Никто не хотел умирать

Только-только отшумела война, а на литовский хутор никак не придёт мир. Убит четвертый по счёту председатель, и наводить порядок возвращаются его сыновья Медведи. На календаре приближается вторая половина XX века, а за окном всё ещё живут по ветхозаветным законам. Око за око, и чти отца своего. За уже привычным грохотом выстрелов не разобрать что там? Классовая борьба или кровная месть? Найти нового председателя непросто - кто же захочет занять буквально расстрельную должность? Не умеешь - научим, не хочешь - заставим. Учить даже не попытаются, стать председателем заставят местного изгоя Вайткуса. Ни братьев, ни жены, мать бросила в детстве, лишь глухонемой отец сапожник. Вайткус успел сходить в лес в банду Домового и успел вернуться. Везде чужой, везде не нужный. Такого не жалко. С одной стороны, и для него ничего нового, ведь прятаться приходилось и прежде, с другой, теперь он мишень для всех. Хотел стать своим, но останется чужим, хотел мира, но не дождётся, хотел власти, но разве это власть. Да и у кого власть? У коммунистов? У Домового? У лесных духов? Или жен и матерей, единственных кто одинаково жалеет и правых и виноватых, и убитых и убийц. Выдающийся фильм Витаутас Жалакявичюса - советский вестерн. И с географической точки зрения (ну что может быть западнее Литвы?) и с жанровой. Здесь чаще стреляют, чем говорят, а настоящая власть у винтовки, а не человека. 'Никто не хотел умирать' - важнейшее высказывание на больную для Литвы национальную тему. Сосед идёт на соседа, никто не верит ни своим ни чужим, и даже святой окажется далеко не святым. В братской могиле встретятся и жертвы и палачи, а над могилами не то туман, не то пороховая дымка, не то мука с местной мельницы. За большой темой история маленького человека. Вечный изгой Вайткус искал мир и лучшую долю, но не нашел ни того ни другого. Был конец войны, и никто не хотел умирать.

Неделя просмотра фильмов республик Прибалтики и Рижской киностудии 60-80-х. Фильм 7-й (завершающий). Сегодня у нас на просмотр фильм не Рижской киностудии, и не производства Латвии, а фильм литовский. Не просто так ведь я озаглавила нашу неделю, как просмотр фильмов прибалтийских республик, а получились все только латвийские фильмы. И вот последний фильм именно производства Литвы. Этим фильмом я хотела начать нашу неделю просмотра (потому и написала, что 60-х-80-х годов, т. к. этот фильм 1965 года, а все остальные оказались 70-х и 80-х годов), но потом решила этим фильмом её закончить. Именно с этого фильма многие прибалтийские актёры снявшиеся здесь, начали в дальнейшем свой путь в большой кинематограф Прибалтики и СССР. Вообще это было очень смело в те годы: высказать мысль о том, что у каждого в братоубийственной войне была своя правда, причём большей частью не подкреплённая партийной идеологией. Мысль «почти лесные братья» никто из советских кинокритиков развивать не стал, а после, когда фильм получил международные кинонаграды, чиновники от кино похвалили Жалакявичюса за актёрский ансамбль и за... жестокость. Фильм «Никто не хотел умирать» Жалакявичюс ставил по собственному сценарию.. ..1947 год. Литва. Небольшой хутор. Убивают председателя сельсовета, пятого по счёту в этом году. Найти желающего занять его место трудно. Убит он бандой Домового, состоящей из всех тех, кто не сочувствует советской власти. Сыновья покойного намерены отомстить. На его место председателем насильно назначают персонажа Донатаса Баниониса, отсидевшего год за то, что состоял в банде этого самого «лесного брата» Домового. Притворявшийся романтиком историко-революционной темы, Жалакявичюс был на самом деле единственным в СССР практиком «кинематографа жестокости», по определению советских идеологов. Режиссёр считал, что «жестокость определяет ход мироздания». Классовую войну режиссёр снял как трагедию смены веры конкретного человека, будь он бедняк или богач. Как вспоминают актёры, режиссёр постоянно сомневался: как и кого снимать. Именно в это время родилась его знаменитая присказка: «Не знаю... не знаю... надо пробовать...». В результате сомнений появилось не только культовое кино, но и понятие «литовская актёрская школа». Такого «цветника» прибалтийских актёров не собирал ещё ни один советский фильм: Донатас Банионис, Юозас Будрайтис, Вия Артмане, Регимантас Адомайтис, Альгимантас Масюлис, Бруно Оя (эстонский актёр), Бронюс Бабкаускас. «Никто не хотел умирать» - точка отсчёта в кинокарьере многих прибалтийских актёров. Жалакявичюс не сделал в фильме ни одной проходной сцены. Он требовал полной отдачи, внесения