Стартрек: Возмездие

Давайте смотреть правде в глаза: Джей Джей Абрамс — это тот самый гиперактивный ребенок-пироман, которому вместо успокоительного и ремня выдали ключи от махины с ядерным реактором и ящик высокоточных фейерверков. И слава космическому разуму, что так вышло. «Стартрек: Возмездие» врывается в ваше хрупкое сознание не как робкий, интеллигентный сай-фай для зануд с пластиковыми эльфийскими ушами, а как сорвавшийся с тормозов межгалактический товарняк. Он гружен чистым, неразбавленным адреналином и ослепительными бликами, от которых сетчатка молит о пощаде, но просит добавки. Кажется, этот сценарий писали на энергетиках, смешанных с первосортным ракетным топливом. Картина хватает вас за грудки с первых же секунд, без прелюдий швыряет в красные пески, заставляет бежать от копьеметающих аборигенов и нырять с головой в раскаленное жерло вулкана. Это не та академичная и пыльная фантастика, где седые старцы в пижамах часами обсуждают этику на фоне унылого зеленого экрана. Это дерзкий, наглый, грязный и потрясающе красивый аттракцион, где законы физики ушли в бессрочный отпуск, а здравый смысл стыдливо курит в сторонке, пока на экране творится восхитительная, высокобюджетная вакханалия. Первая директива? Забудьте. В этом фильме она используется исключительно как туалетная бумага для высшего командования. Наш бессменный капитан Джеймс Т. Кирк в исполнении Криса Пайна — это по-прежнему эталонный космический гопник с золотым сердцем и абсолютно непреодолимой тягой к суицидальному героизму. Он игнорирует субординацию так же легко, как дышит, кладет огромный болт на протоколы Звездного Флота и принимает решения с таким лицом, будто у него в заначке припрятано еще как минимум девять жизней. Крис Пайн умудряется балансировать на тончайшей грани между откровенным, бесячим самодурством и животной харизмой. За эту ухмылку ему прощаешь даже то, что в любой реальной армии его бы давно списали на берег драить гальюны зубной щеткой. А рядом, словно ходячий кубик сухого льда, брошенный в стакан крепкого виски, замер Спок. Закари Куинто выдает такой чудовищный концентрат ледяной логики и подавленной истерики, что становится физически страшно за его лицевые мышцы. Их броманс с Кирком — это не просто украшение фильма, это ядро всего двигателя. Один — ходячий оголенный нерв и импульс, другой — дотошная инструкция по эксплуатации микроволновки. И когда эта безупречная инструкция начинает сбоить, коротить и искрить человеческими эмоциями, наблюдать за этим — особое, почти садистское удовольствие для зрителя. И тут, когда вы уже расслабились, на арену выходит Он. Человек Массового Поражения. Бенедикт Камбербэтч в роли безымянного (до поры до времени) антагониста настолько пугающе магнетичен, что хочется немедленно переписать корабль на его имя, встать на колени и занять очередь на добровольное порабощение. Его низкий, вибрирующий голос можно использовать вместо промышленного пресса, а взгляд способен заморозить плазму. Он не просто карикатурный злодей с манией величия, которыми так грешат блокбастеры. Он — интеллектуальная мясорубка, методично пережевывающая экипаж «Энтерпрайза» с грацией британского аристократа, пьющего чай на руинах цивилизации. Интригу его происхождения я оставлю в покое, дабы не портить вам тот самый сакральный момент, когда ваша челюсть должна с грохотом встретиться с полом. Безумие, конечно, было бы неполным без команды поддержки. Доктор Боунс (Карл Урбан) продолжает генерировать первобытную панику и шикарные циничные ванлайнеры с лицом человека, которого выдернули из теплой постели прямо в эпицентр ядерного взрыва. Скотти (Саймон Пегг) носится по инженерному отсеку, как ужаленный в задницу шмель, пытаясь склеить разваливающийся на куски корабль синей изолентой и многоэтажным шотландским матом. А Ухура (Зои Салдана) наглядно доказывает, что женщина в глубоком космосе способна не только красиво носить форменную мини-юбку, но и устроить своему парню леденящую кровь сцену ревности прямо в тот момент, когда вокруг рушится империя и взрываются клингонские корабли. Визуально эта картина — чистейшая, бесстыдная порнография для кинестетиков и визуалов. Корабли прошивают пространство с таким оргазмическим гулом, что вибрирует грудная клетка. Лазерные перестрелки похожи на стробоскоп в лучшем подпольном техно-клубе Берлина, а сцены масштабных разрушений вызывают почти неприличное эстетическое наслаждение. Джей Джей Абрамс не просто снимает экшен, он берет вас за шкирку и швыряет прямо в блендер спецэффектов, не забывая при этом щедро посыпать происходящее своими фирменными световыми бликами — просто чтобы вы точно знали, кто тут главный дирижер этого хаоса. Стоит ли искать здесь глубокий философский подтекст, метафизику или трактаты о смысле бытия? Да бросьте. Это не тот случай, когда нужно натужно морщить лоб в поисках экзистенциального зерна. Это концентрированный, густой коктейль из драйва, тестостерона, отличного циничного юмора и грамотно вписанного фансервиса, который вливают вам прямо в вены без анестезии. Глубокий космос еще никогда не был таким бесстыдно сексуальным, а игры в кошки-мышки с гениальным психопатом в стильном плаще не приносили столько извращенного, пульсирующего удовольствия. 9 из 10

О чём фильм? Звездный флот подвергается нападению со стороны расчётливого террориста Джона Харрисона (Бенедикт Камбербэтч). Капитан Кирк (Крис Пайн) возглавляет миссию Федерации по его поимке. Зачем смотреть? «Нужды большинства важнее нужд меньшинства». Классическую цитату из «Гнева Хана» лучше всех понял Джей Джей Абрамс. Перезагрузив в 2009 году эпохальное телешоу Джина Родденберри, Абрамс своим первым путешествием на USS Enterprise спас франшизу от скатывания в нишевое фанатское барахло и сделал её крутой для всех. Теперь «Стартрек» даже оперирует более-менее бюджетами как у прямого конкурента от Lucasfilm, правда, кассовые сборы сильно отстают. Звездный путь 2.0 отказался от пафосных речей, пожилых актёров и плохих причёсок предыдущих фильмов, увеличил энергию, живость и зрелищность, но всё же сумел сохранить уважение к персонажам Родденберри и к духу космической оперы. «Возмездие» ещё и попало в нерв того времени: всего через пару недель после теракта в Бостоне вышел блокбастер про охоту за террористом, в котором Кирк получает приказ отказаться от справедливого суда и «прикончить этого гада», насадив его на фотонную торпеду. И тут респект злодею в исполнении Камбербэтча - да, он выглядит так, будто только с фотосессии для журнала GQ и каждое его появление сопровождается надругательством над скрипичными инструментами, но его персонаж подходит для того, чтобы занимать высокие места в различных списках лучших антигероев. Гвоздь программы - это сам Абрамс. Его режиссёрский стиль, нечто среднее между отточенностью Спилберга и маниакальностью Бэя, крайне эффективен и эффектен (надевайте при просмотре свои Ray-Ban, чтобы не ослепнуть от невменяемого количества бликов). Как и Лукасу, Абрамсу нет дела до научной фантастики и трансварпов - он просто хочет, чтобы зритель получал удовольствие. 9 из 10