Три дня Виктора Чернышева

Слепок времени, слепок дворовой компании, слепок трёх дней Виктора Чернышева - гениально поставленный и гениально сыгранный, со всеми слабостями характеров и условностями дворовой иерархии. Для нас, нынешних, великолепный 'исторический' материал, такой же как и гораздо более близкие к нашему времени 'Интердевочка', 'Маленькая Вера', 'Дорогая Елена Сергеевна', 'Такси Блюз-блюз' и т.д. Есть отличие: в 'Трёх днях...' существуют герои с созидательной линией жизни, может уже и не понимающие зачем так жить, но чувствующие, что так правильно, что так нужно. И это ощущение и герои его носители, совсем пропадают из картин 'советского неореализма' к середине-концу 80х. И остаётся только жёсткий характер обыденности, быта, мещанства... Из противоречия 'советского неореализма' и фильмов-агиток, на мой взгляд, должно рождаться настоящее киноискусство- слепок не только межличностных конфликтов, но и конфликтов понятий, смыслов и образов, целей и идей, чтобы не только диагноз, но и ход 'болезни' и условия выздоровления, и борьба за 'жизнь'... Как это совместить на экране - вопрос гениальности и таланта творцов. 8 из 10

Будучи генеральным секретарём Ю. В. Андропов с трибуны одного из съездов произнёс фразу: «Мы не знаем общества, в котором живём». Этот фильм как раз о том обществе, которое обществоведы СССР так и не смогли познать. Режиссёр прекрасно осознавал проблему «отцов и детей», он понимает, что что-то идёт не так, но вот, что именно к сожалению не смог определить. Этот фильм в то время должен был быть тревожным звонком. В этой киноленте отчётливо виден конфликт старого поколения, которое прошло через все тяготы войны и восстанавливало страну и нового поколения, которое не познало ужасов голода и разрухи. Старое поколение смело смотрело в будущее и строило коммунизм. Строило будущее, для того, что бы молодёжь не столкнулось с теми бедами, которые пережили старики. Но вот парадокс, новое поколение, на которое возлагали свои надежды строители коммунизма, приняли жизнь как саму себе разумеющуюся, они думали, что так всё и должно быть, что всё и вся существует только для них. Новое поколение детей фронтовиков не понимало своих отцов и матерей, а те в свою очередь по своей скромности ничего не хотели объяснить молодёжи. Они думали, что и так все всё прекрасно понимают, мол «молодо-зелено», подрастут и во всём смогут разобраться. Эта «золотая молодёжь» не знала и не хотела знать другой жизни, кроме как городской. Молодые люди оказались оторваны от земли и старшего поколения, со своими традициями и культурой. В городе начал формироваться другой тип общества – горожанин, которому были не понятны смыслы и традиции старшего поколения.