Мегрэ и человек на скамейке

В данном телефильме-телеспектакле сплелись для меня несколько тенденций наблюдаемых при просмотре кинопродукции. Первая - это жанровое кино - детектив с главным атрибутом его - загадкой убийства. Далее следует атрибут уже творчества Сименона - преступления имеют социальную предисторию. Здесь она характернейше представлена...жёлтыми ботинками! С другой стороны есть попытка нашими актёрами сыграть 'ихнюю' жизнь. Она не удалась, актёры говорят, эмоционируют, реагируют, интонируют и в общем играют стилистично-узнаваемо как советская киношкола начала 70х годов. Но эта игра настолько 'наша', настолько наше понимание о кино связанно именно с такой игрой актёров в то время, что несоответствие экранной и настоящей жизни не бросается в глаза, а находится только при отстранённом анализе сюжета и действия. Главное несоответствие - это конечно комиссар в исполнении Бориса Тенина. Нет, он не вызывает отторжения, как мистер Бин в этой же роли, он 'свой' комиссар, как уже на отечественной и современной почве 'своих' следователей сыграли Бурков в 'Профессия следователь', Леонов в 'И это всё о нём' и 'Длинное, длинное дело', Санаев в 'Возвращение святого Луки'. Но он и не тот Мэгре, уверенный в себе и всезнающий в исполнении Габена, хотя отсутствие излишней экспрессии последнего комиссару очень идёт! Также фильм подкупает своей радио-постановочной точностью передачи текста литературного источника. Такая точность и масштабность воспроизведения (грубо - весь текст) при просмотре рождает воспроизведение мысле-образов - возникших далеко ранее при неоднократном чтении данного произведения и возвращая, хотя бы мысленно-чувственно в то далёко... Итак: образец понимания советскими артистами жанрового, иностранного, литературного источника - детектива. 6 из 10