Голубой фильм

«Голубой фильм» оставляет после себя странное впечатление: словно бы Валерьян Боровчик вообразил себя Пазолини и задумал снять нечто экзистенциально-философское, вдохновляясь писаниями де Сада. Впрочем, в том, что Альберто Каваллоне, снимая свое «Blue Movie» вдохновлялся «Сало, или 120 днями Содома» можно даже не сомневаться. Только вот результат получился, мягко говоря, несколько иным. В отличие от мира, созданного Пазолини, сюрреалистический мир «Голубого фильма» никаких пересечений с миром реальности не имеет, и никак на него не действует. Все его герои живут в какой-то выморочной вселенной сексуальных переживаний, которые, видимо, должны (по мысли режиссера) каким-то образом экстраполироваться на реальность сквозь призму фрейдистских теорий, вот только без помощи специалиста по психоанализу в послании синьора Каваллоне к человечеству разобраться будет невозможно. Если же не пытаться разгадывать сюрреалистические загадки, а просто попытаться посмотреть кино, то скорее всего, вы остановите просмотр минут через пятнадцать после просмотра, или же станете терпеливо ждать очередную сцену сексуальных извращений – это уж в зависимости от степени вашей испорченности. Впрочем, в чем нельзя отказать автору фильма (а “Blue Movie” кино, без всякого сомнения, авторское), так это в умении создать атмосферу «надреальности», перемешать события, происходящие на самом деле с картинами, возникающими в мозгу героев таким образом, что истинность происходящего уже не поддается никакой верификации. Ни для персонажей, ни для зрителя. Отсюда и условность действия, которое то ли есть, то ли оно суть порождение бессознательного. Скрывается Сильвия от похитивших ее насильников или она убийца-маньяк, убивающая своих сексуальных партнеров? Действительно ли Леда – несчастная переселенка из разрушенного землетрясением города или просто выдумавшая свою историю мазохистка? Что скрывается за стремлением Даниэлы «переродиться»? Наконец, кто такой Клаудио – извращенец-копрофил или художник-сюрреалист, ищущий вдохновение там, откуда «нормальный» человек сбежит, зажав нос? Если вы все-таки решитесь досмотреть фильм до конца не ради эротических сцен на грани порнографии, то не надейтесь найти ответы на эти вопросы. Их не будет. 70-е годы – это время, когда природа человеческой сексуальности в кино исследовалась многочисленными режиссерами так активно, как никогда ни до ни после. Но в «Голубом кино» Альберто Каваллоне этого показалось мало, и он решил расширить свое исследование, используя метод сюрреализма. Однако, не обладая талантом Бунюэля или Пазолини, сделать это для него оказалось не под силу. Вот и проходит теперь его опус по ведомству «сэксплотейшн-муви» под рубриками «ужасы / триллер», при том, что некогда это была сюрреалистическая драма. C’est la vie…