Преступный репортаж

Французская фантастика с кучей звезд, про ТВ будущего. Телевидение будущего олицетворяет канал НТВ, так называется тв-канал в этом фильме. Продюсеру НТВ Харри Дин Стэнтону пришла в голову идея снять и пустить в эфир последние дни умирающей знаменитости. От НТВ настоящего с Жанной Фриске, НТВ киношное отличилось только тем, что не вытаскивало грязное белье в ток-шоу, а обставило романтическую историю, что бы последние дни звезды, снимал бы находившийся рядом человек. При этом, человек не будет смущать помирающую камерой, камера будет ему вживлена в глаза. Таким оператором смерти становится циничный журналист Харви Кейтель, который ради этого, должен завязать знакомство с обреченным. Его 'жертва' смертельно больная детская писательница Роми Шнайдер. Хорошее, умное кино, смотреть которое тем не менее тяжело. Ну во первых Бертран Тавернье его безнадежно затянул. Фильм полон красивых планов, что хорошо, но он полон и пустых разговоров о музыке, о любви, о жизни, герои много общаются друг с другом. Роми Шнайдер делится своими переживаниями с каждым встречным. Харви Кейтель проверят работу глаз-камер снимая прохожих и красивые виды, в общем первый час действие почти никак не развивается. Смотреть, ещё и тяжело, зная судьбу самой Роми Шнайдер (а тут ещё снялся её бедный погибший сын., в маленькой роли) и не вольно думаешь, а не повлиял ли этот тяжелый и мрачный фильм, на то, как все вышло у Роми в итоге, через пару лет. 7 из 10

Женщине по имени Катрин сообщают, что вследствие болезни жить ей осталось всего ничего. Ее начинает донимать телевизионная компания, предлагая внушительную сумму денег за право съемки ее смерти. Речь, конечно, идет не просто о смерти, а о самом процессе умирания, который телевизионщики хотят запечатлеть во всех подробностях. Катрин отмахивается от них, пока хватает сил, но потом решает взять деньги и, нарушив условия договора, сбежать. Не ради денег, а ради спокойной смерти. В погоню за ней отряжают сотрудника компании, которому в глаза вживили миниатюрные телекамеры. Теперь все, что он видит, тут же выводится на экраны в студию. Теперь его задача снять смерть Катрин. Читая словосочетание «Прямой репортаж о смерти», невольно ожидаешь, что это будет не репортаж о том, как кто-то наблюдает смерть, а репортаж о том, как кто-то переживает смерть. То есть что-то вроде гонзо-репортажа о том, как умирает человек. Но лишь к четвертой четверти фильма понимаешь, что это все-таки рассказ о смерти от третьего лица. Это моментально понижает масштаб задумки. В конце концов, уж в фильмах мы наблюдаем смерть постоянно. Поэтому из плоскости экспериментального кино, каким был, например, «Мозговой штурм», эта картина переходит в плоскость довольно-таки заурядного социального кино, темой которого является конфликт между медиа и личностью. Впрочем, и конфликт это лишь отчасти. В конце концов, Катрин никто не мешал отказаться от денег, пусть и вручали их ей настойчиво, и тогда у нее было бы больше шансов завершить жизнь вдали от объективов телекамер. Конечно, режиссер стремится создать чрезвычайно негативный образ телевизионщиков. Он выставляет их беспринципными людьми, готовыми в буквальном смысле покупать людей, лишь бы заполучить любобытный материал. Именно это примитивное обличение как раз и не играет на руку сюжету. Можно подумать, будто это телевизионщики хотят снять смерть, а не простые люди ее увидеть! В общем, так называемый «острый социальный подтекст» в этом фильме вышел уж чересчур острым – настолько, что превратился почти в памфлет. Фильм этот может быть интересен скорее в историческом аспекте, поскольку наглядно показывает, что отношения между зрителем и медиа уже в 1970-х напоминали современную информационную постмодернистскую реальность. Воротилы телебизнеса, как выясняется, уже тогда испытывали кризис идей, не зная, что бы еще предложить зрителю, чтобы привлечь его к экрану. Короче говоря, идея телевидения как явления, постоянно щелкающего по кнопкам примитивных инстинктов, сложилась уже десятки лет назад. Работа Тавернье имеет очень громкое название, но плохо отвечает ему. Умирания как такового (например, как вереницы оживающих образов прошлого) зритель здесь не увидит. Вместо этого предлагается понаблюдать за невнятной погоней оператора-киборга за женщиной, о которой лишь известно, что она должна умереть. Может, это и к счастью, что мы так и не увидим, как это произойдет. 6 из 10