Кровавое лето Сэма

Этот фильм погружает зрителя в крайне специфический период американской истории, когда в силу ряда потрясений общество сначала покинула надежда, а следом за ней в сторону выхода последовали и привычные моральные ориентиры. Пытаясь определить жанр, неожиданно понял — это самый мрачный образец «повседневности» из всех, что попадались на глаза. А следом пришло осознание, что многие более поздние и значительно более известные фильмы (от «Зодиака» до «Однажды в Голливуде») сознательно или нет, но явно оперируют тропами, заложенными Спайком Ли именно здесь. Если бы «Лето Сэма» вышел в условном «сегодня», то насмотренный зритель наверняка бы провел параллели, типа: популяризированный Тарантино «движок» погружения в эпоху, где гламур и ностальгию заменили грязь, отчаяние, безысходность. Сверху и без того безрадостная основа обильно сдобрена атмосферой паранойи, знакомой массовому зрителю по фильму «Зодиак». А внутренние конфликты персонажей наполнены таким цинизмом, что неврозы героя «Страстей Дон Жуана» (чьё амплуа — по сути перенос архетипа персонажа Вини в благополучные декорации XXI века) на этом фоне кажутся почти нормой. Такое сравнение частично может подготовить к тому, что творится внутри этой истории. Однако напомню: этот фильм вышел ДО упомянутой триады — и это ещё полбеды. Еще он объективно неровный, перегруженный и местами провисающий по темпу. Такое сочетание в принципе плохо усваивается, а для полноценного подключения к этой истории нужно знать ещё и исторический контекст — очевидный для американцев, под которых фильм и создавался: 1. Маньяк «Сын Сэма» орудовал в Нью-Йорке в 1976–1977 годах. Он просто подходил к припаркованным машинам и расстреливал парочки. Это очевидно не способствовало укреплению и так расшатанной морали. На родине он хорошо известен, поэтому в этой части фильм даже не пытается держать интригу, используя его как символ психоза. 2. Знаменитый 25-часовой блэкаут 13 июля 1977 года, ставший апогеем общественного гнева и отчаяния, когда город следом за тьмой погрузился в хаос анархии и мародерства. Каждое из этих событий могло бы стать отдельным фильмом, но здесь они лишь фон, придающий объём гнетущей атмосфере. На этом фоне разворачивается основная драма, препарирующая общественный излом на стыке эпох: уходящего диско 70-х и зарождающегося агрессивного панк-рока 80-х. В данном случае даже о намёках на ностальгию или медитативное созерцание не идёт речи. Наоборот, все детали фильма работают на создание атмосферы душной паранойи, беспомощности и отчаяния, в которые не хочется возвращаться. Основное действие разворачивается в итальянском квартале Бронкса. В его размеренную жизнь врывается молодой панк в исполнении Эдриана Броуди. Он выглядит настолько инородно, что волей-неволей заставляет реагировать на себя всех вокруг. Другим полюсом выступает его друг детства в исполнении Джона Легуизамо, которого поначалу полностью устраивает его жизнь и роль местного Дон Жуана. Роль, на которую не повлияла даже такая «мелочь», как недавняя женитьба. Между ними находится целый общественный срез, который, подогреваемый общественным психозом, быстро и с пугающим энтузиазмом организует локальную «охоту на ведьм», каждый в силу своих сил. Погружение в эту историю — уже испытание для психики, но если сделать усилие и принять её правила, следом можно прочувствовать своего рода «транс безвременья», в котором пребывал социум. Главной проблемой такого состояния является то, что старые модели поведения и нормы морали уже в силу объективных причин утратили актуальность, а инструкцию к новой реальности еще «не подвезли», поэтому никто толком не понимает, как жить дальше. Вишенка на торте безнадёги — персонаж Броуди, которому удалось воплотить одного из самых противоречивых героев. Сначала это просто панк-неудачник, вернувшийся к маме, но привезший с собой «ту» жизнь. Своим вызывающим видом и поведением он слишком очевидно провоцирует весь квартал, и это не может не вызывать раздражения. Однако по мере раскрытия образа раздражение никуда не девается, но к нему примешивается целая гамма взаимоисключающих чувств. В разных сценах, а иногда и одновременно он может вызывать отвращение, страх, жалость, а