Всё будет хорошо

В конце 90 у нас был ренессанс русского кино. Когда мы уже посматривали на Голливуд, но не в упор. И у нас стали появляться фильмы, которые одновременно шли в ногу со временем и показывали нашу жизнь как она есть — и при этом отражали её совершенно нереалистично. Типажи реалистичные до последней точки. А ситуации сказочно-фантастические. Например, этот самый парень-гений. Быть такого гения не может, начиная с того, что нобелевской премии по математике не существует. И заканчивая «букетом принца»: сын богатых родителей, хозяин жизни, еще и симпатичный. Что он мог найти в обычной провинциалке? Сцена, в которой японец помогает отцу не дать охранникам выставить мальчишку из театра — ну совершенно сказочная, хотя и японец, и папаша как персонажи реалистичны. И вот эта смесь правды и сказки, причем сказки в сторону «как должно быть» попадает куда-то очень глубоко. Конечно, попадает тем, кто сам застал эти времена. А вот концовку сделали грустную. Все сюжетные линии завершились — но хэппи-энд наступил не для всех. И всё равно это хорошее кино. Хорошее кино для ностальгии.

Третья совместная работа режиссера Дмитрия Астрахана и сценариста Олега Данилова. Нельзя не обойти вниманием тот факт, что рассматриваемый фильм вышел всего спустя два года после хита 'Ты у меня одна', поэтому прошлая картина, естественно, наложила свой отпечаток во многих отношениях и в части аспектов сравнение с ней будет неизбежно. Вообще, говоря о творчестве Астрахана можно сказать, что именно 'Ты у меня одна' стал той самой культовой картиной, которая не только обессмертила имя режиссера, но стала своеобразным символом наступившей эпохи. Это фильм, который проникнут атмосферой трагической безысходности, сквозь которую пробивается та самая воля к жизни русского человека, который может и умеет переживать все - любые экономические, социальные, политические потрясения и в своем роковом фатализме умеет оставить место для радостного и смелого взгляда в будущее, даже если оно окутано сплошной мглой, прокричав молчащей вечности 'Все будет хорошо'. Более того, именно в этом фильме нашло выражение уникальное чувство 'экзистенциальной идентичности', потерявшегося в безвременье капитализма и товарно-рыночных отношений настоящего советского человека. Фабула истории довольна проста: главный герой фильма - живущий в глубокой бедности советский инженер, имеющий возможность познать все радости цивилизованного мира с молодой и богатой подругой детства, в конечном счете сознает горькую истину - он не может этого сделать. В этой трагической доле горького существования, в невозможности променять эту 'скупую жизнь' на чужое, 'заемное' бытие, и, что самое интересное, в той парадоксальной, но искренней радости, с которой протагонист принимает свою участь, авторам фильма удалось ухватить какую-то скрытую истину, глубинную сущность души русского человека, ту самую неуловимую черту характера, к которой вновь и вновь возвращаются русские классики, видя в ней и проклятие и спасение. В наиболее емкой форме иллюстрирует Ницше, говоря 'Я бы отдал все счастье запада за то, чтобы на русский лад быть печальным'. Таким образом, возможно, сами того не подозревая, Астрахан и Данилов ушли в своей хрестоматийной картине в области больших форм и высокого искусства. У них получился фильм не только идеально отображающий картину мира эпохи девяностых, но и аутентичный исторический типаж советского гражданина, который эту эпоху преодолевает. После такого нечаянного открытия, интересно узнать куда же повернула авторская мысль и не растеряла ли она по пути всего своего богатства. Если жанр 'Ты у меня одна' можно определить как реалистическую драму, то вот 'Все будет хорошо' заходит уже в совершенно другие области и может быть репрезентирован как идиллическая мелодрама. Но это только на первый взгляд, потому что сам фильм намного глубже, чем кажется. Лента начинается как некая сентиментальная история о любви и деньгах. Несмотря на тот факт, что сравнительно с прошлой картиной 'Все будет хорошо' сделан уже в несколько иной эмоциональной тональности, приобретя некоторые чисто фантастические и комедийные нотки, но