даже в эпизод неподдельного чувства. Редкая школа! После выхода фильма литовские актёры получили не только всесоюзную, но и международную известность. Долгое время литовским актёрам пришлось играть иностранцев. А ведь карьера каждого из них могла сложиться иначе. Жалакявичюсу после оглушительного успеха фильма, снимать подобное кино запретили. Потрясающий советский вестерн, снятый, на одной из самых западных окраин Союза, в Литве, автором, который на следующий день после выхода фильма в прокат, проснулся знаменитым. Настоящий, наполненный экшеном и потрясающими персонажами, фильм. Правда, эта история о нескольких смельчаках, бросивших вызов преступности и криминалу в местных условиях, оплетена максимально допустимым уровнем национальных традиций, прибалтийской культуры и религиозных ритуалов. Фильм очень смелый в этом плане. Смелый настолько, что местные киночиновники испугались и пытались обвинить Жалакявичюса в антисоветчине, но, по счастью, не получилось и фильм вышел во всесоюзный прокат. Так впервые в истории советского кинематографа прозвучала тема сопротивления советской власти в Прибалтике. С одной стороны, тут есть прошедшие войну герои, которых играют актёры, на тот момент не особо известные, но которые выросли в условиях, описанных фильмом, и прекрасно понимающие, о чём идёт речь, поэтому у всех получилось сыграть невероятно точно. С другой стороны, Витаутас Жалакявичюс поднимает интересную тему литовского простого сельского жителя, который не хочет лезть ни в какую политику, и сражаться не рвётся, он просто хочет пахать землю, и растить детей, но, если его достанут и заберутся в самую близкую территорию, способен и ружьё взять в руки, и бить врага голыми кулаками. Тема, опять же, опасная, если повернуть её неправильной стороной, но режиссёр оказывается достаточно тонким, чтобы придать ей ракурс правильный. Изначально называвшийся «Террором» фильм, что, конечно же, перепугало всех в комитете по цензуре, сменил название и вышел в прокат покорять зрителей. А покорять там было чем. События, которые разворачиваются на экране и, особенно за кадром, если взять эпизод с перестрелкой на мельнице, представляли собой новый уровень экшена и суровости. Изначально фильм этот был чёрно-белый, что придавало ему особый колорит. Но сегодня мы нашли его в цветной версии, что конечно смотрится намного интересней и ярче, и посмотрели именно этот вариант. В фильме нашлась даже толика цинизма, но он появляется не от жестокости характера, а как плод, выращенный реальностью боли. Или эпизод с убитым ребёнком в лесу, такого советский экран никогда и представить себе не мог. При этом всё снято самым наилучшим образом под чутким руководством лучшего прибалтийского оператора Ионаса Грицюса. Не удивительно, что фильм стал большим блокбастером в СССР и совершил доселе невероятное, выиграв звание лучшего фильма по мнению читателей авторитетнейшего журнала «Советский экран». Это первый нероссийский фильм, который подобного удостоился. Его осыпали наградами, а сам режиссёр и большая часть актёров получили приглашения в большое советское кино, с интересными проектами в Москве и Ленинграде. И вся страна с восторгом поняла, что у них теперь есть литовский кинематограф, который постепенно завоюет звание самого лучшего кинематографа, наравне с латвийским и Рижской киностудией, если речь идёт о детективах и подобного рода фильмах. Каждый из участников съёмочной группы «Никто не хотел умирать» называл этот фильм одним из самых любимых и важных в своей жизни. Фильм вывел на всесоюзный экран целую плеяду прекрасных актёров, каждый из которых внёс серьёзный и значительный вклад в работу студий Москвы и Ленинграда, в кинематограф других союзных республик. Дубляж здесь выполнен на студии Ленфильм, и снова Донатас Банионис говорит голосом Александра Демьяненко. Но именно в этом фильме, этот голос очень ему подходит. Самый лучший из фильмов Жалакявичюса. Это фильм-притча о тех тяжёлых временах. Фильм-фреска, фильм-былина. Образ иконы вырисовывается на лицах героев, икона в лесу. Герои страдают и очищаются через это. Ведь никто тогда не хотел умирать, но… Следует признать, что фильм смотреть интересно даже сегодня, хотя он больше напоминает этакий «советский вестерн», нежели глубокое исследование проблемы искоренения гитлеровских «недобитков». Но стрельба или какие-то драки здесь не главное. Главное - судьбы людей, которых закрутила гражданская война. Историю нельзя переписать. Но одни на ней учатся, а другие её не признают, что, впрочем, последним вряд ли делает честь. 10 из 10