Аттестат зрелости

Фильм Татьяны Лукашевич «Аттестат зрелости» — один из тех фильмов, что вышли до XX-го съезда, а «зачинали» этот фильм пьесой, написанной ещё при живом Сталине. Автором пьесы и сценаристкой фильма выступила Лия Гераскина, впоследствии написавшая знаменитое произведение «В стране невыученных уроков». И в «Аттестате зрелости» чувствуются определённые характерные авторские нотки. Здесь, правда, выражается возмущение не столько невыученным уроком истории, сколько нежеланием относиться к ней серьёзно. Лукашевич и Гераскина выражают в фильме явное беспокойство о том, будет ли молодое поколение относиться к истории как к строгой науке, или же всё сведётся к популяризации мифов через популярную, но слабо ориентирующуюся на исторические факты и на академически-выверенную трактовку сих фактов художественную литературу. Идея отчасти здравая, но её нельзя отделить от того контекста, в который она погружена. Контекст, к сожалению, оставляет желать лучшего. Сцена, в которой Листовский говорит на уроке, что «характер революции 1905-го года был жестокий», а весь класс над этим смеётся, сегодня выглядит более чем наивно. Вероятно, тогда, когда фильм снимался, столь наивно это не выглядело. Тем не менее, вот эта черта не лучшей части советских фильмов про школьников, в которой обязательно весь класс должен посмеяться над высказыванием одного одноклассника, даже тогда, когда единодушность сего смеха в реальной жизни вызывает большие сомнения — взялась не просто так. Ведь фильм буквально пронизан идеей советского коллективизма в его вульгарнейшем виде. Она навязывается настолько «в лоб», что вызывает обратный эффект. Даже в той среде, в которой советские фильмы обычно хвалят без разбора, учительница истории в этом фильме вызывает у многих зрителей раздражение, а встают как раз на сторону Листовского, несмотря на то, как униженно он выглядит, когда пытается отчитаться перед комсомолом в том, что ничего не сделал из того, что обещал, и нелепо пытается оправдаться. Игру Василия Ланового (а это его первая роль) в этом фильме обычно хвалят, но хвалят её, скорее, всё-таки поклонники в первую очередь его каких-то других работ. В данном фильме он лучше всего отыгрывает те сцены, где его персонаж начинает разговаривать с Женей и с Викой, которые для него очень много значат и которых он крайне не хочет расстроить. Эти сцены действительно выглядят очень душевно. Именно в них мы видим, что Листовский всё-таки живой человек, а не осуждаемый персонаж плаката. Но вот как только он начинает отыгрывать «подростковую спесь» — он откровенно переигрывает. Очень сильно. «Аттестат зрелости» — фильм, который вполне можно посмотреть. В нём есть сцены не только агитационные, но и довольно душевные. Он даёт определённое представление о той эпохе, когда он был снят. Но в фильме также слишком много неубедительной плакатности. Коллективизм, очень может быть, весьма здоровая идея, но когда речь идёт о том коллективе, который тебе навязан сверху какой-то могучей суровой личностью, скрывающей от этого коллектива всю правду, он перестаёт быть здоровым коллективизмом. Подобный вопрос в фильме, конечно, не поднимается. Зато у зрителя он возникает сам собой. Вряд ли сама Лукашевич этого не понимала. Скорее всего, у неё, как и у многих, просто не было в те годы большого выбора, транслировать подобные идеи или не транслировать. Зато впоследствии она скажет — глаголы повелительного наклонения правят в странах невыученных уроков. И уже в 1949—1954 годах она явно горела желанием транслировать ту идею, что нужно уважительно относиться к урокам истории, благодарить своих учителей за то благо, что они донесли в тех или иных уроках, не лениться и осознавать, что своим трудом или леностью в образовании отдельные люди поднимают планку для всего общества. Какой-нибудь Сергей Михалков был и остался впоследствии ещё более плакатным. Будет несправедливо, отбросив контекст, накидываться на Татьяну Лукашевич, которая исходила из своих знаний и из своих возможностей. И, оценивая фильм объективно, можно сказать, что он неоднозначен.

Как правильно отметили предыдущие рецензенты фильм пропитан пафосом и нотационным тоном. Кажется все клише советского кино того периода собраны в этом фильме. Всё настолько ограничено рамкой политнаставления, что даже актёры дети выглядят деревянными, не натуральными. Только один образ возвышается над остальными и выглядит живым в сюжете. Это образ героя Ланового. Я, привыкший к некой романтической патетике ролей Василия Семёновича увидел совсем другую направленность игры актёра - ему удалось создать целостный образ эгоиста и мажора идущий вразрез не только с дальнейшим своим 'амплуа', но и 'стандартов' советского кино того этапа - где отрицательный герой изначально был ущербен морально-социально. В этой же роли видна сторона эгоиста 'по праву рождения' и 'одарённости'. С какой внутренней глубиной отстаивает своё мнение этот молодой человек! Уже в наше время, время торжества эгоизма (во всяком случае, уж точно, забвения коллективизма) его доводы и степень убеждённости имели бы успех и поставили бы его во главе большинства выпускников: вспомним 'перестроечный' фильм Э. Рязанова 'Дорогая Елена Сергеевна', где присутствует подобный персонаж. В общем данный образ цельно, без фальши сыгранный Лановым можно органично вставлять в любые временные обстоятельства не изменяя, а только объясняя соответственно обстоятельствам, настолько вне времени такие характеры и конфликты, только разрешение их будет совсем иное - увы нам живущим сейчас... Кстати, очень интересное объяснение столь эгоистичного характера предоставляют нам авторы: мальчик-то не настоящий (!), в смысле - не мужчина. В характере больше бабского - в худшем понятии этого слова, но замечательно это увязав с проявлениями его - всё-таки в развязке упустили завершение дуги характера - поступками и действиями (как проявления собственно черт характера), а только на словах и в игре ГГ показав - да изменился. 6 из 10