Путешествие с домашними животными

Сколько же лет этой девочке? А может быть уже женщине? Лицо лучащееся светом, радужная прядь волос, глаза - не оторваться... Кто ты, милая? Как здесь? Живу, - отвечает... Жила к труду привычная Девчоночка фабричная Росла, как придорожная трава На злобу неответная На доброту приветная Перед людьми и совестью права Дом у рельсовой дороги, летящие как стрелы маневровые поезда. И вагоны-вагоны-вагоны. С углём, лесом, людьми. Российская глубинка. Проплешина как проталина страны и вдруг остановившийся Ростов-Благовещенск указателем, где мы находимся. А где мы находимся? Где Ростов, а где Благовещенск... То ли в Азии, то ли в Европе. Осень. Замолкающая тишь. Стыдливые рощи, пугающие сиротливой наготой - отшумели, отцвели. Замерли. Ждут. Чего и сами не знают. Пейзаж дополняет жизнь. Корова. Молоко в ведро. И ухмылка уродливого лица в проёме двери. Смотрит как терзающий стервятник. Людоед. Месиво теста в оскале - завели, мяли, не стали печь, да так и позабыли за делами про него. Не каравай хлеба. И человек вроде, и полу зверь какой то... Не лицо, а рожа. Печать вырождения в застывшем слепке. Муж. Её? И вдруг раз, и его не стало. Тромб ли оторвался или сердце истосковалось в груди, не объясняют. Умер. С мошною в руке. Ей всю жизнь служил. Ей молился. Куда теперь? В морг. На погост. И жизнь преображается. Прочь серая тошнота мути, телогреечная рвань коленопреклонённости, грязь выцветших красок одежды. В огонь. Всё в огонь. И блики бесцветных фотографий с застывшими образами. Туда же. Образ Матери Богородицы на место портрета патриарха дома. И зеркало - первый подарок себе самой для вглядывания в себя саму. И вот теперь... Стою на полустаночке В цветастом полушалочке А мимо пролетают поезда А рельсы-то как водится У горизонта сходятся Где ж вы, мои весенние года А сюжет заплетается новизной жизненного изгиба. Почти Пашка Колокольников ( а здесь Д. Дюжев), шукшинский крестник из 'Живёт такой парень', на железном колёсном коне мостит мостки к сердцу вдовы. Оба (с Л. Куравлёвым) - под копирку, 'ни флага, ни Родины, ни забот, ни хлопот'. Лови мгновения, крути баранку. И в них, в этих рабочих судорогах, наслаждения телу, душе. Спидометр, что малое дитя, сосущие сиську матери - вбирает энергию, матереет километражом. Поворот вправо, поворот влево, руль к горизонту и ночной постой где придётся... Перекати поле... Сыпал снег буланому под ноги, В спину дул попутный ветерок, Мчал я в долгожданную дорогу, Заглянул погреться в хуторок. Встретила хозяйка молодая, Как встречает близкого семья, В горницу любезно приглашая, Ласково смотрела на меня. А наутро прямо спозоранку Вышел я буланого поить, Вижу: загрустила хуторянка И не хочет даже говорить. Руку подала и ни словечка, Взглядом моё сердце обожгла. Вмиг тогда с коня я снял уздечку, Разнуздал буланого коня... Скачи милый, скачи. У тебя свой путь. У меня свой. И Бог с тобою... Зеркало -Журнальный глянец - Коза - Одежда - Телевизор - Секс - Карусель - Золотогривый мальчик. Вот они лепестки жизни этой то ли женщины, то ли девочки. Всё только-только начинается. И восходом солнца улыбка плывущей в лодке Натальи. Замечательно. Трогательно. 7 из 10

Просматривая фильмографию Дмитрия Дюжева, наткнулся на данный фильм, который привлек мое внимание. У выросшей в детском доме Натальи внезапно умирает муж, и 35-летняя девушка остается жить одна на железнодорожном полустанке, совсем не зная, как это – жить… Не совсем люблю российский арт-хаус, но пригодные для просмотра фильмы иногда попадаются. «Путешествие с домашними животными» смотрится легко благодаря операторской съемке и манере подачи повествования. Актерская игра на должном уровне, хотя актеров в фильме совсем немного. От присутствующих в фильме локаций при просмотре создавалось впечатление, что фильм показывает события прошлых лет, хотя зрителю показали обычную Богом забытую деревушку нашей необъятной стороны, до которой пока не добралась цивилизация. Ксения Кутепова сыграла, повторюсь, неплохо. Благодаря режиссеру удалось показать одиночество, которое наступило в жизни Натальи после смерти мужа. Внезапная радость от нахлынувшей свободы сменила печаль одиночества и бесцельности. Казалось, жить только начала, а чего-то не хватает…Нет цели – нет стремления к жизни. Хочется сказать спасибо за приятные глазу локации любимой страны, за пошарпанную хибару, ставшую уже раритетом, за культуру, которая пока дошла не до всех… 6 из 10