Затухающий огонек

«Блуждающий огонек» (или, как принято в российском прокате, «Затухающий огонек») – последняя значительная черно-белая картина Маля, представляющее собой довольно заунывное кино о человеке, дезориентированном в окружающем бытии настолько, что не хочет жить. Герой Мориса Роне (действительно блистательная роль) при всем сочувствии к нему окружающих не способен оценить и принять их любовь к нему, ибо сам опустошен, или, как говорят сейчас, «пережил эмоциональное выгорание». У него много друзей и знакомых, позади порочная молодость с литрами выпитого алкоголя и грудами использованных женщин, но как у любого человека в пограничной бытийной ситуации это перестает иметь самодовлеющее значение. К сожалению, окружающие пытаются всего лишь пробудить у главного героя вкус к прошлым пошлым наслаждениям (само их поведение, шутки, поступки и мысли буржуазно примитивны), но не более того. Однако, героя все это больше не удовлетворяет, он ищет чего-то другого, несравненно большого, чем земная жизнь. Ищет смысла, Абсолюта, но окружающее его жизненное пространство столь душно в своей бытийной горизонтальности, секулярности и материально-вещественной одномерности, что герой Роне буквально задыхается в нем. Мне всегда представлялась странной толерантность нашего мира в отношении к самоубийцам при всей непримиримости в отношении к убийцам. Почти никому не приходит в голову, к сожалению, что заповедь «Не убей» относится не только к другим людям, но и к самому человеку. Почему же тогда тот же Альбер Камю строит в «Мифе о Сизифе» целую философию суицида? Влияние этой книги на основную концепцию «Блуждающего огонька», хоть это и экранизация романа мало известного за пределами Франции писателя, огромно. Меланхолично-омертвелая фортепианная музыка Эрика Сати лишь усиливает депрессивное впечатление от этого сделанного будто одной черной краской кинополотна. Может ли помочь этот фильм людям, находящимся на грани жизни и смерти, не сделать рокового шага? Думаю, вряд ли. Это не «Часы» Стивена Долдри. Вместе с тем картина получилась у Луи Маля, безусловно, талантливой, блестяще создающей атмосферу безысходности и бессмысленности бытия, запертого в рамках материальности. Подобные описанным пограничные ситуации на грани жизни и смерти вполне могут стать трамплином к обретению смысла, Бога и навсегда исцелить от глубинной меланхолии (как это происходит, например, с героями литературных произведений Достоевского, Владимира Максимова, Леонида Бородина), или, по крайней мере, поставить вопрошающего о смысле бытия человека перед лицом Бога, как это происходит в фильмах Бергмана, Дрейера и Брессона. «Блуждающий огонек» - также и об отсутствии смысла в жизни всякого человека, чуждого творческому деланию. Одухотворение художественного образа или философской мысли, превращение небытия в бытие еще Николай Бердяев считал отважным уподоблением всякого творящего Творцу всего сущего. Герой Роне оттого и блуждает и тщетно пытается уцепиться за других людей случайными связями, ибо не ведает, что укрепление отношений между людьми возможно лишь через доброделание, которое всегда есть сотворчество человека и Бога. Жизнь его бессмысленна без алкоголя и мимолетных удовольствий именно потому, что он непричастен глубинным витальным энергиям жизни. Пытаясь забыться в наслаждениях, он все больше и больше опустошает себя, ведь именно причастность Богу как высшей Жизни, Его творческим энергиям может наполнить существование смыслом даже тогда, когда все опостылело. По этой причине совершенно очевидно, что прийти к Богу и жизни как творчеству, можно лишь пережив разочарование в бытовой стороне существования, осознав мимолетность плотских наслаждений и всего вещественного мира. Только тогда, когда горизонтальная жизнь начинает осознаваться человеком как душная клетка, он способен выйти в вертикальное измерение. Все это было бы возможно для героя «Блуждающего огонька», будь он чуть более склонен к самоанализу и хоть немного чужд саможаления, причина чего, конечно, его самолюбие. Однако, жизнеутверждающее мировоззрение было чуждо герою фильма Маля, но не ему самому, о чем свидетельствует уже «Шум в сердце», аналог феллиниевского «Амаркорда» за три года до него самого.

