Тихие омуты

Лихие 90-е частенько упрекают в том, что советский кинематограф переродился в менее изысканный российский, но на самом деле такие утверждения притянуты за уши. Эльдар Рязанов – режиссёр, в карьере которого переломный момент настал ещё в середине 1960-х гг. Именно тогда его фильмы из чисто комедийных превращаются в более серьёзные и драматичные, и в них всё чаще затрагиваются личные, почти интимные темы персонажей. Звучит это всё неплохо, но лучше бы этого перелома не было. Потому что к началу третьего тысячелетия от былого Рязанова осталось только громкое имя. Впрочем, в «Тихих омутах» есть кое-что интересное. Александр Абдулов стал одним из немногих актёров, для которого этот фильм стал определённым прорывом, поскольку в сравнении с «Чародеями» или, скажем, «Убить дракона» здесь он играет очень даже неплохо. Возможно, всё дело в точном попадании в образ, либо опыт взял своё. Крайне любопытным фактом является участие на третьем плане Александра Невского, чья репутация тогда ещё шумела в рамках исключительно спорта. К сожалению, ни одного слова от режиссёра будущих российско-американских боевиков мы здесь не слышим. Зато собственной персоной появляется Эльдар Рязанов в роли второстепенного рентгенолога. Вообще во второй половине творческого пути Рязанов частенько мелькал в собственных фильмах, будь то «Ирония судьбы» или ремейк его же «Карнавальной ночи». Этот фильм постигла участь многих ранних постсоветских лент – перебор с депрессивностью и излишний акцент на реализм. С одной стороны даже здорово, что персонажи и сюжет получились достоверными, но с другой важно помнить, что изобразительное искусство на то и существует, чтобы показывать что-то необычное, чего мы не можем увидеть в реальности. В «Тихих омутах» это необычное ограничивается парочкой сцен с очень напористой журналисткой, а также невероятной везучестью главного героя, которому удаётся проезжать зайцем даже в тех случаях, когда его легко заметить. В остальном фильм воспринимается очень скучным, поскольку хорошие актёры не влияют на сценарий. Но почему излишний реализм – это плохо? Потому что помимо чего-то знакомого мы неизбежно увидим и что-то неприятное. В данном случае это грубая прямота некоторых персонажей, идущая параллелью с нелогичностью суждений и поступков. То у них любовь, то, видите ли, неприязнь. Конечно, такие перемены можно списать на саму любовь, у которой нет точного определения, но это уже выглядит как недоработка. Ещё одним обидным упущением является предсказуемость морального посыла о том, что счастье мимолётно, а несчастье обрушивается на нас лавиной. Иногда. Если же смотреть фильм без зевков, то возникает ещё один вопрос, связанный с преступлением. Чем в итоге завершилось его расследование – непонятно. С приближением к финалу персонажи о нём просто забывают. Очень обособленным от остального фильма выглядит самое начало, в котором угадываются ностальгические отсылки на «Невероятные приключения итальянцев в России». Ощущение такое, что начало фильма снималось в последнюю очередь, дабы хоть как-то привлечь зрителей динамикой событий. В рекламных роликах, как вариант. Подводя итог, «Тихие омуты» – фильм того Рязанова, который уже успел свернуть не туда и начал вязнуть в самоповторах и безысходной атмосфере кинематографа новой страны. 4 из 10

Я просмотрел только что. В несколько строк, избегая многословности с пересказом деталей сюжета, сразу могу сказать, какой аудитории зрителей фильм адресован. Кому? - Не всем. А кому тогда всем? - В частности тем личностям, которые перешагнули или достигли возраста героя Абдулова на момент съёмки, но без придирчивого профессионального снобизма кинокритика наших дней. Скажу ещё короче, по горячим следам, - немолодой Рязанов продолжил Чехова: снял своё видение чеховского героя 'Дамы с собачкой', внеся сюжет Чехова столетней давности в текущие, совсем вроде как бы несвойственные Чехову декорации, приправив сюжет от себя; обратите внимание на бородку и очки героя Абдулова. Но Рязанов 'многоточие', оставленное Чеховым, развил на свой манер и привёл к вполне разумному реализму. И в этих весьма отдалённо-чеховских героях нарисовал как взлёт, так и закономерное завершение, поставив свою 'точку' вслед 'многоточию'. 8 из 10