Крик муравьев

Неиндийский фильм про Индию. Фильм-созерцание, фильм-созидание, фильм-размышление. Этот фильм стоял у меня в особой категории философских, духовных фильмов и НФПИ (неиндийские фильмы про Индию). И вот вчера добралась до его просмотра. Супружеская пара из Ирана отправляется в Индию, чтобы реанимировать свои угасающие отношения, и в поисках Истины и Совершенного человека... Вот и все незначительные планы. «Крик муравьёв» во многом является медитативно-эзотерической вариацией одного из лучших фильмов Бернардо Бертолуччи «Под покровом небес». Индия, с её экзотическим архаично-кастовым мироустройством и множеством религиозных наполнений, издавна манит рациональный европейский разум. Даже здесь наличествует резонирующий персонаж – немецкий обыватель, давно осевший в чужеродных землях. Этому худому плешивому мужчине в очках выпадает честь озвучить пиковые суждения о том, что смысл бытия не в конечной точке, а в пути к ней. Он же даёт весьма забавные сопоставления различных религиозных течений: как в христианстве, исламе, иудействе и т.п. смотрят на (простите) дерьмо, и его круговорот в жизни. Режиссёр заимствует у Бертолуччи и этическую расстановку характеров: муж – скептик и атеист, жена же тяготеет к духовным учениям. Но путешествие в Индию меняет их, окончательно даёт понять, что однажды разбитого уже не склеишь заново, да и бессмысленно этого желать. Муж остаётся в своей стихии западника, жена растворяется в восточной ритуалистике, словно бы реинкарнируясь при жизни в непонятном мире Индии. Режиссёр драматургически оправдывает фабулу, вкладывая в уста мужчины слова о том, что он поехал лишь за женщиной, в надежде снова обрести былое притяжение. Женщина же озабочена высоким духовным помыслом. Она ищет встречи с особенным человеком, с тем, кто творит настоящие чудеса, желая получить от него рецепт просветления, точно какая-нибудь американизированная неофитка, начитавшаяся Карлоса Кастанеды. Они встретят такого человека и даже получат от него тот самый рецепт, поэтично выписанный пером, смоченным в соке луковицы, на оборванной бумаге. Режиссёру не откажешь в умении красиво визуализировать бытовое и непримечательное и творить символику из самого обыденного. «Крик муравьёв» содержит множество прекрасных эпизодов, полных поэтизма и кинематографической афористики. Здесь персонажи не ведут «пустых» разговоров: любой диалог, так или иначе, вертится вокруг духовности и преодоления бренности. Супруги весь фильм ссорятся и выясняют отношения по линии веры и безверия. Но это не столкновение двух мировоззрений, а монологи двух бесполых ипостасей одного сознания. Сознания художника, умело сообщающего зрителю то, что надо жить и искать себя, что есть в мире нечто высшее и разумное и оно не снаружи, а внутри нас, что есть Бог, который всё равно нас любит и наблюдает за нами независимо от нашего происхождения, пола и социальной определённости. Нам только нужно верить и не вершить зла. Даже муравьёв нельзя убивать, даже случайно, потому что крик их боли для Бога значит столько же, сколько и мольба человека. Такая вот прозрачная метафора, озвученная в кульминацию и ведущая нас к финальной открытости, составляющей практически документальную съёмку омовения группы мужчин и главной героини в Ганге, дополненную фрагментами из жизни нищих Индии и сожжения ими своих мертвецов. Кино качественное, по-европейски рациональное, по-восточному колоритное. «Крик муравьёв» похож на серию анекдотов: о человеке, умеющем останавливать взглядом поезда; о проститутке, которой герой платит почти все свои деньги за то, чтобы она, раздевшись, встала на четвереньки и поработала столом; наконец, о пастухе, которого спрашивают про Совершенного человека и тот говорит, что видел его несколько раз. Понятно, что в каждой из этих историй поровну от анекдота и притчи, и прелесть фильма в идеальном балансе между ними. Идеально в «Крике муравьёв» многое: мерно ускоряющийся ритм; структура, в которой начальная сцена на железнодорожной насыпи смешно и тонко рифмуется с финалом на берегу Ганга. Идеален, пожалуй, и образ Индии, равно пугающей и завораживающей, примитивной и абсолютно непонятной. Если вы уже были там, то вспомните многое. Если собираетесь - получите довольно точное представление о том, что ждёт вас и чего ждёте вы сами от поездки в эту страну. Как сказал попутчик-индиец, супружеской пары (в фильме), в поезде - «Иностранцы приезжающие в Индию, очень глупы, потому что ищут совершенно не то, что нужно искать в Индии. Они гонятся за каким-то призрачным просветлением и совершенством, познанием чего-то, что недоступно их пониманию. А ведь чудеса и совершенство во всём вокруг нас - в листьях деревьев, в цветах, в капле воды, в облаках, даже в дороге под ногами. Просто нужно увидеть это, увидеть не глазами, а сердцем, прочувствовать, осознать, и тогда весь мир откроется перед человеком». Взгляд на мир: кто-то видит цветы и птичек, а кто-то - нищих, обшарпанные здания. Впрочем, рядом и то, и другое. И чей взгляд вернее? Что же на самом деле жизнь: дар или наказание? Истина совсем рядом, за ней не нужно ездить за тридевять земель. Главное - уметь разглядеть её в повседневности. Что есть чудо? Чудеса истинные и мнимые. Фильм вызвал противоречивые отзывы в Иране из-за эротических сцен и религиозных дебатов. И не смотря на то, что интимные эпизоды вполне целомудренны, в иранской киноиндустрии это относится к разряду шокирующих