Дерек

Дерек. Дерек Джармен. Маг, чародей, художник, проклятый поэт, открытый гей, мужчина, всегда отвечавший за свои слова, режиссер, проповедник античного культа телесной красоты, пророк, демиург, человек – смелый, искренний, живой, настоящий. Один из основоположников британского авангардного кино, наследник традиций Уорхола и Рассела, автор одних из первых гомоэротических фильмов, он, не приемлющий компромиссов в искусстве, знал о магии кино, кажется, всё. Каждый из его немногочисленных фильмов — квинтэссенция нового искусства, иллюзия, альтернативный мир, сообщающийся с действительностью, но подчеркнуто нереальный. Впервые познакомившийся с миром кино фильмом «Волшебник страны Оз», он сам стал творцом собственного Сапфирового города, волшебником страны «Джармения». Одним из главных жителей этой страны, центральным её символом, стала дива, муза, друг – Тильда Суинтон. Её поэтический монолог-воспоминание открывает этот документальный, более, чем просто биографический фильм: «Я помню море. Я помню сад. Я помню дом. Но прежде всего я помню тебя, Дерек». И она приглашает нас по волнам её воспоминаний прогуляться по этой стране. Монолог прерывается фрагментами интервью Джармена, архивными фотографиями, кадрами из его фильмов – так создается эффект диалога между настоящим и прошлым, на расстоянии более десяти лет. Джармен в интервью рассуждает о британской жизни 70-х, об искусстве, культуре, религии, гомосексуализме, вспоминает встречи с Теннесси Уильямсом и Кеном Расселом, рассказывает о детстве, о том, как постиг и подавлял свою сексуальность, как публично признал положительный ВИЧ-статус, какой травле подвергся после этого в прессе, но главное содержание его речи – кино и многообразие любви, не определяющейся ни человеческими законами, ни законами Божьими. Суинтон говорит о своей тоске по другу, о его художественном бесстрашии перед реальностью, о том духовном, и только потом культурном и социально-политическом, значении, которое Джармен имеет для нее, его современников и будущих поколений. Те четырнадцать лет, что прошли между смертью Джармена и выходом фильма «Дерек», сжимаются в семьдесят минут экранного времени, ибо относительны не только время и пространство, но и сама смерть. Перед нами встает живой портрет человеческого духа и разума, и вслед за Тильдой Суинтон мы понимаем, что Джармен не ушел, не исчез, он здесь, среди нас, живее многих живых. Веселый, искренний, откровенный, он ходит по созданному им саду и наслаждается жизнью. И не имеют значения даты его рождения и смерти, его пол, возраст, отношение к религии, сексуальная ориентация и образ жизни – важен образ его мысли и чувства, воплощенных в жизнь и кино.