Турецкие наслаждения

Небольшая ремарка: Я не хейтер Верховена, просто для меня он режиссер, у которого случаются осечки. Но вам не кажется, что если бы Пауль Верхувен родился чуточку позже, и начал снимать турецкие сладости, то он бы стал вторым Томми Вайсо? А если бы Томми Вайсо родился на месте Пауля?.. ___ Как отмечают современные критики, картина показывает драму героя, который через уничтожение рамок приличия реализует своё право защиты от меркантильных ценностей и лжи. Он один в затхлом мире, полном мерзости. Но для меня он и есть мерзость, и не эгоист в глазах общественности, а самый опасный психопат, место которому за решёткой. Касательно визуала, Верховен не мизантроп, и уж точно не смельчак. В семидесятые до выхода турецких наслаждений уже вышла в прокат глубокая глотка, розовые фламинго, и, действительно прекрасная картина (не лишённая недостатков) - Последнее Танго в Париже, так что ничего нового, в том числе технического в картине для придания высокой художественной ценности я не заметил. Зато я заметил, как Эрик копается в кровавом кале, и, строя из себя онколога, внушает позитивный настрой на будущее своей пассии. Заметил, как парочка героев занимается сексом через стенку под скорбь матери над живым трупом мужа, истекающего вонючим гноем, который все действующие лица имели честь вдыхать за пять минут до этого (видимо, афродизиак). Зато, когда на банкете люди, простите, бухают и выпускают пар – ему мерзко. Та самая хвалёная «физиологичность», присуждённый фильму, заключается больше в показе голых ягодиц, ежели в визуализации поведений, а безумная страсть изображена больше буффонадой, особенно когда сцены вкупе с музыкой контрастируют от грусти, к радости, невпопад. Касательно метафизики фильма, Верховен зачастую гротескно относится к так называемым «капиталистическим устоям». Эти самые «устои» обливали помоями многие с момента, как началась культурная революция в Америке. Окей, давайте приводить в пример литературных пассионариев, напоминающих обществу об индивидуализме, но не надо делать кумира из откровенных идиотов. Если в фильме Ольга говорила Эрику: «Некоторые вещи не продаются» указывая на себя в качестве проданной, то кто тогда главный герой после своих поступков, если не продукт капитализма? Я не против нонконформизма в здоровых его проявлениях, он действительно необходим в нашей жизни для поддержания баланса, но, смотря на эту форму его проявления, лучше быть панком из Солт-Лейк-Сити, чем озабоченным скульптором. Фильм - продукт своего времени, и такие критики, как Эберт, весьма трезво оценивали его с учётом будущего износа. Кому-то может показаться, что на фоне других картин семидесятых он устарел меньше всех, я заявляю что это чушь. Просто первичная критика фильма обнулена под влиянием последующих успехов режиссёра вкупе с его растущей репутацией, но прежнее остаётся прежним.

Турецкие сладости (Turks fruit), 1973 года - экранизация одноименного романа и фильм, который считается критиками одним из лучших в своем жанре, но мне он совсем не понравился. Сразу скажу, что при просмотре какой-либо экранизации нужно выкидывать из головы все, что ты знаешь о первоисточнике, но я, к счастью, и так ничего не знал о романе «Турецкие сладости», поэтому мне при просмотре не мешали мысли об оригинальном романе. Фильм повествует о герое Рутгера Хауэра, молодом привлекательном художнике, который встречает героиню Моники ван де Вен и безумно влюбляется в нее. Большую часть хронометража нам показывают взаимоотношения двух очень похожих, необычных, возможно, даже где-то ницшеанских сверхлюдей, и это я считаю его главной проблемой. В этом фильме есть несколько по-настоящему красивых сцен и весьма интересных идей, но ему не хватает приземленности. Фильм пытается быть реалистичной драмой, но персонажи превращают его в нечто романтическое, нереальное и максимально далекое от зрителя. Пауль Верхувен, очевидно, пытался снять фильм о любви и ее великой силе, но снял какой-то неоднозначный и провокационный манифест. Фильм строится на том, что отвергает абсолютно все общественные нормы и принципы, но это выполнено безобидно, отчего эти вспышки протестов утомительны, а местами даже вызывают отвращение и раздражение. Я сейчас не про голые тела или эротические сцены, а скорее про персонажей и их поведение. Это герои, которым плевать на общество и его ограничения, они делают что захотят, не думая о пресловутом «а что подумают люди?», и своими действиями они ясно дают понять, что в действительности таких беспечных, горячих, живых и импульсивных людей не бывает, отчего обычным зрителям сложно понять их. Фильм получился бы максимально незаметным или получился бы шедевром, если бы ограничивался только своей провокационностью и своими романтическими настроениями, но в самый ненужный, неподходящий момент и, вообще, в самом неподходящем фильме режиссер вводит драму. К сожалению, такие сочетания выглядят слишком искусственно и неуместно. Резюмируя, могу сказать, что главная проблема этого фильма в том, что его действие происходит в совершенно далекой и даже параллельной вселенной, которая никогда не будет понятна нашей. Я думаю, что этот фильм слишком безобидный для тех тем, о которых пытается говорить. 4 из 10