фильмов. Фильм, скорее показывает как представляет себя человек европейской культуры в условиях представления о жизни и истине в Индии. Лично для меня самым сильным местом в фильме оказалось обобщение религиозного опыта разных культур под знаменателем дерьма (не буквально - а бед, напастей, болезней, испытаний), которое всегда рядом с человеком. И это даёт импульс для осмысления, не как повод анализировать, а как направление медитации. В общем, чтобы вас слово «дерьмо» не сбивало, лучше всего отражает мою мысль цитата прочитанная в книге, героиней фильма, в самом конце - «Я пересёк семь морей, поднимался на семь холмов, прошёл все долины, пересёк обширные равнины во все времена года. Я путешествовал по всему миру, и когда я вернулся домой, я был поражён, увидев весь мир в крохотной капле на листочке в моём саду» (что собственно и подтверждает слова, сказанные человеком в поезде). Всем любителям такого жанра, смотреть обязательно. Хотя в фильме больше вопросов, чем ответов, а на многие вопросы ответы так и не даны, и остаётся только догадываться, какой ответ на заданный вопрос, был бы правильным с философской точки зрения… Но в этом и есть магия фильма. Фильм-сновидение, фильм-притча. И много всяких вопросов/мыслей/выводов было во время и после просмотра фильма. 10 из 10

Зыбкая кромка горизонта скрывает неуловимую точку встречи двух бесконечных рельс, начищенных до блеска свистящим стоном приближающегося поезда. Они упрямо убегают вдаль, но им не суждено пожать друг другу руки. Жгучее солнце, дрожащий воздух, острые края засаленных камней, будто нетронутых временем. Женщина сидит на пути поезда, отдавшись ветру, судьбе, стараясь впитать каждую частичку бескрайнего мира. Мужчина заботливо держит зонт, бесцельно топчется позади, будто брошенная собака, увязавшаяся за надеждой получить долгожданную кость. И стул, сиротливо стоящий на железнодорожном полотне, будто наблюдательный пункт режиссера. Самый загадочный участник путешествия в страну ненасилия и трех миллионов богов. Три персонажа сюрреалистического сюжета. Общая цель не гарантирует единого пути, пусть даже вынужденность совместного путешествия ненадолго удержит их в рамках киноэкрана. Можно выбрать любую дорогу, слушая дрожащие мантры, вялотекущий многовековой спор, диалоги о философии жизни и искусно вплетенный голос стороннего собеседника. - Глаза не нужны, впусти в сердце окружающий мир, он прекрасен. Яркие краски простого кроя оживляют серую пыль городских дорог. Море благоухающих цветов, порхающие птицы и улыбающиеся лица детей. - Мой ум в смятении. Любовь, смерть, вся эта чушь. Я что, перестал различать красоту и уродство? Всклокоченные головы обнищавшей печали, люди попеременно с собаками, бессильно спящие днем прямо на асфальте. Непрерывно спорящие муж с женой занимают мнимый центр картины. Их диаметрально противоположные точки зрения плавно перетекают от одного вопроса к другому. Они то расходятся, то сплетаются воедино, предлагая зрителю выбрать свой собственный взгляд на этот противоречивый окружающий мир. По словам Мохсена Махмальбафа, для социального кино выбор страны не важен. Везде можно увидеть бедность, боль и отчаяние. Но страна контрастов идеально подходит для начала философского путешествия, предполагающего поиск совершенного человека. Год работы над фильмом стал отправной точкой скитаний по востоку не только для искусственно сведенной семейной пары, но и для семьи режиссера, отправившейся в изгнание. Исследуя две несовместимые точки зрения, он будто пытается нащупать причину разлуки с родиной, безгранично любя и признавая неизбежность. - Кто мучается вопросами земными, ответа о вечном не услышит. Спокойствие духа испытывается мелочами жизни. Каждый шаг человека по земле убивает одного муравья. Я убийца, потому что иду. Бог, убери муравьев с моего пути. - Я хочу начать жизнь заново, хочу видеть мир твоими глазами, хочу целовать твои ноги. Ты так прекрасна в индийском сари. В этом мире столько дерьма. Бог, что это за мир, который ты создал? Почетное место, по сюжету предназначенное для совершенного человека, супруги везут через всю страну. В словах особенных людей, встречаемых в пути, оно раскрывает еще одно, третье, мнение. И каждый раз, когда казалось цель путешествия достигнута, загадочный персонаж картины незаметно мигрирует. В первые минуты фильма его занимает жена, но буквально через несколько кадров пустующий стул вырастает одиноким путником, стоящим поодаль. Собеседники меняются, порой в кадре режиссер оставляет их только в виде чистого голоса, звучащего из-за границ экрана, усиливая эффект незримого присутствия еще одного многоликого главного героя картины. Предъявляя все более абсурдированные взгляды на этот мир, он сталкивает различные точки зрения в надежде, что случившийся взрыв изменит жизнь простых людей к лучшему. Но фильм содержит больше вопросов, чем ответов, поэтому право на поиск решения остается за зрителем. На фоне диалогов прослеживается начало жизни в мирно сосущем грудь младенце на руках у бедной женщины и ее конец в складках морщин старухи, уставшей от непрерывного круга реинкарнаций. Стул совершенного человека проживает свое короткое существование на экране. Но кто он, этот уникальный человек? Может, это вы? Из неожиданных инструментов слагается оркестр, но пьеса кончена - и звуки улетают в окно. *В тексте зашиты фразы из кинофильма, дополненные откровениями Рериха после путешествия в Индию.