Бедные-несчастные

Бедные-несчастные (Poor Things, 2023) Режиссёр: Йоргос Лантимос Есть фильмы, которые рассказывают историю. Есть фильмы, которые задают вопросы. А есть фильмы, которые выглядят как безумный сон, собранный из викторианской эстетики, психоанализа, социальной сатиры и философского эксперимента. «Бедные-несчастные» Йоргоса Лантимоса относятся именно к последней категории. На первый взгляд это странная, местами смешная, местами шокирующая история о девушке Белле Бакстер, которую эксцентричный учёный Годвин Бакстер возвращает к жизни весьма необычным способом. Но довольно быстро становится понятно, что перед нами не просто эксцентричная фантазия и даже не столько история женской эмансипации, как её часто трактуют. Для меня это прежде всего мысленный эксперимент о природе человека. Лантимос словно помещает зрителя в лабораторию и предлагает проверить гипотезу: что произойдёт, если человек получит абсолютную свободу раньше, чем в нём сформируются эмпатия, ответственность и способность видеть в другом не объект, а самостоятельную личность? Именно поэтому фильм кажется мне современной вариацией на тему «Франкенштейна». Только Франкенштейн здесь — не чудовище, а молодая женщина. И главный вопрос заключается не в том, удалось ли учёному создать жизнь, а в том, можно ли искусственно создать человека. Не тело, не сознание, а именно человека — со всем тем сложным внутренним устройством, которое делает нас способными жить рядом с другими. Лантимос рассказывает эту историю не только через сюжет, но и через киноязык. Широкоугольная оптика, искажённая перспектива, гротескная архитектура, странные декорации и театральная условность создают ощущение, будто мы смотрим не на объективную реальность, а на мир глазами самой Беллы. По мере её знакомства с жизнью пространство становится сложнее, цвета насыщеннее, а хаотичный сказочный мир постепенно превращается в пространство опыта. Здесь форма никогда не существует отдельно от содержания: визуальная эксцентричность оказывается языком, на котором фильм говорит о взрослении сознания. Белла мгновенно вызывает симпатию. Она искренна, любопытна, свободна от социальных масок, не боится выглядеть смешной и совершенно не интересуется тем, что о ней подумают окружающие. В культуре, где многие годами пытаются избавиться от внутреннего цензора и болезненного стыда, такой персонаж легко становится воплощением мечты. Но именно здесь Лантимос, как мне кажется, подготавливает главную ловушку. Мы настолько привыкли воспринимать свободу как безусловное благо, что почти автоматически начинаем любоваться Беллой. Однако постепенно возникает вопрос: действительно ли перед нами свободный человек? Или человек, который пока ещё просто не знает внутренних ограничений? Это принципиально разные состояния. Свобода предполагает выбор. А выбор невозможен без понимания последствий собственных поступков. Импульсивность же никакого выбора не требует. Она просто следует за желанием. Поэтому Белла вызывает одновременно восхищение и тревогу. Она живёт без чувства стыда, почти не испытывает вины, не подчиняется правилам и не пытается соответствовать ожиданиям. Но вместе с этим она нередко производит впечатление человека, для которого другой существует прежде всего как часть собственного опыта. Не из жестокости, а потому, что способность по-настоящему учитывать другого ещё только должна сформироваться. В этом смысле фильм оказывается гораздо сложнее привычного противопоставления «свобода против запретов». Лантимос словно спрашивает: что будет, если убрать культурные ограничения раньше, чем появится эмпатия? Не токсический стыд, который калечит человека, а сам механизм внутренней регуляции. Что займёт его место? И здесь возникает очень неудобная мысль. Возможно, человека делает человеком не отсутствие ограничений, а способность однажды начать выбирать их самостоятельно. На этом фоне особенно интересно выглядит фигура Годвина Бакстера. Формально он — создатель Беллы. Но временами возникает ощущение, что она является не столько его творением, сколько продолжением. Словно учёный создал улучшенную версию самого себя — более молодую, красивую, свободную и лишённую тех ограничений, которые самому ему приходилось учитывать. Это лишь одна из возможных интерпретаций, но именно она, на мой взгляд, делает историю ещё более тревожной. Ведь любой творец неизбежно рискует создать не нового человека, а собственное отражение. Не менее важен и социальный слой фильма. Практически все мужчины, окружающие Беллу, пытаются встроить её в собственную картину мира. Кто-то хочет обладать ею, кто-то — защищать, кто-то — объяснить ей, какой должна быть правильная жизнь. И именно здесь становится очевидно, что разговор о женской субъектности — важная, но всё же не главная тема фильма. Лантимос исследует гораздо более широкий вопрос: почему человек так настойчиво стремится превратить другого в объект собственного контроля? Особенно любопытно, что Белла словно воплощает архетип Лилит — свободой женщины, которая существует в европейской культуре скорее как мужская фантазия, чем как реальная возможность. Мужчины восхищаются Лилит до тех пор, пока она остаётся красивым мифом. Но когда её свобода начинает распространяться на реальные отношения, оказывается, что жить рядом с такой женщиной гораздо сложнее, чем мечтать о ней. Возможно, поэтому европейская культура в своё время предпочла Лилит Еву — более понятную, предсказуемую и удобную для существующего порядка. Именно здесь фильм перестаёт быть историей только о женщине. Он становится размышлением о человеческой природе вообще. Что делает нас людьми? Память? Воспитание? Мораль? Способность любить? Или всё-таки опыт? Мне кажется, именно опыт оказывается главным героем этой истории. Не свобода сама по себе, а постепенное столкновение с реальностью, которая оказывается гораздо сложнее любых теорий. Ведь человек взрослеет не тогда, когда избавляется от ограничений, а тогда, когда начинает понимать последствия своих решений и принимать ответственность за собственный выбор. Наверное, поэтому «Бедные-несчастные» так трудно забыть. Лантимос не предлагает выбрать между свободой и запретами, между природой и культурой, между Лилит и Евой. Он предлагает задуматься о другом. О том, что человеком нас делает не отсутствие ограничений, а способность однажды начать выбирать их самостоятельно. И, возможно, именно этот выбор оказывается самым сложным экспериментом из всех.

Каждый из нас проходит свой путь… путь взросления, познания себя и мира рядом и вокруг и в целом. Мир материальный, мир желаний и удовольствий, эмоции, чувственность, сострадание, любовь… Шаг за шагом Белла – новый человек с телом взрослой женщины и мозгом новорожденного – проходит все этапы, правда, в ускоренном режиме – у неё нет на это десятилетий, надо «догонять» свой физический возраст. Черно-белые тона отведены детским воспоминаниям, они сменяются на невероятно яркий, насыщенный колор периода, когда героиня покидает «отчий» дом и начинает самостоятельный путь, без опеки «родителей» и здесь всё впервые, всё новое, неизведанное, еще не пройденное… Да, и бывает так, что ученик «обгоняет» своего наставника. А в данном случае еще и показывает наставнику его ограниченность в развитии и восприятии мира. Без сомнения, что фильм во многом спорный и вызывает немалую волну негатива. Для меня же оказался понятным во всем (или в большей части). Многое, если не сказать - всё, обыграно с юмором. Ни одна сцена не вызвала отвращение и, на мой взгляд, не была лишней. Отличная игра актеров. Эмма Стоун – блестящая игра, браво! Руффало тоже приятно удивил и порадовал – настолько органичен в образе своего персонажа. Необычный фильм. Очень метафоричный. Фильм, который с первых минут и до финальных титров цепко держал мой интерес «под контролем»…