Константин: Повелитель тьмы

Земля — это грязная транзитная зона. Рай и ад ведут здесь холодную войну за влияние, а люди выступают лишь бессознательным мясом для вербовки. Джон Константин в исполнении Киану Ривза не носит обтягивающее трико и не спасает мир из благородных побуждений. Он практикующий экзорцист с терминальной стадией рака лёгких, который цинично пакует нелегальных чертей обратно в преисподнюю. Ривз транслирует абсолютную экзистенциальную пустоту. Его персонаж плюёт на высокие материи и просто делает свою грязную работу с грацией утомлённого палача. Джон пытается купить себе пропуск на небеса, прекрасно понимая, что его душа уже забронирована этажом ниже. «Брат за брата — это свято, а сестра — для ада плата» Катализатором глобального замеса выступает рядовая смерть. Детектив полиции Анджела Додсон, чьё лицо подарила нам Рэйчел Вайс, категорически отказывается принимать официальную версию о самоубийстве своей сестры-близнеца Изабэль Додсон. Вайс выдаёт идеальный спектр эмоций от непробиваемого скептицизма копа до первобытного животного ужаса перед изнанкой привычной реальности. Она силой втягивает нашего эгоистичного мага в расследование, которое стремительно мутирует из криминальной бытовухи в библейский апокалипсис. Сюжет не топчется на месте. Он тащит нас за шкирку через захарканные подворотни к самому эпицентру вселенского заговора, сохраняя нервный ритм до самых титров. «Крест тяжёлый, ствол блестит — бес от страха верещит» Магия в этой вселенной материальна и груба, как удар монтировкой. Здесь нет места изящным пассам руками и чтению древних свитков при свечах. Если Джону нужно вытащить беса из девочки, он использует тяжёлое зеркало и грубую физическую силу. Если требуется зачистить скопление полукровок — в ход идёт монструозный святой дробовик в форме распятия. Режиссёр Фрэнсис Лоуренс создал мир, где святая вода разлита по стеклянным ампулам, а жуки служат отличными проводниками для тёмных сущностей. Местный ад начисто лишён фольклорных котлов с вилами. Это выжженный ядерным ударом Лос-Анджелес, где шквальный ветер несёт радиоактивный пепел, а демоны ползают по руинам с пустыми глазницами. «Поп в запое, ангел жжёт — сатана готовит счёт» Фильм безжалостно хорош в деталях, и его второстепенные лица крадут внимание без остатка. Архангел Гавриил (Тильда Суинтон) выглядит как андрогинный манекен с острым комплексом бога. В каждом её плавном движении сквозит искреннее презрение бессмертного существа к слабой человеческой расе. Полудемон Бальтазар (Гэвин Россдэйл) носит дорогие костюмы и издевается над своими жертвами с лоском элитного коллектора. За хрупкий нейтралитет отвечает шаман Миднайт (Джимон Хонсу), чей закрытый клуб служит своеобразной швейцарией для братвы с небес и из-под земли. Где-то на фоне постоянно суетится Чэс Крэймер (Шайа ЛаБаф) — дерзкий юнец с амбициями великого мага, исполняющий при Джоне роль мальчика на побегушках. Снабжением специфического арсенала занимается нервный и дёрганый Бимен (Макс Бейкер). Информационную поддержку обеспечивает Отец Хеннесси (Прюитт Тэйлор Винс), который топит свой убийственный дар ясновидения в литрах дешёвого алкоголя. Каждый из этих персонажей — это не просто функция в сценарии, а смазанная кровью шестерёнка в механизме грядущего конца света. «Босс явился без штиблет — никому пощады нет» Но настоящий эстетический шок наступает в тот момент, когда на сцену выходит сам Люцифер. Появление Питера Стормаре в белоснежном костюме, с босыми ногами, оставляющими на полу следы из чёрной смолы — это эталон кинематографического зла. Стормаре играет Сатану как уставшего криминального авторитета, который спустился в подвал лично наказать оборзевших пешек. Никакого дешёвого пафоса, только холодная абсолютная власть и едкий сарказм. Его финальный диалог с главным героем представляет собой интеллектуальную дуэль двух первоклассных ублюдков, знающих реальную цену каждой человеческой душе. «Бог и чёрт играют в кости — Джон пришёл без спроса в гости» Картина полностью лишена ванильной морали и нравоучений. Это жёсткая констатация факта: создатель и дьявол просто кидают кости на наши жизни. Интрига выстроена безупречно, постоянно балансируя на грани фола. Главный герой не становится святым мучеником в классическом понимании этого слова. Он просто находит единственную рабочую лазейку в контракте, гениально кидая систему по её же строгим правилам. Это оглушительный триумф человеческого эгоизма, который вопреки всему служит высшему благу. Потому что иногда единственный путь к божественному спасению — это вскрыть себе вены, чтобы получить возможность лично плюнуть в лицо Сатане. 8 из 10

