Полное дыхание

Этот фильм, первое поверхностное знакомство с которым у меня состоялось несколько лет тому назад, затерялся где-то на задворках памяти. Но, как известно, в памяти такая скрыта мощь, что умножает образы и множит и воскрешает из небытия даже то, что, казалось бы, безвозвратно кануло в Лету, не говоря уже о всём прочем, тем более относительно недавнем и с кинематографической точки зрения стилистически безупречном. Киноповествование начинается с некой иллюзорной картинки:панорамный осколок приплюснутой гребёнки придорожных столбов, чуть заметно 'поёживающихся' сквозь призму раскалённого степного марева, как будто посылающих небесам какие-то тайные знаки, — вид которой вкупе с психоделическими мотивами Гия Канчели подводит тебя к предчувствию неизбежного появления на экране чего-то алогичного, почти мистического, выходящего за рамки обычного понимания. Поначалу больше обращаешь внимание на антураж происходящего на экране, чем на всполохи любовных страстей главных действующих лиц и развитие между ними отношений по принципу: 'люби — не люби, но почаще взглядывай'. По своему примечательными кажутся забавные зарисовки из жизни аборигенов приазовской деревушки:это и сцена женского мордобоя на свежем воздухе во время праздничного застолья;и показ задом наперёд в силу несовершенства техники кинохроники, воспевающей передовиков производства;и колоритное выступление себе на уме депутата Верховной Рады перед русскоязычным электоратом. Несомненным украшением картины является целая галерея блистательных образов персонажей второго плана:это и так называемый блюститель правопорядка Аркадий — мутный тип с вихляющей походкой и испитым лицом отвергнутого толпой богемного художника(А. Баширов);и хозяйка дома с скрипучими дверями тётя Валя, в своём рыбачьем облачении чем-то напоминающая безвременно овдовевшую атаманшу из разбойничьей шайки, впрочем, склонную, если подвернётся повод, и к сантиментам, к тому же, что называется, добрую внутри(Н.Eгорова);и Степан-морячок, с звериным просверком в глазах, подвизающийся иногда на чисто добровольных началах на ниве воспитания подрастающего поколения и использующий при этом методы, отнюдь не требующие фундаментальной педагогической подготовки(И. Лифанов).Я уже не говорю о главном герое, московском бонвиване Коське-Моське(Д. Исаев),c двумя 'макушками-призраками' на голове и вполне реальными разновозрастными пассиями в придачу, — словом, весь актёрский ансамбль подобран безукоризненно и на 'отлично' справился со своими задачами. Представляющееся на первый взгляд чем-то пунктирным, несущественным, как бы случайно прорывающимся сквозь стихию экранного действа, реально оказывается его важной эстетической составляющей. Чего стоит хотя бы сцена у купальных мостков, основанная на контрасте возвышенного и земного: некий 'соглядатай горизонта',отягощённый изнуряющей его мечтой совершить подвиг во имя торжества идеи сближения народов, читает гениальные в своей простоте философские стихи Мандельштама юному сорванцу, решительно уплетающему какую-то полужидкую консистенцию из стеклянной банки. Складывается впечатление, что бессмертная поэтическая классика, идеально ложащаяся в ткань киноповествования, является для чудаковатого героя некой 'палочкой-выручалочкой', подпитывающей его фанатичную одержимость следовать намеченной цели и так или иначе помогающей ему примириться с абсурдом и несовершенством человеческой жизни. В финальном 'вращении' сюжета этой трагикомедии, в органичной сцепке главного и второстепенного, случайного и закономерного, когда смысловые акценты окончательно измочалятся и померкнут, — случится нечто: его величество художественное безумие выйдет, так сказать, на авансцену и начнёт диктовать общий тон всему происходящему, невольно порождающему у тебя чувство какой-то экзистенциальной истомы, которое, если честно признаться, и сравнить-то не с чем, и словами не описать. Мне сдаётся, что картину по достоинству оценят прежде всего натуры утончённые, огорошенные красотой и непредсказуемостью окружающего мира, у которых даже мимолётное виденье нескладно погромыхивающих пустых консервных банок, гонимых морским бризом по выжженным солнцем колдобинам, найдёт в душе живой отклик, а кому-то — даже может дать пищу для фантазий на вольную тему.

Фильм примечателен в первую очередь блестящей работой оператора. Столько потрясающе красивых планов моря, неба, пролетающих птиц увидишь в редкой картине. Несмотря на драматизм развития ситуации, после просмотра Полного дыхания появляется устойчивое желание отправиться к морю едва ли не тут же, причём не в мегаполис типа Большой Ялты, а именно к такому, полудикому и чарующе манящему. Любовный четырёхугольник также разыгран интересно и с изюминкой. Лютаева достойно справилась с ролью дамы бальзаковского возраста, пытающейся догнать безвозвратно уходящую молодость и переживающей переспевшие чувства в стиле Аксиньи из Тихого Дона. За это, вероятно, Татьяна и получила награду лучшей актрисе на фестивале в Каире. Ну а однозначным минусом, как по мне, является неудачная попытка спародировать кандидата в депутаты Верховной Рады. Даже правые в Крыму на собраниях обращаются к народу на русском языке, а не каком-то полусуржике, столь же походящем на украинский язык, как и выступления Джамшута на русский. И всё же в первую очередь за отличный видеоряд ставлю 8 из 10