Какраки

Один из небезнадежных фильмов из репертуара 'Закрытого показа', смысл которого был по обыкновению более или менее безнадежным образом заболтан бормочущем нелепости ведущим в ходе традиционно бездарного обсуждения. Хотя он достаточно очевиден. И передан вполне корректно. Главный герой картины - тотальный конформист. Всю свою жизнь он просто приспосабливался к окружающей его среде и пассивно наблюдал за нарастанием безумия в системе - обществе, которое давно перестало состоять из граждан или, например, просто людей, и теперь практически исключительно состоящем из каклюдей - то есть из потребителей. Хотя и понимал, что это вероятно не лучший возможный выбор. Но все эти время от времени предпринимаемые физкультурно-лингвистические вылазки героя, по сути, так же являются имитацией протеста и поисков смысла, как и вся его жизнь является имитацией существования. На момент начала фильма похоже, что на настоящую революцию ничто не вдохновляет. Но через какое-то время на горизонте появляется стимул - в виде работающей в книжном магазине и пока ни разу в жизни не пробовавшей 'какраков' девушки. Есть ли в ней все то, что наш герой в ней видит или ему это только кажется, но под влиянием чувства - или минуты, как угодно - он решает попытаться на самом деле что-то изменить. Проблема в том, что сделать это в результате подобного спонтанного бунта против самого себя, не подкрепленного осознанной готовностью начать прилагать к процессу существования усилия сколько-нибудь большие, чем стало привычным за все то время, пока выбор постоянно делался в пользу пути наименьшего сопротивления невозможно. Поддержки извне ждать также не приходится, так как окружающая героя глянцевая 'звероферма' естественно вовсе не в восторге от его попытки перевоплотиться в человеческое существо. В результате, как только он совершает то, что система позволяла ему совершать пока он был ее частью и действовал, исходя из мотивации, заставлявшей его поступки укреплять эту систему, но теперь исходя из совершенно иных побудительных мотивов - тех, что ставят под сомнение сами ее основы, он превращается в ее врага, и она мгновенно перемалывает его. У героя не было жизни до этого - он прекрасно понимал, что не более чем имитирует свое существование - но была мечта о ней. Когда же, не будучи подкрепленной ничем изнутри, эта мечта сталкивается с абсурдной реальностью (вот при чем здесь Гоголь) и превращается в химеру (вероятно в этом метафорический смысл 'предательства' девушки); когда становится ясно, что и ее прожить не удастся тоже - тогда не остается ничего. И тогда герой может лишь исчезнуть. Некоторое время назад Пол Верхувен снял вроде бы ни на что не претендующий научно-фантастический боевик 'Вспомнить все'. Но если верить самому режиссеру, то на самом деле он пытался там поставить немалой важности вопросы, например - реально ли еще в современном мире противостоять распространяющейся как чума эпидемии слепой алчности или это уже не более чем параноидальная иллюзия? Автор этой картины ставит вопрос шире: возможно ли в принципе оставаться человеком в обществе каклюдей, сделавших погоню за деньгами и комфортом единственной целью своего существования и превративших все, включая само это существование, в предмет потребления? И способно ли подобное общество выжить? Тогда, в 1990, Верхувен предложил хитро завуалированный под хэппи-энд открытый конец - точнее два его возможных варианта. Что оставляло определенную надежду. Ни один элемент конструкции данного фильма, включая его развязку, к сожалению, уже не дают никаких оснований предположить, что его автор не рассматривает свои вопросы как чисто риторические. В целом - с точки зрения того как это сделано, киношедевром это, вероятно, вряд ли можно назвать. Но с точки зрения посыла это, без сомнения, вполне адекватная работа. Создателя Гордона - назад к кульману.

