Ваал

БААЛ - яркий, достойный внимания раритет от Шлёндорфа. Фильм под стать 'новой немецкой волне', отражение реалий того времени, формальный отчет которого начался со студенческой демонстрации проходившей в Западном Берлине 02.06.1967 выступающей против приезда персидского шаха, во время которой сотрудник криминальной полиции Западного Берлина Карл Хайнц Куррас застрелил студента Бенно Онезорга. Что послужило катализатором существенных изменений в немецком искусстве и культуре. Одно из ярких проявлений вышепоименованных событий в немецком кинематографе фильм-пьеса БААЛ, фильм - вызов, с протестными и депрессивными размышлениями, с символами, к примеру главный герой Ваал в исполнении Фассбиндера - древний языческий бог требующий поклонения в виде человеческих жертв. Он постоянно снимает маски этого лукавого мира, но от этого становится ещё хуже! Или становится так как есть, только без грима? Фассбиндер тут словно немецкий анти-Печорин 1960-х. Лишний человек в квадрате! Снявший маску с красивого 'благородного' лица Печорина обнажив при этом свой жабий прыщавый образ! Фассбиндер словно рожден для этой роли! Жаль, из-за прямого перевода поэзии на русский теряется часть ауры ощущений от просмотра. Эта пьеса исторический символ и образ скандально-протестной эпохи 60-х.

Главная роль Фассбиндера долго оставалась неизданной. Начало и конец этого фильма легендарны – курящий проход РВФ по полю под краут-читку (в точности повторенный началом «Supergirl» Рудольфа Томе, которая идет навстречу, словно за кадром они встретятся) и жуткий финал в презрении дровосеков, предвещающий «Кулачное право свободы». А между этими вершинами – пьеса Брехта о мании величия поэта, без которой не было бы ни стихов, ни подруг (коих играют Маргарет фон Тротта и жена Розы фон Праунхайм). Эта изнанка творца, издержка таланта заставляет его помыкать простыми людьми и зарываться вплоть до вооруженного убийства, которое все переворачивает и покрывает тьмою. Обаяние беспредельщика развеивается преступлением, реализовавшим объем вовне, а театральность и намеренность спасают Фолькера Шлёндорфа от рациональной передачи драмы, в которую он все же норовит скатиться как в фильме «Михаэль Кольхаас – бунтарь», чья английская версия длиннее немецкой на две минуты. 8 из 10