Гринберг

Неуклюжий инфантильный сорокалетний интроверт со странностями, раздражительный ноющий зануда-невротик, обидчивый высокомерный скряга – в такой довольно нетипичной роли, вопреки всевозможным ожиданиям, на экране появляется Бен Стиллер в образе Роджера Гринберга. Эта первая работа актера с Ноа Баумбахом и первая роль, за исключением камео в “Cемейке Тененбаум” Андерсона, не вписывающаяся в откровенно комедийный и семейный жанр, амплуа которого обыкновенно металось в этих пределах. С этого момента было положено начало их многолетнего сотрудничества и дебют Бена в авторском кино. О главном герое. Пересекая черту сорокалетия Роджер имеет неудовлетворенность жизнью, опыт пребывания в психушке, безработицу и раздутое самомнение. Покинув тесный Нью-Йорк и прибыв к более преуспевшему и счастливому брату в солнечный Лос-Анджелес, он пытается реабилитироваться после нервного срыва, собраться с мыслями и оценить перспективы, встретиться со старыми знакомыми и вспомнить прошлое. Этого не выходит, однако получается только ссориться со своими немногочисленными друзьями и причинять боль бедной одинокой домработницей Флоренс. Кстати о Флоренс. Отдельно хотелось бы отметить Грету Гервиг в роли Флоренс Марр. Традиционная 'Баумбахская' роль беспечной, в какой-то степени несчастной девушки, застывшей в нерешительности и самокопании, которая преодолела отметку в двадцать и близится к тридцати годам. Все её роли идеально обыгрываются на экране, что неудивительно, т. к. они пишутся индивидуально под Грету, ведь она, как известно, муза и спутница 'интеллектуального режиссёра'. И эта роль не исключение. Возвращаясь к Гринбергу. Вспоминая молодые годы в дружеских диалогах, мы узнаем, что Роджер не всегда был плотником неудачником. В студенческой время у него был шанс реализации в качестве музыканта, но что-то пошло не так и довольно просто догадаться что, зная его особенности характера и навыки построения коммуникации. Несмотря на зрелый возраст Роджер никак не может смириться с тем, что годы забирают свое. Тщетными попытками соответствовать молодёжи эпатажем и развязностью он становится объектом недоумения и насмешек, как это было на домашней вечеринке племянницы. Отношения не складываются как личные, так и семейные. Брат явно не в восторге от визита Роджера, даже несмотря на то, что он в отъезде. Порывами эгоистических выходок также вызывает отторжение в лице единственного более-менее ласково относящегося к нему человека - Флоренс. Гринберг полноправно может считаться нарицательным именем, представляя собой людей, которые упустили свое время, с кем жестоко обошлась жизнь и просто обладающих сложным вспыльчивым характером. В данном случае бездельничество или “намеренная праздность” - это состояние, за которым скрывается опыт прошлых неудач и как результат - фобия к новым начинаниям. Прочитав множество рецензии я заметил, что у большинства зрителей персонаж Стиллера не вызывает ни капли сочувствия, а у кого то даже полное отвержение. Я не совсем согласен. Да он неуравновешенный, да он грубый и кичливый. Но поведение его ненамеренное, это черта характера, эта скандальность и детская обидчивость просто часть бурного темперамента, отпечаток упущенных возможностей. Он действительно пытается себя контролировать, правда выходит не очень... Ему жаль за причинённые обиды, он просит прощения, хотя и это получается неважно. Картина и её ГГ в частности вызывает разный спектр эмоций, так или иначе я в нем вижу апатичного застрявшего где-то во времени и зациклившегося на прошлом угасающего человека, утратившего жажду к жизни, но пока ещё не растерявшего всех надежд и способного к восстановлению. Думаю, что каждому стоит глубже присмотреться к этому неоднозначному персонажу, возможно узнать себя в определённый период жизни или оглянуться на неё и наконец то понять, что иногда приходит время для серьёзных экзистенциальных решений, что их не стоит бояться, избегать или откладывать, ведь в противном случае можно оказаться на месте Гринберга.

