Мумия

Древний Египет всегда притягивал любителей поковыряться в чужих могилах с энтузиазмом голодных стервятников. Жадные колонизаторы прутся в раскалённую пустыню, свято веря, что высохшие мертвецы будут терпеть их цивилизованную наглость целую вечность. Но однажды жёлтый песок выплёвывает свои мрачные тайны обратно в лицо самонадеянным копателям. Эта история насквозь пропахла жжёным порохом, затхлыми бинтами и первородным хтоническим хаосом. Здесь абсолютно нет времени на сопливые размышления о хрупкости человеческого бытия, особенно когда за твоей задницей гонится бессмертная сущность с катастрофическим дефицитом влаги в организме. Это идеальный коктейль из алчности, непроходимой тупости и древнего зла, который взбалтывается без всякого шейкера прямо в тёмных лабиринтах проклятых гробниц. «Ствол в руке, в башке сквозняк — так и лезем в саркофаг» В самом эпицентре этого урагана из песка и свинца стоит Рик О’Коннелл, которого с брутальной лёгкостью воплотил Брендан Фрейзер. Это классический наёмник с квадратной челюстью, тяжёлым кулаком и абсолютным иммунитетом к инстинкту самосохранения. Рик привык решать проблемы не хитроумными дипломатическими пассажами, а увесистым ударом приклада в зубы. Рядом с ним постоянно околачивается Эвелин Карнахан в исполнении Рэйчел Вайс. Она представляет собой ходячую катастрофу с академической степенью по египтологии. Эвелин читает мёртвые языки с таким же бешеным энтузиазмом, с каким пьяный дембель орёт песни под расстроенную гитару. Их дуэт — это опасная химическая реакция, в которой чистый тестостероновый адреналин смешивается с библиотечной пылью, порождая термоядерный взрыв харизмы. Он хладнокровно стреляет, она судорожно переводит древние руны, а вокруг всё закономерно разлетается на мелкие ошмётки. Рик не пытается понять глубокую мотивацию зла, он просто фарширует его пулями до состояния дуршлага. Эвелин же относится к воскресшему монстру как к редкому музейному экспонату, ровно до того момента, пока этот экспонат не пытается принести её в жертву. Это мощное столкновение двух миров: тупой мужской решительности и неуместного женского любопытства, которое в конечном итоге и спасает мир от тотального апокалипсиса. «Лысый жрец порвал бинты — покупай себе кресты» Конечно, любой хороший замес требует качественного и мотивированного раздражителя. Прошу любить и жаловать: Имхотеп, он же Арнольд Вослу. Древний и бескомпромиссный подкаблучник, который пожертвовал жизнью, карьерой и внутренними органами ради своей горячей гот-подружки Анк-Су-Намун (Патрисия Веласкес). Парень провёл в тесном деревянном ящике три тысячи лет, питаясь исключительно собственной ненавистью и жирными скарабеями. Такое долгое пробуждение предсказуемо не сделало его добрее. Он вылезает на свет божий похожим на пережаренный шашлык и сразу начинает жадно высасывать жизненные соки из заезжих американских туристов. Это вам не сопливая трагическая история великой любви, а агрессивный рейдерский захват вершины пищевой цепи. Имхотепу плевать на технический прогресс двадцатого века, у него в арсенале есть свои, проверенные тысячелетиями методы: насылать тучи саранчи, превращать воду в кровь и устраивать локальный филиал ада на земле. Он прёт к своей цели с грацией чугунного парового катка, сметая на своём пути продажных тюремщиков и трусливых искателей сокровищ. Злодей здесь не утомляет нас унылыми монологами о мировом господстве, ему просто нужно вернуть свою женщину и восстановить нормальный тургор кожи. Прагматично, предельно жестоко и по-своему невероятно честно. «Золотишко в рюкзаке — скарабей сидит в кишке» На фоне этой глобальной мистической разборки суетливо мельтешит Джонатан, сыгранный мастером сарказма Джоном Ханной. Брат главной героини обладает безупречными инстинктами портовой крысы и готов без раздумий продать собственную печень за блестящую антикварную безделушку. Он отвечает за ту неприглядную часть человеческой натуры, которая тащит в бездонный карман всё, что не прибито гвоздями, даже если оно обильно полито смертельным ядом. Джонатан — это голос нашего внутреннего трусливого маргинала, который в любой непонятной ситуации судорожно ищет ближайший бар или бесхозный