Архипелаг

Действие семейной драмы 'Архипелаг' происходит на одном из островов старушки Британии, куда прибывает семья из трех человек в неполном составе: мать, сын и дочь. Они встретились, чтобы провести несколько дней вместе перед отъездом сына на волонтерскую работу в Африку. Мать сняла для них тот же дом, где когда-то проводили каникулы дети. Компанию семейству составляет кухарка, которая умеет готовить живых омаров и рассуждать об этом красиво и гладко - так, что заслушаешься, а также немолодой художник, друг матери, который дает уроки живописи ей и ее истеричной дочери, и учит жизни ее сына. Одиночество - вот основная тема картины. Все члены семейства так или иначе одинокие люди, которые не понимают, зачем они вообще встретились. Чтобы создать видимость семьи? Семьи, которую иначе как группой разбросанных островков и не назовешь. Одним словом, архипелаг. Кухарка оказывается ближе сыну, чем родные мать и сестра. Отец вообще посылает всех далеко и надолго - по телефону. Сестра только и знает, что закатывать истерики дома и в ресторане, вместо того, чтобы поддержать брата, который сам не понимает, зачем собрался на работу в Африку. При этом сестра искренне полагает, что она и мать - настоящая семья для брата, а его девушка, с которой он уже полтора года (!) как встречается, лишняя. Семья для сестры, видимо, штамп в паспорте. Приятная компания для брата - это молодая кухарка, которая умеет общаться по-человечески и которой брат действительно интересен как человек. Они легко и непринужденно ведут милые беседы, но даже ей в конце концов невмоготу выдержать эту атмосферу непонимания и тягости, царящую в семействе. И она, собрав ножи, уходит по-английски - не прощаясь. Единственный адекватный человек - тот самый художник. Он наблюдатель, который, в конце концов, решается дать несколько советов парню, поддержать его, понять, чего он хочет или не хочет в этой жизни. Все семейные баталии выглядят чем-то таким несущественным, проходящим и повторяющимся из века в век на фоне умиротворяющего, ветряного и нелюдимого пейзажа острова, соленых брызгов моря, холмов и редких солнечных бликов. Смотришь и понимаешь, что все пройдет, а этот холодный, дикий остров останется, поглотит все эти истории, и будет ждать новых.

Признаюсь сразу, фильм мне не понравился. Но рецензия именно нейтральная. Всё потому, что в данном случае не считаю себя имеющей право судить чей-то стиль. Раз режиссёр сделала всё так, значит, она так видела. Пользуясь случаем, мне также хотелось бы выразить восхищение авторами тех рецензий, которые здесь уже были опубликованы. Это действительно важный труд - интерпретация философского кино. К просмотру я приступила как раз под влиянием столь положительных рекомендаций, но, увы, фильм меня разочаровал. Сейчас попробую объяснить почему. Во-первых, я очень люблю фильмы с определённым уклоном в философию, но такие, которые держатся на диалогах. Или те, в которых сами события побуждают к размышлению. Но данная лента ни то, ни другое внутри себя не имеет. Вследствие этого фильм у меня вызвал даже не скуку, нет, какое-то экзистенциальное отчаяние. Во-вторых, кажется, что фильм этот должен будить в нас какую-то мысль, а на самом деле он исключительно воздействует на эмоции. Вроде бы очень интересный приём режиссёра - вовлечение зрителя в сами чувства и переживания героев посредством монотонного, почти бессловесного 'действия'. Но зачем он использован? Чтобы зритель пережил заново то, с чем сталкивается ежедневно и в очередной раз убедился, что выхода нет? Весь фильм дышит какой-то безысходностью и безвыходностью. Взрослые дети никак не могут отделиться от родителей. Жена никак не может дождаться мужа. Вроде бы Эдвард пытается как-то противостоять своей семье, пытается начать жить, но его попытки особого восхищения не вызывают. Он постоянно проговаривает, что и зачем он должен делать, как будто сам не верит в то, что чем-то может помочь. Да и в себя он не очень-то верит. И ещё у меня осталось чувство, что он обратно не вернётся. И всем при этом будет всё равно. Мне кажется, самой большой удачей был выбор актёра на роль Эдварда. В этой статичной роли Том смотрелся очень органично со своим греческим профилем и немного деревянной жестикуляцией. В некоторых сценах он очень напоминал Александра Блока. Эдвард получился романтичным, погружённым в себя, но, в то же время, как будто лишённым воли человеком. Я не знаю, конечно, какой Том в жизни, но здесь, как и в большинстве своих фильмов, он получился несмотря ни на что каким-то вдохновляющим и светлым. и эта его аура резко контрастирует с общим настроением фильма и исходным содержанием образа. Ради него только я и досмотрела до конца этот фильм. И. как здесь кто-то уже отмечал, с ним возникает как будто прямой контакт, он оказывается каким-то родным и близким, давно знакомым, человеком. И его Эдвард, возможно, именно поэтому не вызывает отторжение, напротив, его беспомощность перед жизнью оказывается трогательной. А ему и его словам несмотря на всю их утопичность хочется верить.