Дебютную полнометражную картину Баумбаха «Забыть и вспомнить» и одну из главных его лент нулевых «Гринберг» разделяет почти четырнадцать лет, но сравнив их, опытный зритель обнаружит пропасть: дебют Баумбаха малопрофессионален, слаб, зауряден и зануден, «Гринберг» же содержит все основные черты его стиля в концентрированном и эстетически завершенном выражении. В «Забыть и вспомнить» нет ни одной выделяющейся из дилетантской массы актерской работы, в «Гринберге» мастерское исполнение Стиллера и Гервиг заставляет забыть о комическом амплуа первого и малом опыте второй. И наконец, сценарий дебюта тонет в необязательных деталях, диалоги распыляются в беспроблемности, в то время как в «Гринберге» при всех сложности драматургии без очевидных кульминаций, завязок и развязок есть силовые точки для зрительского и актерского психологического напряжения, которые невозможно игнорировать. Если говорить конкретно о месте «Гринберга» в режиссерской биографии Баумбаха, то его трудно переоценить: взяв за основу сценария историю, которую придумал вместе с Дженнифер Джейсон Ли, Баумбах делает из внешне безыдейной, банальной, странной ситуации, выстроенной вокруг возвращения персонажа-чудака из психиатрической лечебницы, настоящее полотно о душевном крахе посреди всеобщего благополучия. Инфантильный, раздражительный, легковозбудимый, лишенный самокритики Роджер Гринберг – изнанка американского прагматизма, выталкивающего на обочину жизни неугодных, странных и неудачливых. В этой картине режиссер демонстрирует себя продолжателем традиции искусства США, прежде всего выстраивает интертекстуальную связь с ранимыми героями Теннесси Уильямса и Трумена Капоте, на которых похож уже не Гринберг, покрытый слоновой кожей в отношении всего, что его не касается, а Флоранс – персонаж Греты Гервиг (это ее первый триумф в фильмах Баумбаха, потом она напишет с ним два сценария), вымотанная и измученная служанка богатых хозяев, постепенно выгорающая в своей гонке за жизнь. Бесспорно, то, что лишь в паре с ней раскрывается образ Гринберга, эта пара как сообщающиеся сосуды и лакмусовые бумажки: они влияют друг на друга и раскрываются благодаря друг другу. Можно сказать, что Гринберг помог Флоранс понять то, что она носила в себе виртуально, не актуализируя, вытесняя это в бессознательное, но Гервиг играет так, что уже в первой сцене по ее глазам все понятно. Баумбах не только клинически точно показывает неудачную адаптацию бывшего пациента сумасшедшего дома, но и его нежелание совершать прежние ошибки, ранить людей и при этом – болезненный эгоцентризм и почти отшельничество, даосское «у вэй», роднящее его с Обломовым. Мастерство Баумбаха в данной картине (в большей степени, чем, например, в «Марго на свадьбе») состоит в том, что он умеет сделать привлекательными и вызвать сочувствие у зрителя в отношении самых неприятных героев, которых только можно себе представить – заурядных, ноющих неудачников. В «Гринберге», мастерски обманывая зрительскую установку на комедию (не только благодаря участию Стиллера, но и некоторых экспозиционных эпизодов), режиссер будто под микроскопом просматривает частную жизнь своих героев. Ему некуда торопиться, он обходится без драматического напряжения, кульминаций, сюжетного нерва, создавая своего рода «седативный нарратив», в котором пребываю персонажи. При этом фильм не депрессивен и не зануден, хотя диалоги намеренно лишены остроты и интеллектуальности (за диалогами фильмов того Вуди Аллена по крайней мере интересно следить, чувствовать, как пульсирует неординарная мысль, здесь же интерес у зрителя другой). Герои Баумбаха особенно в «Гринберге» и «Марго на свадьбе» всецело заурядны, ничего собой не представляют и постоянно вербально пережевывают свои житейские неудачи, но именно это на фоне супергероев, маньяков и маргиналов-неформалов, заполонивших современные экраны, выглядит свежо как новое слово в кино. В то же время Флоранс и Роджер Гринберг – хорошие честные люди, это не рвачи и буржуа, идущие по костям к успеху и деньгам, как герои того же упоминаемого Гринбергом фильма Стоуна «Уолл-стрит». «Скромное обаяние посредственности» - так можно было бы назвать статью о героях Баумбаха, если бы эти маленькие люди не были столь человечны. По большому счету, извините за вульгарность, но у них великое сердце. За пять лет до «Пока мы молоды» сложно рассказывая простую историю, режиссер «Гринберга» задает тренды в американском независимом кино, уча новичков, как надо снимать в новом веке, если тебя интересуют лишь микроскопические проблемы маленьких людей, а не большая политика, история и культура. «Гринберг» обозначает рубеж в карьере Баумбаха, после которого его талант берет лишь все новые и новые вершины (ведь и «Милая Фрэнсис», и «Госпожа Америка» - то же движение в гору), не скатываясь вниз даже тогда, когда сценарий не блещет фееричностью, как в «Историях семьи Майровиц». В любом случае «Гринберг» - это одна из его лучших драм, которую трудно оценить после первого просмотра, лично мне потребовалось два, чтобы повысить свою оценку почти вполовину. Простота этого фильма обманчива, он косвенно затрагивает темы безумия в мегаполисе, невротичности в гонке за успех, даосского (или обломовского) неделания как результата психологических проблем. Но главное – он защищает человеческое право не вписываться в социум, каким бы нормальным, прогрессивным и толерантным он не казался.