Спортзал Бенни

Они гуртом измывались над ним, вытряхивая содержимое школьного рюкзака, чтобы тот, в спортивной куртке, насмехаясь над его рисунками, поливал разбросанные листы своею мочой, с ехидной улыбкой наблюдая за серым лицом униженного противника, довольный оттого, что показался крутым и обеспокоенный его терпением отбивать налёты компании хулиганов, державшихся вместе, подавляя числом. Не выдав себя приятелям, шалопай «спалился», напросившись в гости, чтобы познакомиться с тем мальчишкой, узнав тогда его имя, а своё спрятав за надписью «Benny's Gym», наблюдая за робким лириком с приветливыми родителями, уединявшимся в доме на дереве вместе с мудрыми книжками и интересной игрой. Альфред подпустил к себе «бандита», заподозрив, что он «не такой», а тот, казалось, лишь ищет пользы от его художнических способностей. Но, опрокидывая первое впечатление, «Бенни», отвечая на гостеприимство, вытащил Альфреда на вылазку в запретные места, не сдерживая чувств после вечерних «мероприятий». Снимая по собственному сценарию, Лиза Мари Гамлем вместе с парой замечательно искренних парней сделала все, чтобы сбить с толку своих будущих зрителей, главным образом, за счет откровенно путаного поведения «Бенни», зависающего между силой и слабостью, между нерешительностью и привязанностью, между стадом и личностью, которой ему кажется невозмутимый поборник непротивленческой философии Ганди, вырывающий у него восторженный поцелуй признательности за открытость, который некоторые поспешно обозвали «гомосексуальным» признанием, пренебрегая многозначительностью психологического портрета «Бенни», подавленного физическим насилием в семье. Разрываясь надвое, он искал опоры, думая пройти по головам, но Альфред убедил его, что к удаче можно придти, держась за руки с мудрым товарищем, называющим тебя настоящим именем, не пользуясь чужой слабостью, а помогая своей силой, что кроется в глубине рассудка, а не набитого кулака. Жаль только, что истинная близость постигается путём потери. Любви, дружбы или даже людей.