же ночь сбегает из психушки и оказывается прямиком на театральных подмостках, где начинает убивать участников актерского ансамбля вполне себе по-настоящему. Фильм открывается эффектной сценой удушения женщины, которая по итогу предстает перед нами частью театральной постановки. Поскольку герои репетируют мюзикл, то открывающая сцена оказывается еще и танцевальным номером, а фоном звучит шикарный синтвейв от Саймона Босуэлла, музыку которого вы могли слышать в 'Демонах' и 'Великане' Бавы-младшего. Как и всегда у Босуэлла, OST фильма составляют эффектные синтезаторные пассажи, музыка определенно понравится всем любителям ретровейва. Несмотря на то, что картина довольно-таки долго раскачивается, в дальнейшем зритель будет с лихвой вознагражден обилием резни и кровищи, да еще и у маньяка в фильме совершенно шикарный образ, он носит черный комбинезон и маску совы. Убийства довольно-таки разнообразные, и уже самые первый подобный эпизод с выходом женщины из машины сделан, что называется, со знанием дела. Первые полчаса лента пытается казаться атмосферным джалло, что у нее неплохо получается, знакомя зрителя с заглавными персонажами, а основной действие начинается уже во второй половине фильма, с эпизода проникновения маньяка в театр и первого убийства на сцене. Соави и оператор Ренато Тафури блестяще играют со светом и интересными кинематографическими приемами, типа вида от первого лица, чтобы вызвать у зрителя ощущения паники и напряженности, а искусно (и как-то даже по-хичкоковски) снятые сцены убийств дополняют общую картину. Они запоминаются почти все - будь то разрубание женщины напополам, убийство дрелью, финальная проходка с бензопилой или весьма хитро придуманная обманка, когда герои убивают своего друга, на которого маньяк надел свою маску. Изумительно Соави вкрапил в повествование некоторые отсылки на ленты своих итальянских коллег-учителей - например, было неожиданно и приятно увидеть в одной из сцен портрет Джорджа Истмэна в роли Антропофага из одноименной картины Джо Д'Амато. Сам антураж фильма как бы предполагает наличие разного рода киноманских оммажей, сделано блестяще! Общее гнетущее впечатление разбавляет только донельзя комичная линия двух непутевых полицейских, которые на протяжении всего повествования сидели в машине рядом со зданием театра и ничего не видели, хотя убийца был прямо у них под носом. Ближе к финалу кино здорово меняет вектор, из слэшера опять оборачиваясь почти чистокровным джалло и этаким моноспектаклем главной героини, которая остается одна и отбивается от маньяка - эта сцена с восхождением убийцы на сцену сделана в лучших традициях великого мастера Дарио Ардженто! Очень напряженный и изощренно-красивый эпизод. 'Водолей' может похвастаться крутыми практическими эффектами, по-настоящему жутким маньяком-мясником, драйвовой музыкой и шикарной режиссурой! Соави для своего дебюта сразу же взял невозможно большую планку, к уровню которой он так же вплотную приблизится через несколько лет, когда выйдет еще один его шедевр - монстр-муви 'Собор'. Впрочем, это, как известно, уже совсем другая история. 10 из 10

В далёком 1986 году маэстро итальянской киноэксплуатации Аристиде Массаччези попросил талантливого актёра и сценариста Луиджи Монтефиори написать два сценария. Один для самого Монтефиори, второй — для молодого и перспективного Микеле Соави. Первым сценарием, предназначавшемся для самого Монтефиори, и стал «Водолей» (он же «Сцена страха»). Но проблемы с недавно открытым в Риме рестораном помешали Монтефиори снять фильм, поэтому он отдал свой сценарий Соави. Так и родился фильм «Водолей». Правда, сам Соави в интервью заявлял, что снятый фильм сильно отличался от своего первоначально сценария. Как бы там ни было, работа вполне удалась. «Микеле сделал лучше, чем я бы смог» © Луиджи Монтефиори Сюжет фильм крутится вокруг заброшенного театра, напоминающего старый полуподземный ангар, в котором репетирует захудалая труппа актёров. Уж не отсюда ли черпал вдохновение Гаспар Ноэ, снимая свой «Экстаз»? Волею случая из психиатрической лечебницы, расположенной неподалёку, сбегает местная разновидность Майкла Майерса. Естественно, актёры, репетирующие в богом забытом ангаре (да ещё и запертые изнутри), становятся для маньяка лёгкой добычей. Сам Микеле Соави исполнил небольшую роль, сыграв одного из двух незадачливых полицейских. — Тебе не кажется, что я немножко похож на Джеймса Дина? — Ага, конечно, а я как Марлон Брандо. — Ну, немножко? © Хоть «Водолей» и был недорогим, посредственным слэшером, родившимся на закате итальянского жанрового кино (сам Соави говорил, что пришёл в кино слишком поздно), но всё же он сыграл большую роль в развитии кинокомпании Массаччези «Filmirage». Своим дебютным фильмом Соави показал, что хоть жанр и умирает, но в него ещё можно влить свежей крови, привлекая в режиссёрское кресло таких же молодых талантов, как и он сам.