Год 2009 выдался богатым на дебюты российских режиссеров. Среди них «Какраки» Ильи Демичева стоит не то, чтобы особняком, а как-то несколько более уверенно глядит в сторону зрелого продукта мастера. Интерес к фильму проявили американские продюсеры и дистрибьюторы на круглом столе в Российском павильоне Каннского кинофестиваля. На выборгском фестивале «Окно в Европу» «Какраки» получил приз за дебют и «Серебряную ладью» в конкурсе «Выборгский счет». Фильм отобран в конкурс дебютов 66-го Венецианского кинофестиваля; все это доказывает, что работа Ильи Демичева вызывает интерес публики. То ли целеустремленная личность режиссера, привыкшего во всем добиваться успеха, то ли неожиданно отлаженный, не дебютантский актерский состав, то ли и впрямь крепкая сценарная база, на которую «клюнули» большинство актеров, (а может и все это вместе) вывезли «Какраков» далеко за пределы режиссерского дебюта. По крайней мере, фильм счастливо прошел все трудные места начинающих кинематографистов: хорошо сбалансирован, не затянут и не урезан, сюжетные линии подобраны в аккуратный, замкнутый пучок. Блестящие, полные современных реалий, и в то же время отсылающие к лучшим примерам советского «конторного» кино диалоги героев держат улыбку и внимание зрителя. Рамки творческого амплуа главной звезды фильма – Михаила Ефремова – нещадно расширены с комического недотепы до фигуры траги-лирической, эдакого просвещенного страдальца. Наши дни, в большой строительной фирме варятся в собственном соку упитанные, пучеглазые «раки» – чиновники, нещадно щиплющие и грызущие друг друга и всяких подрядчиков, прикрываясь подписями, обязательствами, сроками смет, чтобы откусить побольше и получить откат пожирнее. В этой атмосфере прорастают болезненные ростки настоящей дружбы и любви, здесь смешные вирши начальника звучат как поэзия, здесь находится место и трогательной, несколько сомнительной религиозности, по-своему проникающей в потемки здешних прожженных цинизмом душ. Главный герой Михал Михалыч давно свыкся с этой атмосферой, живет по здешним правилам, хотя и сохраняет в душе некоторую верность идеалам молодости: он берет, но как бы без фанатизма, изменяет жене – но тоже, скорее по необходимости… Душа его мечется между заброшенной семьей и опостылевшей работой в комичных корчах: то учится плавать, то вдруг китайский по самоучителю учить начнет. Однако случайная встреча в книжном магазине меняет всю его жизнь, пробивает брешь в чиновничьем панцире неуязвимости, сбрасывает его с пьедестальчика в самую гущу напряженных чувств, доводит до безрассудства и до тюрьмы. Зато Михаил Михаилович обретает мечту и счастье, делает пусть сомнительный, но все же подвиг, и, признаться, к печальному концу фильма Михал Михалыч не выглядит побежденным. Герой Ефремова проживает полный, слегка карикатурный цикл современного российского чиновника. По суждению режиссера, фильм вообще вышел о чиновниках, о тех людях, которые, по сути, и формируют социо-культурный бэкграунд всякой, а нашей страны – в особенности. И вот почему-то последнее время в кино чиновник будто просто исчез, превратился в самопародию, во что-то мелкое, гадкое, неинтересное… Конечно, свести личные счеты с бездушным бюрократическим аппаратом через кино соблазнительно для художника; кольнуть, пнуть, выставить в дурном свете, или просто проигнорировать… Но не так учили нас подходить к проблеме чиновничества наши классики – Гоголь, Чехов, Достоевский… Не просто пародировать, но выправлять нравы были призваны все эти печальные Акакии Акакиевичи, футлярные Беликовы и параноидальные Голядкины… И получалось же, узнавали себя читающие люди, каялись и менялись, несмотря на известный цинизм, вседозволенность и безнаказанность. Вот и «Какраки» Демичева вносят новые портреты чиновничества в несколько подзабытую, уже запыленную от небрежения галерею. И сразу оживают лица, персонажи начинают рифмоваться и перемигиваться, попадая в привычный литературный контекст. И вот уже герой Ефремова читает, как про него самого написанную, Гоголевскую «Шинель», и по другому уже звучат к концу фильма и бездарные вирши начальника в исполнении Сергея Колтакова, и весь его абсурдно-сентиментальный пафос. И наивная, безпомощная попытка Михаила Михайловича вырваться из родного аквариума, напоследок крепко отщипнув из него, вырваться в сказочный мир недоступной, манящей молодости, олицетворяемый героиней Ольги Сун Настенькой, простой наивной девочкой, которая то ли плетет ловкие интриги, то ли вправду такая чистая… Самое главное достоинство «Какраков» – что фильм может вызвать дискуссию, заставить задуматься. В легкой, обильно подслащенной блестящей актерской игрой и отточенными репликами и гэгами – одна «спящая стрекоза» в исполнении пришедших давать взятку подрядчиков его стоит! – обертке Демичев беспощадно подсунул нам горькую назидательную пилюлю, которую хошь-не-хошь, а придется проглотить и усвоить.