Юбилей

Невзирая на то, что «Юбилей» - по сути дела, единственный фильм Джармена, который можно смотреть без погружения в пучину китча, его стиль – плоть от плоти панк-культуры середины 1970-х. Так что, если вы, как и автор этих строк, равнодушны к панку-року, смотреть его будет несколько утомительно. Никогда за всю свою карьеру так ни разу и не связав себя узами нарратива, Джармен был поэтом и эстетом, создавшим свой неповторимый стиль в кино, что видно особенно отчетливо в «Караваджо» и «Саде». В «Юбилее» же путешествие королевы Елизаветы Первой в пучину панк-культуры – не просто ловкий постмодернистский трюк, развенчивающий привычные иерархии и противопоставляющий прошлое Британии ее настоящему, но и попытка создания синкретического зрелища, в котором панки в полном согласии со своим девизом «Нет будущего» становятся яркими всполохами конца истории. Этот фильм тоже надо смотреть в молодости, когда фонтанируешь бунтарством, в зрелости он покажется скучной спекуляцией приметами яркой эпохи. Жестокий финал будто возвращает зрителя из области фантазии и воображения в страшную реальность: Джармен был гением в своем роде, а гении всегда честны перед собой и публикой. Режиссер «Юбилея» очень хорошо понимал, что поэтика апокалиптического красива в той же степени, как и ужасна. Мастер внешнего эффекта Джармен запечатлел мир, из которого ушел смысл, но остались низменная поэзия и уродливая красота (в начале фильма панки стоят на фоне стены, на которой написано «постмодерн»), так что «Юбилей» - дальнейшее движение по вытравлению из кинематографа метафизического измерения, подмены содержания формой. Раскрашенные и разодетые панки здесь – сам по себе образец современного искусства (модельер Вивьен Вествуд начала работать как раз в то время), любящего играть со смыслами и идеями, но не продуцировать их. Тем не менее каждый зритель «Юбилея», который, что называется «в теме», будет удивлен тем, что в нем нет клипового монтажа, наоборот смена сцен плавна и незаметна. Таким образом, в то время как Кен Рассел мелко шинковал кадры в стилистике музыкального клипа. Джармен предлагал эстетскую альтернативу реальности, разгул воображения и фантазии, за которыми, как, впрочем, и у Рассела, не стоит ничего кроме веселого смешения жанров, нигилистической девальвации привычных ценностных иерархий и усталой усмешки на пепелище ранее великого экранного искусства.

Пока музыка играет достаточно громко, мы не услышим, как мироздание трещит по швам. «Юбилей» – это мой первый фильм Джармена, режиссера, чья биография дает право назвать его своеобразным Фрэдди Меркьюри от кинематографа. Название отсылает нас к такому вескому событию для Британии, как «серебряная» дата – 25 лет восшествию на престол Елизаветы II. В честь этого Джармен оживляет на экране другую монаршую особу – тоже Елизавету, но с одной палочкой, то есть Первую. Ей становится интересно, каким будет мир через энное количество лет, и ее придворный маг с помощью Ариэля (того самого, из «Бури») устраивает королеве путешествие во времени. А там, на самом деле, довольно неуютно – я имею в виду, в том времени, куда попала Елизавета. La reine, ее будущая тезка, est morte, всюду хаос и анархия. В центре повествования – группа панков-нигилистов: аристократичная красавица Бод, психованная пироманка Мэд, любительница истории и бывшая балерина Амил Нитрит, нимфоманка Крэбс, а еще крупная шишка – продюсер Борджиа (который ржет как доктор Зло), пробивающийся на сцену любыми путями одаренный мальчик, два брата-акробата, между которыми, цитируя фильм, «странные отношения»… Уже исходя из набора начальных переменных ясно, что дальнейшее никак не назовешь серым и будничным. Уж скорее – колючим и огненно-красным, как волосы Мэд. Да бог с ним, с сюжетом. Мне было интересно смотреть просто на самих героев, независимо от того, чем они занимались на экране. Взять хотя бы Амил Нитрит, которую играет потрясающая Джордан, эта икона панка 70-х годов, работавшая с Вивьен Вествуд и Sex Pistols. Ее ирокез на выжженных платиновых волосах и необычный «енотовидный» макияж уже вошел в историю моды, а съемки в картине Джармена, ныне выпускаемом под эгидой Criterion Collection, окончательно обессмертили имя Джордан. Хотя – надо сделать эту оговорку – «Юбилей» вышел за пределы простой истории о панковском движении. Эстетика, конечно, не оставляет никаких сомнений в изначальном замысле автора, но всё-таки неправа была Вествуд, выпуская футболки с принтом в виде открытой «ноты протеста» Джармену. У меня по просмотру было такое чувство, что еще чуть-чуть, и у режиссера получилась бы анархистская антиутопия. Кстати, меня вот тоже выбесил советский флаг, но я же не предъявляю претензий – ни на футболке, ни в уютном бложике. Редкий случай, когда мне понравились все герои, включая даже отрицательных. Уж очень они яркие и запоминающиеся – от молчаливой французской горничной Хаос до цветовода Макса, эдакого прототипа Беара Гриллса, пожирающего гусениц, так как, цитирую, «в них много протеина». И да, даже Борджиа и эта доморощенная звезда, Лаунж Лизард. В общем, если хотите погрузиться в атмосферу прошлого и увидеть всё глазами очевидцев, то нет ничего лучше искусства. Я взахлеб читала «Абсолютных новичков» и «На игле», а вот фильм Джармена открыл еще одну – яркую и интересную – страницу в истории этой страны. За это ему огромное спасибо.