Домик в Коломне

У Вдовы тяжёлая жизнь. Вздремнуть в гостиной, вздремнуть на кухне, вздремнуть в спальне. На всё физически не хватает времени. К тому же и дочку-красавицу зовут Парашей. А та только и знает, как прожигать свою жизнь. Шьёт, гладит, моет и плетёт, счета ведёт, да стряпню готовит. К тому же не теряет случая пострелять в офицеров глазами из окна (зоркий пол). Так вот и дострелялась до одного - офицер, стрельбой ответной, девичье сердце поразил. И было бы с ухаживаниями всё классично и романтикой пресыщено, если б только молодые экстрима не возжелали в виде водевильского маскарада, только с неповторимым сельским колоритом Российской Империи. Русские затейники были предельно озадачены поиском русской души во все времена. И пока разные оригиналы штамповали мильёны Воен и Миров, а другие, не заморачиваясь сюжетом, снимали бабушек на скамейках, русская душа собиралась по крупицам, нечаянно и мимолётно, в отдельных, не совсем характерных поделках творцов, решивших, что количество всё-таки лучше, чем качество. Движущиеся картинки только начали развиваться по-настоящему и ещё мало кто понимал, какие финансы на самом деле может принести шайтан-коробка, вселяющая в фотографии душу. И Пушкин пребывал знатоком национального колорита разве что в самом стандартном школьном образовании. Адепты СПГС уже давно видят в нём судью России. Его насыщенные пьянками стихи превратили автора в объект ненависти сотен тысяч школьников по всем рускоязычным закоулочным посёлкам необъятной страны, а у некоторых из-за литературы дуб у лукоморья до сих пор зелёный. Да что б пусто ему было со своим навешиванием ярлыков всей отчизне! Люди хорошо знают, как унизить невольника чести. Нужно просто им восхититься. Экранизировать какой-нибудь из его стихов. Ведь он - человек уникальный, заигрывает со словами ничуть не хуже, чем с девицами, и его стихам не то, чтобы просто голосовые эмоции необходимы - немое синема чаще убивает в его стихах весь подтекст. Видный коммерческий режиссёр Пётр Чардынин снимает сто тысяч фильмов за один только понедельник и наводит хорошие контакты с лучшим дореволюционным актёром - Мозжухиным. Вместе эта парочка напридумывала много фарса, по сути очень ярко, но не всегда правдиво, изображая национальный строй через малоприметные характерные детали. Таким образом Офицер ради Параши (ох, я не могу спокойно смотреть на это имя) сбривает усы и незаметно принимает джаз, пусть и не успевает соблазнить своей девичьей красотой ни одного другого офицера. А всё, что ему удаётся за недолгое пребывание во вдовьем доме - это вознести торжество неуклюжести и качественной гэговой школы во главу угла. Режиссёр разве только пытается добавить минималистичности декорациям мещанского жилья, не перегружая символизмом и так немую картину. Домик в Коломне - очевидно, очень поверхностное прочтение стихотворения главного русского поэта, зато один из первопроходцев в русскоязычных ситкомах. Создатель так и не задумался над значимостью образа Графини, однако это привнесло в картину удивительную лёгкость и беззаботность. За характерным нищебродством в создании ленты кроется, скорей всего, бесстыдная экономия деревянных, и то, что все три персонажа, которые остались после кастрирования октавочного стихотворения, получились предельно каноничными - это совершенная случайность. Кто ж знал, что чем меньше расскажешь, тем больше додумают?