Подельники

В российском кино есть особенная, в чём-то даже уникальная категория фильмов. Это кино, которое снимали будто не для проката, а для отпевания, то есть холодно и тяжело. Золотым пером был Балабанов, позже Быков, из недавнего Мункуев и его «Кончится лето». «Подельники» Евгения Григорьева из этой категории. Фильм, который не утешает, но притягивает. Снег там – не просто холод, а моральное состояние. Люди там – не персонажи, а следствие климата. Ну и речь там, конечно, не про тайгу, а про нас с вами. И про страну. Молодой биатлонист Петя возвращается с женой Настей в родное пермское село на пятьсот душ, чтобы работать физруком. Новая жизнь, дом, работа, тишина. Но в этой тишине слышится хриплое дыхание северной природы, где закон — сила, а справедливость — роскошь. Здесь местный бандит Витя Людоед (неожиданно проникновенный Деревянко) убивает человека за оскорбление. Петя становится свидетелем, но вызов убийце бросает лишь десятилетний Илья, сын жертвы. Тогда Петя понимает: если он не поможет мальчику, значит останется подельником. И учит его бежать, выживать и, возможно, мстить. Но фильм, как ни странно, не о мести. Он о молчании. О том, как загнанное нищетой и холодом общество учится не вмешиваться. Как все знают, кто проливает кровь, но делают вид, что ничего не случилось. В этом смысле название фильма звучит диагнозом. Подельники не те, кто делят шкуру волка, а те, кто делят ответственность за молчание. И когда ты смотришь, как белеет снег и чернеют глаза, понимаешь: Людоед не монстр, а человек, который вырос в пустоте. Он современный ребёнок девяностых, без примера и ответственности, с единственным законом: «жить». Жить любой ценой. Визуально фильм одновременно тесный и широкий: тесный покосившимися домами, потом и свиной кровью. Широкий – бескрайними белыми пространствами, в которых видно, как мала человеческая жизнь и как огромна вина. Григорьев, бывший документалист, чувствует фактуру: лица, жесты, ритуалы, холод, который хрустит за кадром. Каждая сцена будто вырезана из северного мифа. Мальчик пьёт свиную кровь и тут же блюёт, Деревянко с сосульками под носом смотрит в небо, будто разговаривает с богом, три старушки несут предсказание на забытом языке, как вестники Шекспира. Всё это не ради натурализма, а ради правды, от которой не греет даже водка. Юра Борисов здесь играет не героя, а уставшего и растерянного человека. Он не храбрится, а колеблется, и именно это делает его к нам ближе. Но лучшее открытие – мальчик Илья (Ярослав Могильников): он злой и нежный, и почти святой. На его фоне даже Деревянко кажется не злодеем, а зеркалом, в котором отражаются и Петя, и Илья, и зритель. События фильма максимально простые, но подтекст утяжеляет ношу от просмотра. В нём есть что-то от античной трагедии, где судьба движется неумолимо, и что-то от документальной хроники, где режиссёр не объясняет, а показывает. Здесь никто не кричит, не делает выводов, и не поднимает флагов. Просто идёт снег. Просто убивают. Просто все молчат. И вывод здесь простой: если мы не называем зло злом, мы становимся его подельниками. Финал красиво оставляет пространство для веры. Мы не знаем, кто совершил возмездие. Возможно, никто. Возможно, все. И это, наверное, и есть глобальная справедливость. Её вершит не суд, а целиком народ, который наконец перестаёт молчать. Ну или собирается перестать. Впрочем, как и мы. Как большинство дебютов «Подельники» – это фильм несовершенный, но искренний. Он не предлагает катарсиса, зато заставляет смотреть на знакомое без привычного тепла. И если после просмотра ты захочешь выдохнуть, но воздух всё ещё пахнет железом, значит, кино сработало. 7,5 из 10 За снег, на котором видно совесть, и за надежду, что однажды кто-то бросит вызов Людоеду. Не ради мести. Ради того, чтобы не быть подельником.

Что это за место, где вокруг только остроги и ходят бурые медведи? Красивые заснеженные горы, которые сняты на широкий угол, что делает их еще величественнее и больше. Пейзаж больше напоминает картинку из игры The Long Dark, где надо выживать. В первых секунд фильма показано, как люди выживают. Как стреляют скотный двор. Необычная картинка для большинства из нас, когда мы видим только мясо на прилавках. Сразу появляется некоторое смущение. Как потихоньку замерзают на автобусных остановках пока ждут автобус. Где из дел только и остается, что опрокидывать водку стаканами с “от делать нечего друзьями”. И в это место возвращается молодой биатлонист Петя вместе с женой Настей, в родное село, чтобы работать физруком. Зачастую мы воспринимаем кино только как развлечение на вечер, занятная история, не более. Достаточно, чтобы она была впечатляющая или хотя бы вызывала неловкие чувства и вот уже все социальные сети переполнены эдитами и отрывки запоминаются. Но чуть ли не в каждый фильм можно копнуть глубже. Воспринимать его как мощный инструмент, который отражает, в какой-то степени анализирует процессы в обществе: социальные, политические, культурные. Место действия — деревня. Квинтэссенция всего народного, русского. Это возможность отразить некоторые аспекты современного российского общества скрытого от посторонних глаз. Ведь если нет связи, информация не доходит до людей, то и в обратную сторону дороги у нее нет. Несправедливость, беззаконие, главенство кулака над словом. Немного доисторические условия, манеры. Удивительно, как до сих пор люди могут жить в таких условиях. Всё немного упрощено, кажется примитивным. От проблем героев до их поступков. Казалось, что такого можно было бы и избежать. Но этот информационный пузырь дает плоды в виде приземленных целей, живущих жизнь людей, чтобы ее просто жить, а не думать о чем-то большем. Никто не знает, что так можно, узнать неоткуда. В фильме выстроен определенный акцент на национальность. Мама главного героя была немкой, которая включала классическую музыку сыну, читала романы и учила немецкому языку. Немного необычно это смотрится в обрамлении их дома — русская изба в самом типичном понимании этого слова. И именно немку со своими строгими жизненными правилами ломает русский менталитет. Русское авось, нежелание лишний раз переходить потенциально опасному человеку дорогу для собственного спокойствия даже если стоит вопрос о справедливости и безнаказанности. Говорят, любое творчество поощряется. Каким бы оно ни было, это результат проработанной темы через призму восприятия определенного человека. Не важно, сам ли это фильм, почему режиссер решил его воплотить именно таким образом, каким мы видим его на экране, или же любой отзыв, рецензия, упоминание в социальных сетях о нем. Это режиссерский дебют. Принято считать, что первый блин должен быть комом. Однако новые имена привлекают внимание и черный пиар — тоже пиар. Когда делаешь что-то масштабное и ответственное впервые, результат выходит слегка гиперболизированным. Когда хочется показать все, что задумал, все, что волнует, вместить идеи по максимуму. Тем не менее, самые читаемые критические рецензии именно положительные, учитывая не самую высокую оценку фильма на стриминговых платформах. Этот проект не шумел на всю страну, хотя и снимались в нем достаточно именитые артисты. Придется приложить усилие, даже чтобы его посмотреть, так как фильм распространяется только на определенных площадках. Но даже такой маломасштабный проект создает движение в актуальной повестке, не только сам ее описывает, но и является ее объектом.