Открытая книга

- Я слушала эти громкие слова от человека, который уже ничего не значил в науке. Трехчасовая история о ученом-эпидемиологе. В силу своего яркого ума и научной проницательности она в большей степени вынуждена противостоять интригам и клевете, нежели изобретать. Авторы на первое место выводят вопросы столкновения характеров, а вот как такового научного подвига тут толком и не описывается. Тут все посвящено интригам и распрям. Видимо в силу остроты темы настоящее напряжение в ленте проявляется лишь в последние полчаса. До этого мы становимся свидетелями разрозненных эпизодов из жизни ученого, которые в большей степени пресны и незамысловаты. И в таком подходе есть свое объяснение. Автор романа 'Открытая книга' писал об очень близких людях - своем родном брате, известном ученом и исследователе, авторе научного открытия, Льве Зильбере и его жене, лауреате Сталинской премии и авторе многих работ по эпидемиологии - Зинаиде Ермольевой. Это люди с очень непростой судьбой. Достаточно лишь сказать, что самого Льва Зильбера три раза отправляли в тюрьму. Предположу, что лента уже на стадии проработки сценария проходила неимоверно тщательную коррекцию и цензуру. Речь ведь шла о современниках. Так что, нет ничего удивительного, что лента вышла неинтересной. Людмила Чурсина была органична в роли своей героини, но толком у нее не было простора для раскрытия ее характера. Ровная положительная роль человека, занимающегося своим делом и вынужденного преодолевать препятствия. Другое дело - второплановые роли Глафиры и Кромова. Их персонажи сотканы из противоречий, отрицательные качества умело спрятаны за благовидными образами. Поэтому Владислав Стржельчик и Людмила Гурченко в их ролях блеснули. Вот как писала Гурченко о роли Глафиры в мемуарах: 'От этой избалованной жизнью женщины не ждешь, что она одним махом выбьет у себя из-под ног почву и повиснет в воздухе... Не повиснет — разобьется о холодный мрамор мрачного подъезда. Роль? Да! Судьба? О! Есть что играть? Безусловно'. Так что, если исходить из фильмографий Стржельчика или Гурченко, то перед нами очевидный шедевр и прорыв, творческая феерия. Но блеснули лишь актеры. Едва ли можно ленту назвать увлекательной. Не случайно, через несколько лет по точно тому же произведению был снят мини-сериал с И. Саввиной. 6 из 10

У Каверина, оказывается, был еще один роман, а я и не знал (в действительности, у него было много романов). Про жену брата Льва, Зинаиду Виссарионовну Ермольеву. Микробиолога, изобретателя отечественного пенициллина, светящихся вибрионов и много чего еще. И они не единственные родственники в этой истории - в главной роли Людмила Чурсина, на тот момент жена режиссера фильма Владимира Фетина. Приятное кино, хоть и без изысков. Режиссер, оператор - все делают свою работу. Хорошие актеры выдают свой средний уровень. Только Демьяненко мне сложно не как Шурика воспринимать, а у него роль трагическая. Гурченко как всегда выкладывается на 100 процентов. Нарушает благодушное спокойствие творческого коллектива. Ей единственной удалось показать возрастные изменения персонажа. В конце фильма у беззаботной Глафиры вдруг замечаешь и мешки под глазами и второй подбородок. Главный промах - Людмила Чурсина мало похожа на ученого-микробиолога. С ее ростом и внешностью она чистая фотомодель. Выше всех мужиков на голову. И выражение лица у нее будто думает что на ужин приготовить мужу Фетину. А микробиолог он же какой? В нем страсть к пенициллину! При виде вибрионов пульс учащается! И в биографии пишут: академик Ермольева вспоминала: «Будучи студенткой, я чуть свет лазила через форточку в лабораторию. Все кругом было закрыто, а мне хотелось лишний часок-другой посвятить опытам». После прочтения биографии могу сказать, что в фильме отсутствуют два выигрышных эпизода. Командировка в Афганистан для борьбы с холерой и самозаражение(!) холерой для ее изучения. Но возможно их и в книге не было. Зинаида Виссарионовна только прототип, не герой. Основная интрига напоминает 'Два капитана'. Кто-то не прав и всю жизнь надо это доказывать. Еще кино про то, что даже большой начальник может ошибаться и оказаться подлецом(!) Про микробиологию удачные есть эпизоды. Например, соревнование по консервированию икры экстра класса. Если солить - тухнет на 10 день, если использовать микробиологию - через две недели. А на льду, говорит героиня, полтора года! Еще соревнование пенициллинов, чей забористей. Англичане первыми его открыли. Приехали в Москву со своим штаммом. И конечно: 'Наш препарат оказался активнее английского: 28 единиц против 20 в 1 мл.'!!! Я бы предпочел, чтобы кино было про отношения. Материал богатый. Треугольники присутствуют, героиня Гурченко три раза замуж выходит, главная героиня сохнет по одному мужчине, а выходит за его брата. Есть полноценная сцена в бане. Советское кино не было таким уж пуританским. Каждый раз удивляюсь. Конечно, эротических фильмов никто не снимал. Но сцена в душе или бане это обязательный минимум. Причем, никакой сюжетной необходимости в таких сценках обычно нет. Выходит заманивали эротикой советского зрителя. Жаль, не встречал пока в мемуарах, чтобы кто-нибудь освещал этот вопрос. Через четыре года появилась еще одна экранизация. Повезло роману. Что-то в нем было такое. Может, возможность фигу режиму показать. Может потребность хоть как-то осмыслить произошедшее за 60 лет советской власти. Миллионы погубленных людей заставляли чувствовать себя неуютно. 7 из 10