Поющие голыши

В современном западноевропейском толерантном обществе со многих табу сняты позорные клейма нарушающих общепринятые нормы ненормальностей, поскольку в таком обществе стараются относится ко всему спокойно, никого в сущности не осуждая за маленькие или большие шалости, поскольку в своем доме Вы вольны творить все что заблагорассудится, ибо это лишь Ваше право и ничье другое. Причём искусство всех жанров и форм раскрепостилось намного раньше самого социума, и начало по прошествии лет после Сексуальной революции 70-х годов(то что современная Европа столь толерантна даже к самым диким перверсиям это немалая заслуга того веселого эйсид десятилетия) внаглую эксплуатировать обретенную свободу самовыражения. Нагота на театральных подмостках уже не смущает никого, хотя бывают и исключения. К таким исключениям, вызвавшим в своё время немало скандалов в Великобритании в первую очередь и чуть пошумев, но не за счёт творческого содержимого, на подмостках Бродвея, можно отнести мюзикл «Поющие голыши» 2007 года, в котором 10 главных актеров в прямом смысле перманентно разоблачаются, исполняя свои музыкальные номера в чем мать родила. Они поют о себе, об отношениях не только с женщинами, но и с мужчинами — друзьями или же любовниками, поскольку гомосексуальность выдвинута в авангард всего представления. Поют о любви, сексе, страсти и телах. Собственных, естественно, и тех предметах, что кардинально отличают всех мистеров от всех мисс или миссис. Однако приглядевшись повнимательнее и прислушавшись к текстам, становится ясно, что король то голый дважды, поскольку поставленную изначально задачу зеркально найти ответ на чуть перефразированный вопрос Фрейда о том, что же хочет мужчина авторы не смогли, сосредоточившись на эдаком вселенском стриптизе. Но ведь даже те же Чиппендейлс на фоне «Поющих голышей» смотрятся более уверенно и забавно за счёт выдержанного баланса между обнажением и откровением, хотя вульгарности в этом мюзикле почти нет. Но нет и явной идейной наполненности, поскольку в шоу педалируется лишь тема гениталий и пенисов, с которыми якобы большинство мужчин ассоциируют самих себя. Будто зациклившись только на этом и ни на чем другом, «Поющие голыши» оказываются застрявшими в пубертатном возрасте, когда гормоны играют, а труба гудит, и размер этой самой трубы должен быть ничуть не меньше, чем у остальных. Вместо откровения, раскрытой тайны о мужской природе, «Поющие голыши» представляют лишь обнажение и исключительную радость натуриста, нудиста или же эксбициониста. То есть исполнители то главных ролей воплощают сугубо эксбиционистские фантазии, тряся своими обрезанным и гладко выбритым хозяйством и посвящая ему большую часть своего репертуара, а вот зрители, сидящие в зале и состоящие преимущественно из геев и недоудовлетворенных, недотраханных дамочек, играют вуайеристскую роль, наблюдая и возбуждаясь, но без пенетрации. «Поющие голыши» скорее напоминают сеанс групповой мастурбации, не переходящей в массовую оргию, шоу, единственной внятной целью которого является показать, что прилюдно продемонстрированный мужской член не так уж и порнографичен, чем принято это считать уже долгие годы.

В современном западноевропейском толерантном обществе со многих табу сняты позорные клейма нарушающих общепринятые нормы ненормальностей, поскольку в таком обществе стараются относится ко всему спокойно, никого в сущности не осуждая за маленькие или большие шалости, поскольку в своем доме Вы вольны творить все что заблагорассудится, ибо это лишь Ваше право и ничье другое. Причём искусство всех жанров и форм раскрепостилось намного раньше самого социума, и начало по прошествии лет после Сексуальной революции 70-х годов(то что современная Европа столь толерантна даже к самым диким перверсиям это немалая заслуга того веселого эйсид десятилетия) внаглую эксплуатировать обретенную свободу самовыражения. Нагота на театральных подмостках уже не смущает никого, хотя бывают и исключения. К таким исключениям, вызвавшим в своё время немало скандалов в Великобритании в первую очередь и чуть пошумев, но не за счёт творческого содержимого, на подмостках Бродвея, можно отнести мюзикл 'Поющие голыши' 2007 года, в котором 10 главных актеров в прямом смысле перманентно разоблачаются, исполняя свои музыкальные номера в чем мать родила. Они поют о себе, об отношениях не только с женщинами, но и с мужчинами - друзьями или же любовниками, поскольку гомосексуальность выдвинута в авангард всего представления. Поют о любви, сексе, страсти и телах. Собственных, естественно, и тех предметах, что кардинально отличают всех мистеров от всех мисс или миссис. Однако приглядевшись повнимательнее и прислушавшись к текстам, становится ясно, что король то голый дважды, поскольку поставленную изначально задачу зеркально найти ответ на чуть перефразированный вопрос Фрейда о том, что же хочет мужчина авторы не смогли, сосредоточившись на эдаком вселенском стриптизе. Но ведь даже те же Чиппендейлс на фоне 'Поющих голышей' смотрятся более уверенно и забавно за счёт выдержанного баланса между обнажением и откровением, хотя вульгарности в этом мюзикле почти нет. Но нет и явной идейной наполненнности, поскольку в шоу педалируется лишь тема гениталий и пенисов, с которыми якобы большинство мужчин ассоциируют самих себя. Будто зациклившись только на этом и ни на чем другом, 'Поющие голыши' оказываются застрявшими в пубертатном возрасте, когда гормоны играют, а труба гудит, и размер этой самой трубы должен быть ничуть не меньше, чем у остальных. Вместо откровения, раскрытой тайны о мужской природе, 'Поющие голыши' представляют лишь обнажение и исключительную радость натуриста, нудиста или же эксбициониста. То есть исполнители то главных ролей воплощают сугубо эксбиционистские фантазии, тряся своими обрезанным и гладко выбритым хозяйством и посвящая ему большую часть своего репертуара, а вот зрители, сидящие в зале и состоящие преимущественно из геев и недоудовлетворенных, недотраханных дамочек, играют вуайеристскую роль, наблюдая и возбуждаясь, но без пенетрации. 'Поющие голыши' скорее напоминают сеанс групповой мастурбации, не переходящей в массовую оргию, шоу, единственной внятной целью которого является показать, что прилюдно продемонстрированный мужской член не так уж и порнографичен, чем принято это считать уже долгие годы.