кусок золота. А чтобы жадным европейцам жизнь окончательно не казалась мёдом, по пустыне гордо скачет Ардет Бэй (Одед Фер). Местный суровый рейнджер с лицом модели из рекламы дорогого парфюма и непоколебимым фанатизмом средневекового инквизитора. Он честно и регулярно пытается предупредить заезжих идиотов об опасности, но кого вообще волнуют пророчества бородатых мужиков с татуировками на лице, когда впереди маячит сказочный куш? Местная фауна тоже не отстаёт от кровавых трендов. Плотоядные жуки-скарабеи жрут подкожный жир быстрее, чем налоговая инспекция сжирает годовую премию. Они мерзко ползают под кожей, доводя жертву до истошного безумия и превращая пафосную героическую смерть в отвратительную бытовуху. «Буря мглою небо кроет — мертвечина громко воет» Этот безостановочный забег по барханам физически не даёт времени на перекур. Действие бьёт наотмашь, как ржавая совковая лопата по зубам. Самолёты эпично врезаются в песчаные дюны, толпы зомбированных египтян тупо скандируют имя своего нового гнилого хозяина, а надвигающаяся буря обретает форму гигантской орущей морды. Здесь нет места сложным моральным дилеммам и проработке глубоких психологических травм из трудного детства. Это честная, пыльная и грязная работа по экстренной утилизации восставших мертвецов. Вся жизненная философия героев сводится к кристально ясному правилу: если оно давно умерло, но почему-то двигается в твою сторону — всади в него всю обойму без лишних вопросов. Каждая экшен-сцена насквозь пропитана первобытным животным драйвом и здоровым мужским цинизмом. Это ловко превращает банальное выживание в угарную народную гулянку с элементами ритуальной расчленёнки. Скучать тут физически невозможно, сюжет тащит тебя за шиворот через хитроумные ловушки, зыбучие пески и древние проклятия, не давая даже моргнуть. В этом свихнувшемся мире есть лишь один надёжный способ пережить экзистенциальный кризис: никогда не читать вслух древнеегипетские манускрипты, всегда держать под рукой заряженный дробовик и твёрдо помнить, что любая великая любовь рано или поздно превращается в труху, а крупнокалиберный свинец, как и хорошая шутка, бьёт без промаха прямо в гнилое сердце вечности. 9 из 10

Фильм 'Мумия' (1999) я смотрела еще в далеком детстве, в свои восемь лет. Спустя время мои впечатления от фильма не поменялись. 1. Меня очаровала выбранная египетская тематика фильма, но огорчало несерьезное отношение главных героев к египетской культуре. Вроде бы они археологи, но вели себя по-хозяйски. Главная героиня мнила себя круче самого жреца Имхотепа. Главный герой постоянно кривлялся и шутил не к месту, будто это не фильм про мумию, а обычная глупая комедия. Египетская культура была просто фоном для приключений, что печально. Главным героям все равно, кого и где лихо побеждать, хоть египетского жреца Имхотепа, хоть китайского императора. 2. Рик О'Коннел откровенно меня раздражал. Он вел себя как самоуверенный шут, каждая его фраза была полна пафоса. За Рика не получалось переживать. Я даже в детстве понимала, что по сути ему ничего не угрожает. На фоне величественного и спокойного Имхотепа Рик смотрелся особенно неадекватно. Я не увидела смелого героя, только человека, который уверен в своей неуязвимости и которому сценарий прописывает победу за победой. 3. В детстве меня очень напугала предыстория Имхотепа. После этого я не могла ему не сочувствовать. Будем честны, франшиза 'Мумия' держится именно на Имхотепе, на его харизме. Без Имхотепа фильмы получаются абсолютно пустыми. Так было с фильмом 'Мумия: гробница императора драконов' (2008) и с фильмом 'Мумия' (2017). Имхотеп и жуткий, и трогательный, о нем хочется знать больше, он интересен и совсем не надоедает. Имхотеп сильная личность, а Рик О'Коннел и подобные ему просто эпизоды в его жизни. Кем бы был Рик, не встреть он Имхотепа и не сразись с ним? Оценку фильму поставить сложно. Ставить 10 из 10 только за Имхотепа? Это будет необъективно. Совсем низкую оценку ставить тоже нельзя, все же фильм при всех своих недостатках захватывает дух. Сниму по баллу за раздражающих главных героев и отношение к Египту как к месту развлечений, а не месту, где существовала великая цивилизация. 8 из 10