Звери и хозяин заставы

Когда-то, в начале 90-х я посмотрела 'Розенкранц и Гильденстерн мертвы', это был мой первый увиденный фильм с Тимом Ротом. Вторым были 'Звери'. Самое интересное, что оба эти фильма перекликаются по привязке к точке координат: 'Нас призвали...' Вот и Генри, тоже, призвали. Говоря словами сэя Кинга: 'Прим отступил, но магия осталась'. Главного героя вырвали из вод вселенского бытия, позвала та самая Фатима, и он проснулся к жизни. Но свое предназначение он еще не осознал, только трое французских старичков-социалистов отправляют его в путешествие за мечтой. Самое интересное, что один француз - Лоран, наставляет Генри - вам необходима любимая, а когда Генри находит 'ту самую', последний из французов, Фелипе, предостерегает: 'Мужчина можетсам придумать себе лабиринт в мире женщины и заблудиться там','Может это не та женщина'? Множество деталей кинематографически иллюстрируют такие выражения как 'извалять в грязи', 'спать со свиньями'. Здесь мы воочию наблюдаем как, чтобы усмирять зов плоти, купаются зернах соли, как пытаются воздействовать магически, втыкая булавки и иглы в куклу. Безусловно многие такие реминисценции не всегда читаемы для российского зрителя, но многое можно угадать. В самом начале, под мостом в Нью-Йорке, Генри говорит одну показательную вещь: Я не хочу больше жить в Вашем мире. Своего мира у него пока еще нет, был когда-то, в детстве, мир высокой горы и падения с высоты, но он забыл о нем. Вот и путешествует по миру старичков-кинематографистов, затем попадает в мир жителей деревни, где на могилах сажают деревья. неслучайна встреча с супружеской четой, которая ждет вызова в Австралию, чтобы муж сделал карьеру коридорного. У них тоже было счастье, волшебство, любовь, все это и завело их в эту деревушку, где муж готовится умереть, потому что так ему сказал Бог, а жена ищет поддержки у проезжего, но после неудачной аудиенции супруга с Богом, мы видим, что они по-прежнему сохранили свои чувства. Сцена с мокрыми простынями - живое воплощение грехопадения: чистота и белизна женщины были испачканы руками мужчины, которые были измазаны в грязи. Он попросил поцелуй и единственный невинный поцелуй осквернил возвышенные чувства. А затем игрушечный домик в лесу: Муж и жена разделись и им не стыдно. В конце концов Генри отыскал свой мир недостжимого счастья, и он не в земных наслаждениях, не в земной любви, а в растворении в вечном покое, забытьи, откуда его вырвали когда-то. Возвращение в изначальное бытие, растворение в земле или прахе, этотход будет повторен в фильме Томаса Тыквера 'Принцесса и воин'. Смерти нет, есть только возвращение в небытие. Когда-то я видел рай на земле, и я ощутил его не только сердцем, но и увидел глазами...- говорит мечтатель Лоран. Этот фильм и есть описание увиденного однажды рая.

Если через чрезмерно философскую, притчевую форму посмотреть на саму суть высказывания, становится понятно, что смысл фильма очень примитивен. Нужно найти свою большую любовь, так называемую половинку, ни перед чем не уступая. Любовь наше все. К этому собственно и сводится вся философия этого фильма и неужели было необходимо облекать это в такую тяжеловесную и громоздкую форму? Все это немного попахивает ранним Джармушем, но по глубине идей 'Звери и хозяин заставы' не заслуживают такого сравнения. Тим Рот с усами - единственное, что примиряет меня с существованием этого фильма. 5 из 10