Хоть Луи Маля и принято относить к французской новой волне, он всё же был более консервативным по отношению к киноязыку. На формирование его стиля сильно повлияла работа со знаменитым исследователем Жаком-Ив Кусто и французским классиком Брессоном. С первым Малю посчастливилось поехать в двухлетнее путешествие по океану, где он выступал в роли документалиста. Стремление сделать кадр максимально правдоподобным не только отразится на игровых картинах Маля, но и вдохновит на создание собственных документальных проектов. Затем в качестве ассистента Маля позовёт в свой фильм его давний кумир Робер Брессон. След этого прослеживается в отчасти академической, но такой эмоциональной драматургии режиссёра, которая будто отдаёт должное старой школе. В общим всё складывалось для того, чтобы Маль сформировался как реалист. В его фильмографии безусловно было место и для экспериментов, но, в отличие от своих коллег по новой волне, Маль отдавал предпочтения классическим приёмам. Плавная камера, последовательные смены крупных и средних планов и незамысловатая по структуре история. Вроде ничего необычного, но зрителей цеплял глубокий психологизм и живые персонажи. Зачастую герои Маля — это несчастные люди, которые пытаются побороть эмоциональный кризис. Одним из таких можно назвать и героя фильма «затухающий огонёк», Алена Леруа. Позже Маль даже говорил, что, берясь за эту экранизацию, думал что уже не так молод для Алена Леруа...и поэтому он определённо был именно им, и вот почему. Одна из главных тем фильма — принятие уходящего беззаботного юношества и неспособность устроить себя во взрослой и скучной буржуазной среде. Главному герою уже за тридцать, всю сознательную жизнь он безустанно выпивал, кутил и отдавался любви. Перерыв был разве что ради службы в Алжире. Могу предположить, что всё изменилось после его женитьбы на американке. Настолько Ален её полюбил, что даже пообещал бросить пить, ведь это уже становилось настоящей проблемой. После того как сдержать обещание не получается, единственным решением остаётся отправиться на лечение от зависимости в клинику. Однако даже когда лечение подходит к концу и врач уверяет в том, что он вылечен, Ален всё равно желает подольше оставаться в стенах реабилитационного центра. Чего он боится? Снова сорваться на алкоголь или вернуться в привычное общество, где ему нет места? Эти вещи напрямую связаны. Обычно человек после реабилитации кажется посвежевшим, более здоровым. С Аленом же ситуация абсолютно обратная, все, кто его встречают, подмечают его хворое бледное лицо, в его глазах стремительно затухает огонёк. В компании знакомых вечно мелькают истории о его старых пьяных выходках: устраивать гонки на улицах Парижа или заснуть прямо возле надгробия. Сейчас Алену это совсем не кажется забавным, ведь для бывших собутыльников это всё события прошлых дней, время шло, они обзаводились семьями или погружались в работу. Все находили себе «бремя» под стать, а с Аленом оставалось только спиртное. Он даже мог и раньше видеть всю бессмысленность своей жизни, а алкоголь помогал забыться и отложить ментальные проблемы в дальний ящик. Ключевое слово - отложить. В момент попытки выхода из систематичного запоя сработает накопительный эффект и тогда будет уже слишком поздно заметить, что ты в окружении не тех людей, занимаешься не теми вещами или вовсе живёшь не в том мире. «Я ухожу из жизни не потому, что вы меня не любили, а потому, что я вас не любил». Интересно замечать в репликах Алена еле заметные крики о помощи. Так тонко намекающие, что другого исхода для него может и не быть, но так и не услышанные окружением. Луи Маль нашёл в актёре Морисе Роне своё альтер-эго, почти как Годар в Бельмондо или Трюффо в Жан-Пьере Лео. Даже одежда для фильма была взята из собственного гардероба режиссера — рубашки, костюмы, галстуки, всё. Даже тот самый пистолет. «Моё сотрудничество с ним в создании фильма было гораздо более близким, чем с любым другим актером или актрисой», — вспоминал Маль. Застенчивый, закрытый и отстраненный от буржуазного общества, Роне видел в персонаже Алена зеркальное отражение самого себя, также страдающего от проблем с алкоголем. Маль изначально и не смотрел в его сторону, ведь Роне был недостаточно худым, но уж очень актёр был убедительным и даже согласился скинуть больше 15 кг веса. В конечном итоге Роне выглядит на экране по-настоящему истощённым и несчастным, то что нужно, сейчас даже сложно представить кого-то ещё на этой роли. Маль неоднократно упоминал, что «затухающий огонёк» был первым фильмом, которым он был полностью доволен. На момент съёмок ему и самому было 30 лет, так что можно даже представить, что и сам Маль столкнулся со схожими экзистенциальными вопросами. Только вот, в отличии от Алена, ответ он нашёл противоположный. Чего, собственно, и вам советую! 8 из 10