Девственнницы

Фильм, снятый в 1962 году, вышел на излёте Новой волны, фиксируя переход: бунт перестал быть формой и стал содержанием. После Les Dragueurs (1959), где Моки анализировал мужскую 'охоту', Les Vierges становится ответом с женской позиции. Это переворот перспективы: охотники становятся добычей, а девственность — миной замедленного действия, а не трофеем. Режиссёр не причислял себя к движению, но действовал как подрывник пуританской Франции, сохраняя протестный дух Новой волны. В противовес импровизации ранних картин, Моки намеренно выбрал строгую структуру — пять новелл, разбирающих тему свободного секса. Это не противоречие, а логичная эволюция: протест сместился со стиля на содержание. Это сатира на иллюзии “современности”, разоблачающая мифы о свободе, любви и желании. Моки строит фильм как цикл, где каждая из пяти новелл — новый взгляд на проблему: что значит быть “современным”, когда девственность — всё ещё валюта. Пять новелл — это пять стадий разоблачения: Мари-Клод: Единственная, кто действительно живёт по принципу «мы же современные». Она берёт, что хочет, и уходит без сожалений. Женевьева: Её девственность — капитал, который душит желания. Моки смеётся над буржуазной моралью: «уважение к браку» на деле оказывается страхом перед телом. Кристина: Единственная, кто выигрывает в игре по мужским правилам. Её победа пиррова: она получает брак, но теряет страсть. Софи: Её новелла превращается в фарс. Герои повторяют «Мы же современные!», но их «современность» сводится к беготне и встречам с полицией. Нора: Финальная новелла оборачивается трагедией. Её любовь к взрослому мужчине разрушает мечты. Итоговый вердикт: в мире, притворяющемся «современным», подлинное чувство и наивность жестоко наказываются. Фраза «мы же современные» — скелет фильма и главный инструмент иронии. Она эволюционирует от манифеста (Мари-Клод) до оправдания и насмешки, раскрывая пропасть между словами и поступками. Франсуа Трюффо, флагман Новой волны, увидел в Мари-Клод первую настоящую феминистку французского кино, написав в Cahiers du Cinema: «Она уходит с Реми — и ничего не теряет... Свобода сохранена». Для него она — идеальная героиня Новой волны, королева, живущая по своим правилам. Темы Les vierges звучат удивительно современно. В эпоху sex positivity Моки спросил бы: «А чьё дело — ваши желания?». Вопрос «кто владеет телом?», где девственность остаётся валютой, актуален как никогда. 9 из 10 За смелость, структуру и нестареющую иронию.

Цивилизация – явление старое, можно сказать древнее. Народы вводили запреты для того, чтобы объединиться и защитить себя, свою идентичность, свою территорию. И те, которые делали это правильно и жестко не только выжили как народы, но и завоевали больше территорий, поглощая другие народы. По мере развития человечества необходимость в некоторых запретах теряла свою необходимость, более того, некоторые из них мешали развитию, и их отменяли. Это называлось либерализацией. Понятие цивилизации, безусловно, включает в себя и отношения между мужчиной и женщиной. Либерализация двигалась параллельно с прогрессом общества, в последующем уже, не связывая себя с этим прогрессом. Ведь «либерте» – это свобода, она не должна себя ничем себя связывать, даже если это во вред обществу. По мере развития кино мы могли наблюдать за либерализацией этих отношений. Режиссер и соавтор сценария Жан-Пьер Моки предоставил на суд публики «Девственниц» как раз в то время, когда на западе назревала сексуальная революция. Еще есть люди, которые привержены консервативным взглядам. Надо отметить, что авторы фильма их не одобряют. Но в основном герои фильма шагают в ногу с либерализацией. Уже появились в европейских отношениях между мужчиной и женщиной первые ростки свободной любви. Возможно, они появились ранее, но в этом фильме на них обратили внимание, однако, без намека на осуждение. «Девственницы» представляют собой альманах из пяти историй, которые плавно перетекают друг в друга. В первой части солирует юная Стефания Санделли (Мари-Клод). Она великолепна, чего не скажешь о ее героине, которая отдается первому встречному в антисанитарных условиях. В итоге у зрителя (особенно у молодого) полная уверенность, что Мари-Клод поступила верно. Во второй рассказывается о благочестивой паре. Молодая невеста в этой короткой истории подобна героине романа Мопассана «Жизнь». Начало семейной жизни приносит ей разочарование. Здесь мнение авторов фильма явно неодобрительное. Третья новелла наиболее остроумная и представляет собой логическую задачу для Кристины (Анна-Мария Соти), которая является невестой богатого бездельника (Жерар Блен). Кристина обманывает своего жениха, чтобы отдать свою девственность взрослому мужчине. Особенный интерес представляет здесь семья жениха и семейный доктор. Четвертая новелла интересна тем, что были времена, когда молодые люди и девушки разговаривали на «вы», если не были близко знакомы. Софи со своим юным кавалером отчаянно ищет место для уединения. Надо отметить непритязательность юной француженки. Наши девушки даже в 70-е и 80-е были более разборчивы. Последняя новелла интересна тем, что в ней участвует Шарль Азнавур, который играет немолодого женатого шефа юной Норы. Он очень серьезный и ответственно относится к тому, что она в него влюбилась. Дело в том, что, оказывается по закону во Франции девушке нельзя вступать во внебрачные связи до 21 года. А Норе только 18. И чтобы разрушить эту преграду девушка (Катрин Дерлак) должна что-то придумать… Либерализм - явление лукавое. Разрушая все запреты, он привел матушку-Европу от сексуальной революции к гендерному катаклизму, и сегодня мы видим, к чему ведет «полная» свобода. Как тут не вспомнить формулировку классика: «Свобода – это осознанная необходимость». Так что фильм несмотря на то, что он позиционируется как комедия, имеет глубокую подоплеку, даже философский смысл. Но это уже прерогатива зрителя – погружаться в раздумье или просто беззаботно отдохнуть при просмотре. 9 из 10