иногда, при всем своем эпатаже и агрессии, даже эмпатию. А это уже уровень большой актерской игры! Причем если отталкиваться от законов драматургии, то главный герой здесь — это персонаж Джона Легуизамо. Но Броуди в эмоциональном плане так перетягивает одеяло, что затмевает и его, и всех остальных. И это явно не столько (или не только) заслуга сценария, а именно выдающийся отыгрыш роли. Без такого хамелеона на экране фильм, возможно, и сработал бы, но значительно хуже. Это была бы рядовая история о сломе эпох, но Броуди вносит в формулу ту искру, которая порождает пожар. Если пытаться сформулировать эмоцию от фильма одним словом — это пожар. Именно из-за этого эффекта он формирует реальность, в которую, в отличие от «Однажды в Голливуде», не то что погружаться — приближаться не хочется. Резюмируя: «Лето Сэма» — неровный, грязный, отталкивающий фильм. Местами его откровенно тяжело смотреть, об эмпатии к героям не идет и речи. Но это, возможно, единственный способ передать настроение социального излома, о котором хотел высказаться автор. Контекст той эпохи российскому зрителю может быть неизвестен, но на эмоциональном уровне фильм работает до сих пор. Его виртуальным аналогом для нас мог бы стать созданный в условном «сегодня» фильм «Однажды в… Питере», задачей которого было бы передать реальный, а не ностальгический дух 90-х. В нём, на фоне апатии и безысходности неизбежно нарастал бы общественный психоз, в эпицентре которого разворачивалась бы драма людей, находящихся в одной лодке, но с противоположными векторами развития. Для усиления атмосферы и придания ей аутентичности, на фоне основного действия еще орудовал бы какой-нибудь известный психопат, от прямой агрессии которого не был бы застрахован никто. Был бы такой фильм популярным? Скорее нет. Справлялся бы с задачей трансляции духа эпохи? Вероятно, да. Именно за честный перенос духа времени, за новые вариации киноязыка и за то, как именно рассказана эта история, — от меня «великолепно». 9 из 10

Спайк Ли известный провокатор и возмутитель спокойствия, не стесняющийся говорить о самых неловких общественных проблемах Штатов. Его, уже ставшие культовыми, фильмы 'Делай как надо' и 'Его игра' стали настоящей пощечиной всем этим западным консервативным массам. И несмотря на глубокую смысловую составляющую, Ли так же неоднократно демонстрировал талант делать действительно захватывающие сюжетом фильмы, чего стоят отличные 'Чудо святой Анны' и 'Не пойман - не вор'. Небольшой экскурс по фильмографии одного из интереснейших киношников США проведен, теперь можно и к делу. Жители Нью-Йорка нескоро забудут его. Лето 77-го не собиралось уходить просто так, и прежде чем уйти забрало с собой немало человеческих жизней. И события именно того времени мы и будем наблюдать. Знойное солнце мучает жителей итальянского квартала(которые, кстати, один харизматичнее другого), а кровожадный Сын Сэма добивает их. И все это под сопровождением шикарнейшего диско. Персонажи здесь говорят о Вьетнаме, Чарли Мэнсоне и Реджи Джексоне. Режиссер проделал огромную работу и благодаря музыке, одежде и большому вниманию к различным мелочам воссоздал эпоху 70-х так, как это может сделать только человек по-настоящему любящий и скучающий по тем временам. Паника и злость проникла в людей, которые еще недавно были друзьями. Все под подозрением, никто никому не доверяет. Актеры, начиная с Джона Легуизамо и Эдриана Броуди и заканчивая Беном Газзара, постарались на славу и сумели привнести жизнь в ушедшую эпоху, создать атмосферу паранойи. Первый таки вообще сыграл, пожалуй, свою лучшую роль. Так же хотелось бы отметить банду итальянских наркоторговцев, возглавляемых персонажем Майкла Рисполи. Ребята отвечали за черный юмор, который тут на довольно высоком уровне. Авторы фильма действительно любят Нью-Йорк и его жителей, несмотря на всю их жестокость и ничтожность, и предлагают нам потрясающее кинополотно, поднимающее некоторые социальные проблемы, актуальные, как тогда, так и сейчас, но не слишком углубляющееся в это. Вердикт: фильм великолепен, лучшая на данный момент работа Спайка Ли. 'Даже если он убийца - до октября он нам нужен. Реджи Джексон нужен нам, если мы хотим победить мировую серию'. 9 из 10