Великий диктатор

Раньше мне очень нравились немые фильмы Чаплина, и я помню, что переход к звуковому формату был странным скачком. Ситуацию усугубляет то, что большинство его прошлых работ были чистыми комедиями про дурачков и жертв обстоятельств, но этот фильм – откровенная пропаганда («РЕЕЕ... это не пропаганда»; да, это такая же пропаганда, как и всё, что было снято нацистами или советами). Хотя я уверен, что в нём есть несколько удачных шуток, я только что пересмотрел знаменитый заключительный монолог, и этого достаточно, чтобы считать этот фильм (непреднамеренно) посмешищем, а не одним из самых известных фильмов 1940-х годов. Неуклюжая, не-в-бровь-а-в-глаз финальная речь – это не пародия ни на что, а смертельно серьёзный фильм, где Чаплин выглядит как Гитлер-лесбиянка в менопаузе. Более того, это плохое кино, снятое как детская пьеса. Камера крупным планом фокусируется на заплаканном лице Чаплина, пытаясь выжать из него как можно больше эмоций, но это выглядит фальшивее, чем хипстерские очки без линз. Он говорит: «Мы слишком много думаем и слишком мало чувствуем», но его банальная перестановка слов — «Мы слишком много чувствуем и слишком мало думаем» — и есть главный недостаток этого утверждения. Долой диктаторов! Ура олигархам?!

Предыдущий фильм Чаплина, 'Новые времена' запретили в нацистской Германии. В это же время на комика обращают внимание власти США. И в этот момент Чарли Чаплин начинает съемку фильма 'Великий диктатор'. Позже он заявлял, что если бы знал об истинных ужасах, причиненных людям нацистами, он бы не смог снять этот фильм. Но 'Великий диктатор' - не просто комедия, это и драма, и политическая сатира. Иногда за шутками и гэгами прячется глубокий подтекст. Мы посмеиваемся над нелепым поведением еврейского цирюльника в Первую Мировую, но становится понятно: война не является естественным состоянием человека, что бы не говорили тогда. Танец диктатора с глобусом и смешон, и страшен одновременно. А уж когда глобус в итоге 'лопнул' в его руках, понимаешь, что было бы, если б такие диктаторы получили мир в свое распоряжение. Длинные и спутанные речи на пародийном 'немецком' тоже карикатурны: 'ничего не понятно, но очень интересно'. Чарли Чаплин играет здесь сразу две роли: беззлобного и забавного цирюльника-еврея и жестокого, но нелепого диктатора Аденоида Хинкеля (от одного только имени уже сквозит какой-то убогостью), пародию на понятно кого. Генри Дэниелл и Билл Гелберт сыграли типичную пару умного и глупого слуги диктатора. Хочется отметить еще актрису Полетт Годдар, сыгравшую веселую и отчаянную Ханну, и Джека Оуки, изобразившего (довольно похоже) диктатора Бензино Напалони. Особое внимание заслужила речь Чаплина на трибуне в защиту человечности и гуманизма. Но при этом он кричит, напоминая иногда Хинкеля... Уж не на то ли это намек, что защита даже таких ценностей может привести к диктатуре? Еще хочется отметить музыкальное сопровождение. А из минусов - излишняя затянутость, не всегда уместный юмор и отсутствие единого 'стержня', связавшего сразу все моменты. Плюс создается впечатление, что жертвами нетерпимости стали одни только евреи, но, наверное, при освещении остальных трагедий не получилось бы остаться в русле комедии. 7 из 10