Мелодии белой ночи

Илья, советский дирижер и композитор из Ленинграда, приглашен выступать в Японию в Киото. Он узнает, что на фортепиано солирует Юкко, японская девушка, с которой год назад он познакомился в Питере. Их роман был быстротечен и они не писали и ничего не знали друг о друге. И вот происходит их прощальное свидание... Эта совместная советско-японская картина такая лиричная и сентиментальная мелодрама с прекрасным саундтреком от Исаака Шварца. Музыка делает едва ли не большую часть очарования картины. Действие картины по большей части происходит в Ленинграде, а начало и финал в Япония. Хорошая режиссура Сергея Соловьева и операторская работа Ильи Ротберга. Ну и, конечно, красиво смотрится в картине Ленинград с его дождливой погодой, белыми ночами, прекрасной архитектурой. Я, может быть, циничный, но меня все эти слёзливо-романтические страдания Юрия Соломина и Комаки Курихары не сильно впечатлили. Хотя претензий к актерам нет. Но больше всех в картине мне понравился персонаж Александра Збруева. Его художник Федор, брат Ильи, самый живой и непосредственный герой картины. Атмосфера Ленинграда 70-х, музыка Исаака Шварца во многом делают эту картину более глубокой, чем типичная грустная история любви двух представителей разных национальностей. 7,5 из 10

Этот фильм я смотрел когда-то в детстве и запомнил на всю жизнь. Сколько мне было лет - не помню, может 10 -12… Что я, мальчишка, мог тогда понять в этой истории? Вернее, не понять, почувствовать. Для разума в картине Соловьева нет ничего примечательного. Простенькая фабула служит основой столь же несложного сюжета, который сам по себе не способен настолько отпечататься в памяти подростка. История про любовь… Мало ли подобных коллизий использовал мировой (да и советский) кинематограф? Не счесть. И сколько их пересмотрено за четыре десятка лет сознательной жизни… Но история из жизни советского композитора и японской пианистки до сих пор, маленькой занозой, кусочком разбитой чашки тончайшего фарфора, сидит в укромном уголке сердца. Кино Сергея Соловьёва я бы разделил на два больших периода: поэтический и постмодернистский. И в первом, и во втором направлении ему удалось создать фильмы, прочно обосновавшиеся среди классики нашего кинематографа. И в том и, в другом направлении у меня есть любимые фильмы, но, всё же, Соловьёв – «поэт» мне ближе, поскольку эмоциональнее. И загадочнее. Из каких ингредиентов приготовлена «АССА» - понятно, что отнюдь не умаляет достоинств шеф-повара. А вот как сделаны «Мелодии белой ночи» - для меня непостижимо. По каким законам возникает музыка стиха и чувства, им рождаемые? Почему короткое поэтическое произведение может вызвать эмоции, для которых прозе потребовался бы объём романа? Стихотворная лирика способна действовать на человеческие чувства непосредственно, почти как музыка. Этот фильм – тоже музыка по силе воздействия. При том, что великолепная музыка, являясь составной частью синтетического киноискусства, не способна в одиночку вытянуть фильм. Мелодии белой ночи… Изящное название картины отнюдь не только про то, где и с кем происходят события. Прекрасный поэтический образ – квинтэссенция ленты. Партитура фильма соткана из множества почти эфемерных «звуков». Некоторые – столь тихи, что едва различимы. Некоторые – высоки настолько, что почти на границе человеческого слуха. И в первую очередь такими «звуками» являются лица главных героев. Это невозможно объяснить. Сколько уже сказано и написано про загадку лица того или иного актёра. И понятно, что тайна сия непостижима, не поддаётся рациональному анализу, но каждый раз, когда видишь подобные примеры, задаёшь себе вопрос – КАК? За счёт чего это работает? Почему Соломину и Курихаре можно вообще ничего не играть: крупный план лица всё равно намертво приковывает зрительский взгляд. Конечно, они личности. Личности с большой буквы. А личность, умноженная на актёрский талант и профессионализм – это то, на чём можно построить целый фильм, даже в отсутствии занимательного сюжета. Добавьте к этому хорошего оператора, колорит Японии, умиротворённую атмосферу советского времени и получится пронзительная до боли история любви. Любви – в высшем понимании этого слова. Любви, которая больше чем страсть, что само по себе редкость для кинематографа.