Есть фильмы, которые являются верными экранизациями. А есть фильмы, которые берут первоисточник, смотрят на него с вежливым недоумением, а затем выбрасывают в окно, чтобы на освободившемся месте построить нечто свое, совершенно иное, но по-своему прекрасное. И «Константин: Повелитель тьмы» — это лучший пример такого элегантного вандализма. Для любого, кто хоть раз держал в руках комикс «Hellblazer», этот фильм — чистое святотатство. Вместо хитрого, язвительного, вечно курящего блондина-афериста из Ливерпуля, нам подсовывают молчаливого, меланхоличного брюнета с лицом Киану Ривса и повадками Нео, который решил сменить Матрицу на католицизм. Это как если бы на роль Шерлока Холмса взяли Дуэйна «Скалу» Джонсона. Несоответствие настолько вопиющее, что оно переходит в новую, извращенную форму искусства. И вот здесь нужно сделать выбор. Либо до конца своих дней проклинать Голливуд за надругательство над каноном, либо принять правила игры и судить то, что получилось. А получился, черт возьми, один из самых стильных и атмосферных мистических боевиков в истории. Режиссер Фрэнсис Лоуренс, выходец из мира музыкальных клипов, не пытается рассказать сложную историю. Он рисует. Каждый кадр здесь — это выверенная до миллиметра готическая открытка. Нуар, пропитанный святой водой. Бесконечный дождь, неоновые вывески, отражающиеся в лужах, клубы сигаретного дыма, медленно тающие в полумраке. Это визуальный пир, где сюжет — лишь необязательная закуска. И в центре этого пира — кастинг, который иначе как гениальным капризом не назовешь. Да, Киану — не Константин. Но его стоическая, почти дзенская отстраненность идеально ложится на образ человека, который видел Ад. Но настоящие бриллианты здесь — на втором плане. Тильда Суинтон в роли андрогинного архангела Гавриила — это стопроцентное попадание. Ее холодная, потусторонняя красота и снисходительное презрение ко всему человеческому вызывают мурашки. А уж выход Петера Стормаре в роли Люцифера — это и вовсе высший пилотаж. Босой, в белоснежном костюме, с которого капает черная смола, он за пять минут экранного времени создает более убедительный и жуткий образ падшего ангела, чем иные актеры за всю карьеру за исключения Марка Пеллегрино. Он не играет — он наслаждается. И самое забавное, что этот фильм, при всей своей канонической неверности, оказался настолько влиятельным, что его скелет еще долго обгладывали другие. Сериал «Сверхъестественное», по сути, присвоили некоторые фичи и идеи мифологии на том, что Голливуд не доел: Рождения нифилима и его угроза уничтожения мира, ангелы в строгих костюмах, которые вмешиваются в дела людей, и демоны, ведущие себя как мафиози, план Габриеля по очистите человечества от грехов. Эрик Крипке просто оказался достаточно умен, чтобы взять лучшее и от фильма Лоуренса, и от оригинального комикса, и построить на этом свою, куда более долгоиграющую империю. Вердикт Что удалось: Атмосфера и стиль. Это визуально безупречное кино. Изображение Ада как выжженной ядерным взрывом копии Лос-Анджелеса — одна из самых сильных находок в жанре. Актерский состав второго плана. Тильда Суинтон и Петер Стормаре крадут каждую сцену, в которой появляются. Их игра — это то, что превращает хороший фильм в культовый. Актерский состав второго плана. Тильда Суинтон и Петер Стормаре крадут каждую сцену, в которой появляются. Их игра — это то, что превращает хороший фильм в культовый. Что пошло не так: Главная женская роль. Рэйчел Вайс — прекрасная актриса, но ее персонаж здесь — классическая «дева в беде», которая в основном задает вопросы и испуганно смотрит. Верность первоисточнику. Ее здесь нет. От слова «совсем». Для фанатов комикса это может стать непреодолимым препятствием. Сюжет. Местами он провисает, превращаясь в довольно запутанный детектив с библейскими сносками, где мотивация персонажей не всегда очевидна. Кому смотреть: Людям, которые ценят стиль выше содержания. Для вас это будет полуторачасовой экстаз. Если вы хотите увидеть одного из самых харизматичных Дьяволов в истории кино. Поверьте, оно того стоит. Заключение «Константин» — это идеальный пример того, как голливудская ересь может породить собственный, порочный, но чертовски привлекательный культ. Это неправильная экранизация, но абсолютно правильное, самодостаточное и дьявольски красивое кино. Это не тот Константин, которого мы заслуживали, но, возможно, тот, который был нам нужен. 8 из 10