Два дня для убийства

Мне фильм показался довольно слабым. Не то, чтобы плохим, но все-таки слабым. Начинается он быстро и сразу, без предисловий. Поведение главного героя наводит на мысль о том, что это фильм о мужском кризисе среднего возраста, типа отечественного 'Полеты во сне и наяву'. И несмотря на то, что открывающая фильм сцена произвела немного странное впечатление, фильм смотрится, становится интересно. Но дальше понемногу впечатление портится. Все уж очень схематично. последовательно идут сцены, где герои громит в начале коллег, затем тещу, потом жену, потом детей, и в конце концов друзей. Очевидно, что это сделано специально, чтобы показать, как он порывает с разными сторонами своей жизни. Но сцены выписаны поверхностно. Его поведение действительно во много напоминает поведение героя Янковского в 'Полетах...' или Даля в 'Утиной охоте'... однако в тех фильмах оно все же выглядит намного более сложным, герои, оскорбляя достаточно близких людей, все же создают некий противоречивый образ, за ними чувствуется какая-то история, жизнь, сложный, уставший запутавшийся человек... (особенно в 'Утиной охоте'). Здесь этого нет, герой ни с того ни с его начинает оскорблять всех подряд, причем его хватает на какие-то банальные выкрики и обзывательства. Абсолютно немотивированной выглядит и сцена с детьми, дело не в том, что такое невозоможно, а в том, что это происходило бы гораздо более пугающе и сложно, а здесь сцена введена просто чтобы показать еще одну сторону жизни. Самая хорошая сцена конфликта с женой, и на мой взгляд, отчасти из-за хорошей игры актрисы. В конце ситуация получает неожиданный поворот, и совершенно непонятно зачем. Вроде бы этот поворот призван объяснить (и оправдать) поведение героя. Однако не объясняет и не оправдывает. Зачем так было поступать с очевидно любимыми и любящими людьми (а это подчеркивается в конце) в данных обстоятельствах непонятно. В результате финал фильма производит впечатление фокуса, уловки. Нашим восприятием пытаются неприкрыто манипулировать: то, что должно было быть драмой оказывается мелодрамой, и ставка делается на то, что этот дешевый прием заставит нас прослезиться и позабыть обо всех нестыковках и нелогичностях. Дешевый ход.

Действие фильма разворачивается в современном офисном здании, где главный герой картины - 42-х летний рекламщик Антуан, за считаные минуты изобличает всю суть рекламного бизнеса. Выдавая каламбуры один за другим, для которых, кажется, и был создан французский язык, он порождает улыбки на лицах присутствующих. Смеются коллеги— смеёмся и мы. Но смех быстро сменяется удивлением, когда он делает заявление об уходе и звучно хлопнув дверью, удаляется восвояси, оставляя озадаченных клерков, вопрошающе смотреть ему вслед. Ну а пока зритель продвинутый, проводит первые параллели с советским аналогом фильма — «Полёты во сне и наяву», а зритель менее продвинутый, занят разглядыванием рекламных плакатов на заднем фоне — аттракцион откровений продолжается. И следующим его объектом выступает тёща — фигура неприкосновенная и авторитетная. Однако вскоре, после череды абсолютно привычных для понимания, но строго табуированных фраз, щедро выдаваемых Антуаном без раздумий, она тут же выходит из себя. И заключив, что её зять окончательно свихнулся, удаляется из машины, бормоча вслед какие-то гадости. Тот же трюк, по приезду домой, он проделывает и со своей женой, которая самым страшным объяснением происходящему, находит его увлечённость другой женщиной. Наконец, они бы непременно сошлись в необходимости покинуть Антуаном дом, если бы не запланированная вечеринка в честь его дня рождения, куда с её милостивого плеча были приглашены все их друзья. И в нужный час, гости выпрыгивают как чёрт из табакерки, красивые и успешные бутафорные друзья. Блуждая по «ярмарке тщеславия» в которую превратилась их квартира, вместив в себя эту плеяду золотоискателей, он не просто насмехается над ними — он их презирает. Высмеивая их образ жизни, со всей её отделкой и фурнитурой натираемой ими до блеска, он по очереди срывает с них маски. По сути, этот момент и является тем кульминационным пунктом, который делит зрительский зал на два лагеря. Тех, кто оказался несогласен со столь грубым попранием моральных и культурных норм, и тех, кто согласился с оным фактом примериться, ибо узрел в этом нечто большее. На фоне общей картины фильма, самые напряженные сцены получили наиболее интересное оформление. Интригуя зрителя волнообразной кривой спадов и подъёмов, режиссёр передаёт эстафету Дюпонтелю, который своей неподдельной мимикой доводит их до нужной кондиции. Варьируя от цинизма к неистовой злобе, он держит нас на мушке полутонов, заключив в этом всё удовольствие от созидания. Сам фильм, условно можно разделить на идейную и сюжетно-драматическую компоненту, которые хоть и существуют по отдельности, но при необходимости удачно дополняют друг друга. Его конструкция напоминает собой правильную фигуру, где время отведённое на каждую сцену, чётко регламентировано той эмоциональной нагрузкой которую она в себе заключает, что в свою очередь, помогает расставить акценты. Разоблачение мотивов, движимых главным героем, накрывает зрителя холодным одеялом, и этим режиссёр оправдывает сюжет. Смысл, оправдан другой, автономной от него идеей. Это фигуральный плевок, в сторону замыленного обоюдной ложью ока, доказывающий, что современный человек погряз во лжи ровно настолько, что она стала чем-то вроде само собой разумеющимся. А прозрение относительно этих вещей, или скорее будет сказать, признание этой больной доминанты, как неотъемлемой составляющей нашей жизни, приходится как раз на такие критические моменты. В одном из последних эпизодов, мы видим нашего героя стоящим на пороге старого дома. Он замер в ожидании своего финального диалога. Он ждёт отца.