вот что касается нарратива, то тут все исполнено но тем же самым лекалам. Данилов и Астрахан, не мудрствуя лукаво, решили сделать самый логичный шаг - использовать ту же самую драматургическую формулу, те же сценарные ходы и сюжеты, но при этом попытаться копнуть еще глубже, добавив многочисленных персонажей, а также развернув историю на сто восемьдесят градусов. В центре повествования любовный треугольник. Молодая девушка Ольга с детства влюблена в своего соседа Колю. После возвращения из армии, счастливая пара планирует расписаться. Но тут, на их жизненном пути встречается Петя - нобелевский лауреат, сын миллиардера, красавец и спортсмен с безупречным характером. Совсем скоро Петя, конечно же, покоряет молодое девичье сердце, которое разрывается от противоречий. За самой незамысловатой, казалось бы даже банальной историей, которую переписывают уже тысячелетия, скрывается настоящая кладезь разнообразных тончайших психологических и философских моментов. Начать следует с того, что в фильме множество сюжетных линий, строящихся на одном и том же философском аспекте. Чтобы понять их структуру, надо уяснить для себе, что чувство любви рождается в первую очередь ввиду идиллического недостатка и нехватки. При этом, чем сильнее этот недостаток, тем более душа пылает идеалистическими страстями. Собственно говоря, любая сюжетная линия фильма следует этому принципу. Во-первых, отец Пети - всемирно-известный миллиардер, мог бы заполучить любую девушку, однако, до сих пор отчаянно страдает по своей сокурснице, матери Коли, которая некогда его бросила. Интересно, что он появляется перед ней во всей красе - в шикарном костюме, с охраной, немедленно начинает сыпать деньгами и даже организовывает свадьбу для сына возлюбленной. Все это ради того, чтобы произвести впечатление и компенсировать прошлое поражение. Тоже самое касается его сына Пети - не является ли основной причиной его влюбленности как раз тот факт, что девушка завтра выходит замуж? Такая же идиллическая картина наблюдается у деда в исполнении Михаила Ульянова, его любовь строится вокруг нежных воспоминаний о пропавшей супруге, поэтому вместо ежедневных супружеских перебранок у телевизора, он проливает слезы над фотографией жены, также горько как и над своей ушедшей молодостью. Весь нарратив блистательно используется формула вечно ускользающего объекта желания. Персонажи не просто живут, но горят, страдают какой-то внутренней никогда неутолимой жаждой о несбыточном, совсем как в русских классических романах. Разрешается ситуация не менее интригующе. С одной стороны, вроде бы все благополучно оканчивается хэппи-эндом, с другой клубок психологических противоречий затягивается настолько крепко, что единственным выходом оказывается его разрубить. Астрахан и Данилов блистательно использовали оба варианта, показав, что за красивой сказкой о прекрасной, счастливой, богатой жизни всегда стоит горькая, жестокая и беспощадная правда бытия, того самого, страшного, монотонного и скучного бытия, которым живут миллионы. 'Все будет хорошо' - из разряда фильмов, которые кардинально меняют свой жанр от начала к завершению. То, что казалось волшебной сказкой оказывается грубым арт-хаусом правды жизни. Даже само название картины, фраза, которую произносят персонажи по ходу действия меняет эмоциональный окрас в зависимости от контекста. Где-то она звучит как оптимистическое, самонадеянное восклицание молодых, веселых и счастливых молодожен, а где-то уже как трагическое самовнушение, самообман героя-одиночки, оказавшегося волею судеб в экзистенциальном тупике, в этой тюрьме однообразного бытия, и даже в перспективе не представляющего есть ли из нее иной выход, кроме смерти. Пожалуй, в этом главная прелесть фильма Астрахана - он не боится быть разным, бросаться из крайности в крайность, твердо веря в то, что всегда отыщет выход. Поэтому кто-то будет смеяться над его карикатурность, потом удивляясь его жесткому реализму, а кто-то плакать от счастья за главных героев, ужасаясь тому, какой ценой оно построено. И наконец, каждый зритель по своему воспримет эту простую, но глубокую истину о том, что все-таки 'Все будет хорошо'.